Отвергнутая (ЛП)

Я врезала ему кулаком в лицо.
— Черт, не ваш, — прорычала я.
Торин оправился куда быстрее, чем я ожидала: он обхватил меня руками за плечи и рывком поднял меня с земли, прижав к себе. Такой типичный прием альфы. Тень проделывал это со мной не раз, но с Торином все было иначе. Он был крупным, но не как Тень. По сравнению со зверем Торин казался мальчишкой — в нем еще не было тех лет, что закаляют. Когда-нибудь они появятся. Но не сегодня.
  
— Отпусти меня, козел! — Я вывернулась и ударила его головой в подбородок.
Торин выпустил меня и зарычал.
— Сука!
— О да, это я. Только что это понял? Тугодум.
— Сука, наша! — пропищал грекин и, запрыгнув, Торину на плечи и обхватил хрупкими ручками его шею.
«Черт» обновился до нового имени «сука»? Мне было все равно, потому что я увидела шанс убежать. Вырвавшись из рук Торина, я заставила себя встать на ноги, но снова оказалась медленной.
Поскользнувшись на траве, когда Торин схватил меня за запястье, я заорала, наконец-то решив использовать козырь.
— Тень! — Он должен быть где-то рядом.
— Кто, черт возьми, такой Тень?! — заорал Торин, резко дернув меня к себе. Он снова поднял меня, и на этот раз вместо того, чтобы кричать мне в лицо, он поцеловал. Жестко, властно — его губы врезались в мои, и между нами вспыхнула сила, когда связь, некогда отвергнутая, но не до конца разорванная, ожила.
— Нет! — закричала я, пытаясь вырваться, отдернуть голову, но он держал меня крепко, вливая свою энергию в мою. Проталкивая свою силу, чтобы она слилась с моей. Принуждая меня так, как не должен быть принужден ни один человек — ни женщина, ни мужчина. Я резко ударила коленом, надеясь попасть куда надо, но, похоже, этого оказалось недостаточно, чтобы остановить его.
Тогда я укусила его. Изо всех сил, вонзив зубы в его губы так, что в рот хлынула кровь. Зарычав, Торин отшвырнул меня, лицо перекосилось от ярости, брови сошлись в гневе.
— Какого хрена, Мера? Мы истинная пара! Ты принадлежишь мне… Что с тобой не так?
Что со мной не так? ЧТО СО МНОЙ НЕ ТАК?
— Ты такой же идиот, как и твой отец, — прорычала я. — Никому из вас я не принадлежу.
Грекины исчезли и оставили нас с Торином на землях Тормы одних.
— Запомни, — сказал он, даже не пытаясь скрыть свой нарциссизм. — Я прошел долгий путь за тот год, когда ты исчезла, и я понял, что оборотень становится сильнее только рядом с истинной парой.
У меня вырвался издевательский смешок, и я облизнула пересохшие губы, все еще ощущая вкус его крови.
— Я не трофей, который можно носить с собой в надежде, что я увеличу твою силу.
Он шагнул ко мне, протягивая руки к моему лицу, но в этот раз я видела его приближение. Отпрыгнула в сторону и выбила ногой его опору, стараясь сбить с ног. Если бы он не был так одержим идеей снова меня поцеловать, то наверняка заметил бы этот маневр и избежал его. Думать членом — вот она, настоящая мужская трагедия.
— Я никому не принадлежу, — прошептала я, пока он валялся на земле. — Я отвер…
Мои слова, которыми я пыталась разорвать нашу связь, прервал рев Тени — и, честно говоря, это было облегчением. Значит, с ним все в порядке, и он сможет вытащить меня к чертям от Торина. Мой прежний план — сбежать и посмотреть, как далеко смогу уйти — явно придется отложить до лучших времен. Потому что, похоже, мой истинный партнер вдруг решил, что пора предъявить права на свой трофей.
— Тень, — выдохнул Торин, он выглядел взволнованным и яростным одновременно. — Это тот, кого ты призвала? Гребаного Теневого Зверя?
Ухмыльнувшись, я наклонилась ближе.
— Я бы предпочла его тебе в любой момент, Торин.
Он снова попытался схватить меня, но теперь Тень был здесь. Когда его пламя заполнило все поле огнем, это было великолепное зрелище.
И кто бы мог подумать, что я испытаю такое облегчение, увидев этого огромного, страшного мудака.
