Верните мне меня! (СИ)

«Наверно и мне бы не помешало научиться командной работе… Но это как-то скучно, хотя, может, Марика тогда перестанет жаловаться, что я постоянно с травмами… Марика…»
— А ты, Коди, как стал таким сильным?
Парень удивлённо посмотрел на Кумико, вырвавшую его из мыслей. Он сел обратно, упираясь руками в землю.
«И что мне ей сказать? «Раньше я был очень слабым, но потом мне сказали: «ты сильный» и я стал сильным? Спасибо Тень, что ничего не объяснила».
— Если честно, я не знаю. Четыре года тренировок с бывшим орденоносцем Тандалийского Ордена сделали меня таким.
Кумико задумалась на несколько мгновений.
— Кажется, я слышала, что в странах Тандалийского договора есть какие-то особенные тренировки, способные сделать человека гораздо сильнее за пару лет. В Орден ведь берут только элитные войска, но иногда у них бывают сложные периоды и приходится нанимать людей послабее. Как после того громкого поражения четыре года назад в новом подземелье…
Она резко оборвалась. В то время по Аксарии волной прошлась новость о том, что их отряд потерпел крупное поражение. Погибло больше половины отряда, включая командира. Остатки были расформированы, и все ждали их прихода в Гильдию. Только сейчас Кумико вспомнила, что среди выживших был оруженосец.
«Четыре года тренировок, и его наставник — бывший орденоносец».
— Ты чего?
— Я подумала, что задела неприятную тему…
Парень сидел с каменным лицом, не понимая, о чём она говорит. Воспоминания о том дне, когда Коди, будучи простым оруженосцем, спустился в новое подземелье вместе с Орденом, не приносили ему никаких эмоций. Они просто были. Иногда он вспоминал об этом, но никогда не ловил себя на мысли, что ему неприятны эти события.
— Я не понимаю.
— Эделикийское подземелье. Смерть больше двадцати орденоносцев, ужасная новость. Я слышала, что в том походе спасся один оруженосец и подумала… может ты им и был? Орденоносцы редко берут кого-то в ученики, но то, что произошло у Эделики…
Кумико говорила очень осторожно, тщательно подбирая каждое слово. Парень сильно удивился, услышав её предположение, ведь в некоторой степени она была права.
— Да, я был там, когда всё случилось и был оруженосцем, но не Эргенда, то есть, не своего наставника. Я был оруженосцем командира нашего отряда — Маргарет Рей.
Девушка была смущена. Она чувствовала, что задевает больную тему, но продолжила говорить.
— Прости, мне не следовало говорить об этом.
Коди снял с шеи камень Воспоминаний и положил его себе в ладонь, наблюдая за волнообразным, ярким синим светом внутри него.
— Мне её не хватает — заворожённый светом камня, парень погрузился в мысли о грядущем.
«Успею ли я накопить денег, прежде чем стану старше тебя? Надеюсь, ты не умрёшь от шока, если увидишь меня стариком…»
Кумико не знала, что сказать. Ей казалось, что она зашла за черту слишком личных дел и обидела Коди. Он казался девушке слишком задумчивым с тех самых пор, как уставился в камень.
— Коди?
Парень лениво повернулся к ней. Увидев обеспокоенное лицо Кумико, он понял, что увлёкся. Сжав цепь в кулаке так, чтобы камень болтался под его рукой, он решил рассказать ей.
«Всё равно это не секрет».
— Это камень Воспоминаний Маргарет. Чтобы спасти нас, она пожертвовала собой в тот день. Я хочу когда-нибудь вернуть её. Нет, я хочу сделать это как можно скорее.
Кумико слегка улыбнулась. Слова Коди звучали очень уверенно. Он знал, что день, когда Маргарет вернётся в мир живых точно настанет. Это внушало уважение к беззаботному на вид, наивному мальчишке.
— Ты выбрал себе очень непростую цель, Коди, но даже не думаешь о том, чтобы отступить. Я думаю, когда-нибудь, благодаря своему упорству, ты правда сможешь вернуть госпожу Рей.
Коди отвёл взгляд к камню. Ему так много раз говорили эти слова, что он сам уже был убеждён в своём успехе. Оставалось просто пережить всё от момента под названием «прямо сейчас» до воскрешения Маргарет.
«У неё ведь тоже был похожий камень». — подумал Коди, вспомнив про заколку Кумико.
 
