Ночь в твоих глазах (СИ)

Кончики пальцев задрожали.
Хорошо, что наши противники разве что чуть менее ограничены в средствах, чем мы невозможно создать полностью избирательное гашение. Определенные артефакты могут подарить чуть больше свободы, но и только, а то нас бы уже смяли в блин.
Мысли, проносящиеся в голове, совершенно бестолковые, удивительным образом помогали концентрироваться.
Все же искаженное пространство. Если приглядеться по углам видны спайки…
Очень сложно.
Эффективно.
Но сложно.
Я бы изучила детальнее, как это было организовано…
Тау вскрикнула. Я дернулась. Защита на мгновение мигнула. Ядовито-зеленая клякса провалилась сквозь нее, но впечаталась в дополнительный слой Сомхэрла.
— Держи, — рявкнул он, и я сцепила зубы.
Да, они были правы, я не боевой маг.
И закрыла глаза.
Я аналитик. Ученый. Творец.
Я озаренная в конце концов.
За закрытыми веками вспышки приглушились и утратили значимость. Магические потоки, скрутившиеся в хаотический узел, обрели четкость и ясность за тысячные доли секунды.
Вы знали, ваше величество, что не только я чему-то учила разумное заклинание, но и оно научило меня кое-чему?..
Обычные чары подчиняются только своему создателю.
Но если о-очень попросить...
Мир оказался куда многокомпонентнее, чем я знала до того, как прикоснулась к сердцу Алиэто-оф-Ксадель. Потоки — многомернее. Тончайшие ниточки-обрывки растраченных, но не до конца отделившихся от выпущенного заклинания энергий — если сосредоточиться и ухватить их микродействиями (а я умею в микродействия!), то…
Кто-то не сдержал ругательства, кто-то коротко вскрикнул, кого-то швырнуло, кого-то убило — когда все выпущенные противниками чары разом вышли из-под контроля, ударяя по их создателям.
Я пошатнулась, облизнула почему-то влажную верхнюю губу, ощутив на языке солено-металлический привкус крови, и поняла, что перестаралась. Щит еще каким-то чудом держался, а вот физические силы меня покинули, и я не придумала ничего лучше, чем откинуться назад, приваливаясь спиной к спине Сомхэрла.
Очень горячей спине.
Обжигающе горячей спине.
Невыносимо горячей.
— Нэйти, отойди от него! — рявкнул Мэл и, не дожидаясь моей реакции, сгреб меня за запястье и дернул на себя.
Вместо того, чтобы сделать шаг, непослушные ноги подкосились, и я упала. Уронила Мэла, с сожалением успела подумать, что теперь нас точно убьют и обернулась, чтобы понять напоследок, из-за чего хоть...
И застыла изваянием, как и все присутствующие.
Потому что как раз в этот момент обнаженную фигуру Тайернана Сомхэрла, с которой тлеющими клочками слетали остатки сгоревшей одежды, окутал ослепительный свет.
Полыхнул, заставив на мгновение зажмуриться, а потом слегка угас, сжался в ярко горящий шар, уплотнился, вытянулся, сформировав нечто похожее на… яйцо. Солнечно-желтое, с радужными проблесками яйцо.
Я попыталась пошевелиться, сползти с Мэла — и не смогла. Неведомые силы обездвижили, пригвоздили к месту.
Точно.
Защитные механизмы драконьей инициации. Никто не должен помешать сложнейшему, но хрупкому, как паутина из хрустальных нитей, процессу.
И мы все продолжали недвижимо смотреть.
Император, двое уцелевших телохранителей, я, Мэл, Тау… кронпринца мне не было видно, мелькнула мысль — хоть бы был жив, а то как-то совсем глупо получилось бы.
Мелькнула — и пропала, поглощенная созерцанием чуда.
Полукровки редко инициируются. Все же, чтобы стать драконом, нужно родиться драконом без всяких там лишних примесей. Но в любых правилах бывают исключения…
Яйцо света пошло темными трещинами, в которых переливались лавовые сгустки. А потом оно треснуло и медленно явило нам узкую хищную морду, покрытую костяными наростами. В первый момент мне показалось — ослепительно-белую, но потом я решила, что нет, скорее… лунную. Серебристо-перламутровую. Медовый глаз с вертикальным росчерком зрачка, гребень, длинная шея, первая лапа, вторая…
Дракон медленно выбирался из яйца, невообразимо быстро и как-то неуловимо для взгляда, увеличиваясь в размерах. Хлестнул по стенам шипастый хвост, выбивая кладку, повел мордой, выпуская из ноздрей клубы дыма, а потом тряхнул головой… и чихнул.
