Последний Герой. Том 4 (СИ)

Поднялись на нужный этаж, он постучал в дверь кабинета.
— Разрешите? — бросил он в проём. — Ярового доставили.
— Отлично, — в голосе за дверью прозвучало удовлетворение.
За столом сидел Аркадий Львович Сметанин — невысокий, приземистый, с короткой шеей и широкими, как у борца, плечами. Брови густые, почти сросшиеся, торчали щетиной, придавая лицу звероватый вид.
— Подождите за дверью, — сказал он моему провожатому. — А вы, Максим Сергеевич, проходите.
  
И в голосе его — этакое холодное торжество. Я вошёл, сел, закинул ногу на ногу, слегка раскачивая.
— Ну, Аркадий Львович, ну вы даёте. Целый кортеж особистов за мной отправили. А что, позвонить не судьба — мол, подскочите, Максим Сергеевич, на минутку, вопросики решим?
— Не радуйтесь и не ерничайте, товарищ лейтенант, — процедил Сметанин. — После того, что я вам скажу, шутить, думаю, не будете.
— Знаете, — я пожал плечами, — шутил и не в таких ситуациях. Откуда вам знать, что я буду делать? Так что, зачем вызывали?
— Вы подозреваетесь в убийствах.
Я качнул ногу чуть сильнее.
— Очень интересно.
Сметанин чуть приподнял брови, разглядывая меня.
— Смотрю, вас ничем не проймёшь…
— Уже наудивлялся за свою жизнь, — ответил я.
— Когда успели? Возраст у вас не тот, чтобы так говорить.
— У нас на службе день за два идёт. Вторую жизнь проживаю.
Он не спускал с меня глаз, пытаясь понять, почему я держусь так ровно. Но я уже понимал: раз за мной пришли ОСБ, значит, дело табак. Хотелось только узнать, что именно у него есть. А дальше — будем выкручиваться.
— Так что, Аркадий Львович, — сказал я, — давайте без долгих прелюдий. Что нарыли?
— Роют кроты, а я дело расследую… Недавно нашли два трупа.
— Слышал, — кивнул я. — Но это не наша территория.
— Конечно, не ваша. Они всплыли ниже по течению, километрах в двадцати от города. Пролежали в воде не меньше месяца. Личности установили.
Я уже знал, о ком речь. Те самые двое, что пытались меня убрать на даче у Валета, когда я там был, вроде как, охранником. Мы пошли тогда на обход территории, они готовились меня пришить, но в итоге сами отправились к дьяволу — с моей скромной помощью. Я сбросил их в реку, из карманов ничего не забирал, если что, выглядело, как несчастный случай.
— Ну, слышал, да, — сказал я. — Сводки читаю.
— Интересный момент, Максим Сергеевич, экспертиза показала — погибли они не от утопления. Я провёл обыск по месту их жительства. И нашёл вот это.
Он достал из ящика стола тонкую картонную папку серого цвета, такую, какие обычно пылятся в архивах.
— Откройте, — произнёс он с нотками торжества.
Бульдог наступал. Я хмыкнул, взял папку и раскрыл.
  