Выпустив наружу зверя, Тень ударил Торина в грудь одной ладонью… и тот пролетел через все поле. Меня наполнило темное, почти сладкое удовлетворение: тупой ублюдок это заслужил… и даже больше.
Несмотря на смертельную опасность схватки с Тенью — он ведь видел, как тот практически одной мыслью уничтожил его отца, — Торин без колебаний поднялся на ноги и попытался атаковать снова. Обычно я бы восхитилась такой храбростью, но в данном случае — просто отнесла его к категории «слишком туп, чтобы выжить».
— Слышал зверь, — закричал он. — Я — ее истинная пара, и я не отпущу ее к тебе.
Тень был в ярости, его пламя разрасталось так же как и увеличивался его рост, он стал огромным, таким я его еще не видел. Он встал между мной и Торином, твердо, как скала, заслоняя меня собой. И при его нынешнем размере я, по сути, просто смотрела на его задницу.
— Тень, — прошептала я, кладя ладонь ему на поясницу.
Жар окутал мою руку, но он не обжигал, сегодня я была не его целью.
— Пойдем просто отсюда. Он того не стоит. У нас есть куда более серьезные проблемы — эти твари.
Он не обратил внимания на мои слова, маленький заряд электричества пробежал по моей руке, предупреждая чтобы я убрала руки. Так я и сделала.
— Ты не можешь игнорировать законы, которые сам создал для оборотней! — Торин выкрикнул очередную чушь.
Я попыталась посмотреть, где находится чертов альфа, но все время как только я начинала двигаться, Тень как-то умудрялся загородить мне обзор.
— Я могу убить тебя с той же легкостью, с которой я создавал законы, — прогромыхал Тень.
Смех Торина прозвучал легко, но я знала его достаточно давно, чтобы понять — расслабленным он не был ни на грамм.
— Видишь ли, не думаю, что это совсем так, — сказал он. — Я провел кое-какие исследования за последний год и выяснил любопытное: теперь мы играем важную роль не только в структуре власти этого мира, но и… в тебе. Без оборотней ты не сможешь удерживать тот уровень энергии, к которому уже привык.
От Тени исходил жар такой силы, что я поняла, он в миллиметре от того, чтобы сорваться окончательно.
— С кем ты говорил? — спросил он, голосом, полным напряжения. — Таких знаний нет ни в одном земном трактате или свитке.
Торин снова усмехнулся:
— Ага, понимаешь, у нас с тобой есть общий знакомый. Точнее, знакомая. Она бывала в твоем мире. Во многих мирах, если честно — все странствует, шатается. И, скажу тебе, мне не пришлось особо ее уговаривать, чтобы она разболтала кое-какие твои секреты.
Странствующая. Дэнни была странницей. Так она всегда себя называла.
В этот раз я не стала действовать осторожно, просто бросилась в сторону, чтобы обойти Тень.
— Если ты хоть пальцем тронул ее, Торин, — закричала я, и голос мой изменился, когда в меня вмешалась волчица, — я тебя убью.
Мы уставились с Торином друг на друга, и это было впервые с тех пор, как он пытался схватить меня.
— Пойдем домой Мера, и я прослежу чтобы с Дэнни было все в порядке, никто больше не причинит ей вреда.
Все тело дрожало, жар вырывался из меня, я задумалась был ли этот жар моим или Тени? Он буквально был в моем позвоночнике.
— Ты можешь целовать меня против воли, — я плюнула в сторону Торина. — Ты можешь прикасаться ко мне, украсть меня или причинить мне боль. Ты всегда был сильнее меня, но одного у тебя точно никогда не будет, я никогда добровольно не подчинюсь.
— Он поцеловал тебя против воли? — Тень произносил слова, будто метал острые ножи.
Я шумно сглотнула.
— Да. Дважды. Перед тем как ты нашел нас, так что теперь я должна ему сломать нос или даже дважды.
Пламя пылало вокруг Тени, я едва не ахнула, когда Торин рухнул на колени, крича от боли. Резко подняв голову, я встретилась взглядом с Тенью. Он смотрел на альфу без малейшего выражения на лице, абсолютно неподвижный, но в глазах у него танцевали языки пламени.
  
Святые угодники.
Я точно знала, что случится, частично я ощущала эту силу и не испытывала ни капли жалости к Торину, я была одной из тех, кто хотел сломать этого ублюдка.