Слегка окрашенные голубым язычки пламени, оставили на мраморе черную проплешину.
И я настолько была поглощена этим зрелищем, что заметила, что оцепенение спало, только когда Мэл подо мной зашевелился, выкатился, а потом поволок меня куда-то за колонну.
Но я успела увидеть, как в лунную шкуру ударило сразу несколько заклинаний. Дракон не взревел, но зашипел, как змея, снова хлестнул хвостом, а потом наклонил рогатую башку, причудливо изогнув шею, переступил передними лапами…
И ударил в ответ.
Нас с Мэлом спасла колонна — ее разнесло в пыль. Окружающий мир утонул в дыму, осколках и белой пыли. Я отчаянно кашляла, пытаясь вытолкнуть ее из легких, а рядом так же надрывно кашлял Мэл.
Тау!
Где Таура?!
Я попыталась хватануть воздуха, чтобы позвать ее, и зашлась в новом приступе кашля.
— Нэйти?
— Мы здесь! Его высочество?
— Он там!
— Император?
— Мертв.
Я смогла проморгаться и уставилась во все глаза на произнесшего последнее слово Тайернана Сомхэрла, который теперь стоял перед нами в своем человеческом обличье. Первозданном.
— Ни разу не видела, чтобы драконы на себе рвали одежду, — пробормотала я себе под нос, отводя глаза.
— Я ее не порвал, она сгорела, — с достоинством отозвался дракон-полукровка, принимая от Мэла камзол и оборачивая его вокруг бедер.
— Ты нас чуть не угробил! — возмутился мой темный.
— Не рассчитал, мне, знаешь ли, в новинку…
— Не ругайся на него, он еще маленький, — внезапно вступилась за тайную канцелярию Тау и покровительственно погладила обалдевшего от столь вольного обращения мужчину по голове.
Кажется, кто-то из-за своих проблем с совой склонен к оправданию чужих не очень послушных внутренних сущностей…
— Он действительно мертв.
К нам подошел кронпринц. Он сильно хромал, половина лица была залита кровью из рассеченной брови и щеки, было непонятно, уцелел ли под этой раной глаз. Тау держалась одной рукой за бок и из-под ее пальцев тоже маслянисто поблескивала кровь. Мэл выглядел пожеванным, но по виду целым, а я только сейчас поняла, что едва могу пошевелить левой рукой — та мгновенно стреляла болью.
Но мы живы. Все.
Следующий вопрос на повестке дня — как надолго?
— Сейчас я сниму с тронного зала защиты, и сюда ворвется гвардия. Нам повезло, что отец этого не сделал, побоялся, что не сможет внятно объяснить нападение на главу эльфийского дома, предпочел убрать нас тихо… — Теренс потряс головой, будто таким образом с трудом собирал мысли в кучу. — Так вот — император погиб от рук заговорщиков. Ты, Мэлрис эль-Алиэто, явился, чтобы обсудить с ним посредничество в договорах со светлыми братьями по поводу поставок климантила.
Я мысленно кивнула — отлично. Темные со светлыми настолько не ладят, что часто прибегают к посредническим услугам в вопросах, которые должны бы были решать между собой — это не вызовет подозрений.
— И во время переговоров на императора напали, воспользовавшись заготовленными заранее искажениями пространства. Мы сражались, но не уберегли его величество. Сбежавшего телепортом советника можно не опасаться, я его знаю, он не вякнет пока не выяснит расстановку сил. А когда выяснит, выберет живого императора, а не мертвого. Говорить буду я. Если никто не поставит под сомнение мои слова, то тебя вряд ли будут допрашивать, и я думаю, что моих слов и слов представителя тайной канцелярии будет вполне достаточно.
— Оденьте только сначала представителя, — пробормотала я себе под нос.
По ряду “заговорщиков” пробежали нервные смешки. Но Тая все же действительно приодели в одежду одного из телохранителей, благо их наряды практически не отличались от неброской, но добротной одежды тайной канцелярии. И даже подогнали под размер силами свежеинициированного дракона. А потом…