Глава 18
 
Папку он мне передал, будто это было некое особое, секретное оружие. Я не стал подыгрывать ему — открыл её так, как открыл бы любые бумаги по текущему делу. Под серой обложкой лежали копии моего личного дела из кадров.
Я перелистал страницы и с ухмылкой поднял глаза на Сметанина.
— Ну и что? Досье на меня покойник собирал. Я-то здесь при чём?
— А при том, — Бульдог потянул уголок рта вверх, — что экспертиза показала: светокопии сделаны на рабочем копире, который мы изъяли в кабинете начальника кадров Зуева.
— Ну и? — я положил папку на край стола, откинулся на спинку стула.
Смотрел на него так, что было ясно — его выводы пока что вели куда угодно, только не ко мне.
— А то, что это ещё одно подтверждение — Зуев был связан с криминалом.
Я сдержанно кивнул, поправив его:
— Не с криминалом, а с Валетом.
— Что, в принципе, одно и то же, — кивнул Сметанин, — но есть нюанс. Эти двое, которых выловили в реке, были людьми Валькова. И у них находится копия вашего личного дела.
Очень захотелось сделать, как сейчас по-современному говорится, фейспалм, но я всё же сдержался.
— И я тут при чём? — чуть ли не по слогам повторил я, раз уж мы заходили на второй круг.
— При том, что слишком много ниток в этой цепочке тянется к вам. Зуев работал на Валета — мы это знаем. Вместе с ним вы убрали самого Валькова.
— Странная формулировка. При задержании бывает, что люди погибают, — пожал я плечами.
— Ну-ну, — скептически протянул он. — У охранников Валькова, которых мы нашли в лесу, в телефоне было видео с вами. У утопленника по месту жительства нашли копию вашего дела. И ещё на записи видно, как вы устраиваетесь работать в службу безопасности Валькова. Какую игру вы затеяли, Яровой?
— Я обычный сотрудник полиции. Я действовал под руководством Зуева, только, естесственно, не как криминальный элемент, а как подчинённый. Остальное — ваши домыслы. Там, где надо было поставить плюс, вы поставили минус, — мне даже захотелось произнести это хриплым голосом актёра Ливанова. — Всё это шито белыми нитками.
— Ну-ну, — повторил Бульдог, покачав головой. — Я выбью санкцию на обыск по вашему месту проживания. Посмотрим, что там. А пока вы задержаны, Максим Сергеевич. Вот, ознакомьтесь и распишитесь.
Он подвинул мне лист — протокол задержания. Я пробежал глазами.
— Дай сигарету.
— В кабинете не курят, — злился следак на мое спокойствие.
— Тогда я ничего подписывать не буду. И без адвоката слова не скажу.
Сметанин вздохнул, но достал пачку, протянул мне. Я поднялся, подошёл к окну, распахнул створку. С улицы тянуло свежим прохладным воздухом, щебетали птицы. Под самым подоконником тянулась толстая ветка дерева — я её приметил ещё, когда шёл сюда.
— Знаешь, Сметанин, — сказал я, чиркнув зажигалкой, — слишком рьяно ты под меня копаешь. Твоя задача — распутать сеть Валета, а ты занимаешься не тем.
— Не вам решать, чем мне заниматься, — отрезал он. — Если вы часть этой сети, значит, мой клиент.
— Одно скажу, — я бросил горящую сигарету на пол и посмотрел ему в глаза. — Я всегда был против криминала. И всегда боролся с ним… Аривидерчи.
Прежде чем он успел ответить, я вскочил на подоконник, шагнул на ветку, ухватился за ствол и ловко спустился вниз. Сметанин вскрикнул, метнулся к окну:
— Задержите его!
В коридоре дверь дёрнули, но она была заперта изнутри — я незаметно провернул защёлку, когда заходил.
Я же обогнул здание, вышел к парковке. У крыльца курил второй ОСБшник. Я сбавил шаг, подошёл, похлопал его по плечу:
— Ты чего тут прохлаждаешься? Тебя следак вызывает.
— Э-э… — округлил тот глаза. — Вас отпустили?
— Ну да. Всё разъяснил, иди. Он тебя ждёт.
Тот затушил сигарету и пошёл внутрь. Я же обошёл здание — там, в тени, стоял внедорожник Грача. Прыгнул на пассажирское сиденье.
— Гони, — сказал я.
— Всё так плохо? — спросил он, выворачивая руль.
— Как и ожидал, — сказал я, глядя вперёд, на оживленную утреннюю дорогу. — Пока, скажем так, всё сложно.
— И куда теперь? — спросил Грач, чуть сбросив скорость перед светофором, будто давая мне время подумать.
Ещё у себя, когда вдруг постучали, я успел отправить ему короткое сообщение. Пока ОСБшники пытались меня «выковырять» из моего кабинета и вежливо препроводить к следаку, я тянул время под предлогом, что не закончил свой утренний кофе. Грач успел подъехать вовремя — как раз, когда я выскочил через окно.
— В общагу мне сейчас точно нельзя, — сказал я. — На старую квартиру тоже… надо подумать.
— А что думать? — Грач бросил быстрый взгляд. — Дача моего дружка сейчас пустует, это на которой я недавно ныкался. Хозяин за границей, ключи у меня. Можешь там перекантоваться. Там точно никто тебя искать не будет.
— Заманчиво, — кивнул я. — Только мне нужны ещё колёса.
"Нивы'-то теперь нет.
  
— Да не вопрос, — Грач усмехнулся. — Найду что-нибудь.
— Значит, делаем так, — сказал я, чуть развернувшись к нему. — Сейчас ты везёшь меня на дачу. Потом — рысью в общагу. Дам ключ. Заберёшь там все мои пожитки. Деньги — лежат в шкафу, в постельном белье.