— Ты тоже хочешь кого-то вернуть?
Эльфийка была несколько сбита с толку неожиданной догадкой Коди.
— О чём ты?
— О твоей заколке. Камень в ней мерцает очень похоже. Я подумал… может это тоже камень Воспоминаний?
Эльфийка неуверенно потянулась рукой под капюшон. Она слегка дотронулась до неё кончиками пальцев, чуть проведя ими по камню. Кумико молчала, заставив Коди понять одну вещь.
«Я задел неприятную тему?»
Коди осознал, что его восприятие камня и восприятие камня Кумико может существенно отличаться, ведь у неё нет никакой метки. Для неё камушек к её заколке мог быть тяжёлым бременем, в отличие от того, что есть Коди.
— Извини… Я не подумал, что это может быть неприятная тема для разговора.
Эльфийка зажала свою заколку в руке и сняла с волос. Положив её в ладонь, она поглаживала камень большим пальцем. Он не мерцал.
— Нет, к счастью, это не камень Воспоминаний. Эта заколка, она напоминает мне о том, кто я есть. Прости, я не могу сказать больше, пока что, по крайней мере.
Коди тут же вспомнил про «Латину». Сложив ладони вместе и зажав между ними камень, он подался вперёд, глядя на костёр.
— Иногда кажется, словно всё вокруг напоминает мне о том, кто я есть, о том, к чему я должен стремиться и ради чего живу. Моё оружие вовсе не моё. Камень на моей шее не даёт мне забыть о том, что моя жизнь тоже не моя. Маргарет успела спасти меня четыре раза… Я обязан ей всем, что у меня есть, и я рассчитаюсь за этот долг. Я обязательно верну свою госпожу в мир живых.
Они переглянулись. Кумико горько улыбнулась.
— Мне захотелось познакомиться с госпожой Рей.
Коди улыбнулся ей в ответ.
— Когда-нибудь у тебя будет такая возможность.
— Уж постарайся, Коди.
Неожиданно из повозки послышался голос Арина. Коди и Кумико насторожились. Парень поднялся со своего места и осторожно зашагал к повозке.
Приподняв покрывало, под которым спал торговец, он увидел его сладко спящим, крепко обнимающим мягкую на вид подушку.
— Прошу заплати мне одним Эйкорийским Дели…
Парень глубоко выдохнул и повернулся к Кумико, пожав плечами.
— Разговаривает во сне! Жуть.
Девушка тихонько усмехнулась.
— Майрон тоже иногда говорит во сне.
Коди, нахмурив брови, посмотрел на Кумико. Она тут же отмахнулась, понимая, как это можно было понять.
— Мы около двух лет жили в Монтверде или его окрестностях. Всегда снимали одну комнату, чтобы сэкономить.
Парень уселся на своё прежнее место.
— Вы с Майроном такие разные, как так вышло, что ты стала работать с ним?
Кумико задумалась, пытаясь вспомнить те времена, когда они с Майроном только познакомились и начинали работать вместе.
— Кажется, это было года три назад, в бывшем Олнире. Майрон был таким, застенчивым, наверное. Ни с кем не говорил и в Гильдии всегда сторонился окружающих, не хотел вступать в группы. Мы с ним были похожи, ведь я тоже не могла найти себе группу. Мои ушки. Не сказала бы, что это бремя, но из-за них мне не удалось завести дружеских отношений. Мои способности к лечению и усилению были знамениты в местной гильдии, но мне постоянно ставили условия. Очень многие хотели видеть меня в своей группе. Были абсолютно уверены, что я обязана вступить в их группу по первому требованию, не могли перешагнуть через свою ненависть к моему народу и относились ко мне, как к рабыне… Или наоборот, льстили и боготворили меня так, что аж тошно было. И непонятно что хуже, ведь их истинные намерения всё равно были слишком очевидны. Тогда, чтобы прекратить всё это, я решилась предложить Майрону основать дуэт. Сначала он отказывался со мной говорить и отвечал односложно, но мне удалось убедить его проверить меня — сходить вместе на одно задание. В итоге он решил, что со мной ему будет гораздо проще.
 
«И тобой всё равно просто воспользовались. Даже сейчас вас сложно назвать друзьями или кем-то больше? Товарищи? Наверное, это максимум, что я могу сказать о вас, а ведь прошло целых три года. Неужели тебя это устраивает, Кумико?»