Стеклянный лес

– Пол, проснись, – тронула я легонько мужа за плечо. – Мне нужно кое-что тебе сказать.
Пол открыл глаза и ошеломленно уставился на меня.
– Пол, здесь полицейские. Они хотят поговорить с Руби.
Мгновенно проснувшись, Пол сел на кровати.
После того как до него дошли мои слова, он вскочил и быстро облачился в брюки и рубашку. В тонкой нейлоновой сорочке и хлопковом халате я ощущала себя практически голой, поэтому, осторожно усадив малыша на кровать, натянула чулки и надела шерстяную юбку и бежевый свитер. Пол прав: лучше быть одетой. Теперь я чувствовала себя более уверенно.
  
– Я схожу за Руби, а ты свари им кофе, – произнес Пол и вышел из комнаты.
Хилл и Бреннан от кофе отказались. Вместе с Полом расположившись возле камина, они тихо о чем-то беседовали, в то время как я маячила неподалеку с ребенком на руках. Руби еще не вышла.
– Я поеду с ними. – Пол подошел ко мне. – Я позвоню тебе… как только что-нибудь узнаю.
– А что насчет Сильи? – шепотом спросила я. – Они тебе что-нибудь сказали?
– Никаких известий о Силье нет. – Он бросил взгляд на полицейских: – Позвольте я схожу за племянницей. Уверен, она почти готова.
Пол вернулся вместе с Руби, одетой в мешковатые брюки и слишком большой серый свитер, который – я была в этом уверена – принадлежал Генри. Ее светлые волосы были собраны в неряшливый хвост.
Муж бросил на меня многозначительный долгий взгляд, но если и пытался что-то сказать таким образом, я ничего не поняла и разозлилась на себя за это.
Когда все вышли на улицу и я хотела уже выдохнуть с облегчением, офицер Бреннан обернулся:
– Вы не против, если я здесь осмотрюсь, мэм?
– Осмотритесь?
– Да, я хотел бы взглянуть на комнату мисс Гласс и на дом в целом.
– А… есть ли у вас ордер? – Я не слишком хорошо разбиралась в подобного рода вещах, но из сериалов знала, что у офицера обязательно должен быть ордер на обыск.
Полицейский достал из кармана лист бумаги и развернул, чтобы я могла с ним ознакомиться.
– Хорошо, – тихо сказала я. – Позвольте вас проводить.
Бреннан оказался очень обходительным молодым человеком. Глядя на разбросанные по комнате вещи, он покачал головой и заметил:
– Подростки…
Я ничего не ответила, наблюдая за ним с порога.
Офицер осмотрел платяной шкаф, книги на полке, заглянул под кровать.
– Вы не возражаете, если я осмотрю остальные помещения?
Выбора у меня не было, поэтому я лишь пожала плечами и отошла в сторону.
Офицер вернулся в гостиную, окинул взглядом высокие потолки и присвистнул.
– Не хотел этого говорить в присутствии своего начальника, но дом и впрямь замечательный.
Он так заразительно улыбнулся, как если бы мы были заговорщиками, что я не удержалась и улыбнулась в ответ.
– Да, на меня он тоже произвел впечатление, когда я увидела его впервые. Насколько я поняла, жена моего деверя сама разрабатывала дизайн. Ну или, во всяком случае, советовалась с архитектором.
Бреннан кивнул.
– Не знаю, как вы, а мне бы совсем не хотелось расти в таком доме.
– Мне тоже. – Я огляделась. – Все это так мне чуждо.
– Откуда вы? – спросил офицер, осматривая гостиную.
– Из Висконсина, округ Дор. Это туристический район. К тому же там множество фруктовых садов.
– Звучит заманчиво, – сказал Бреннан.
Я снова, сама того не желая, улыбнулась. Офицер напоминал мне мальчишек, с которыми я выросла, и вполне вписался бы в местное общество Бейлис-Харбора.
Малыш начал капризничать. Расстелив на полу шаль, я усадила Пи Джея играть с его любимыми мерными чашками и ложками, после чего повернулась к офицеру. Каким бы приятным человеком он ни был, я хотела, чтобы он поскорее ушел.
– Вы осмотрели все, что хотели?
– Да, конечно. – Он направился к выходу, но потом бросил взгляд в коридор. – Подождите… Я едва не забыл про другие комнаты. – И извиняющимся тоном добавил: – Прошу прощения, мэм, я в этом деле новичок.
С отчаянно бьющимся сердцем я последовала за Бреннаном в хозяйскую спальню.
Распахнув платяной шкаф, он протянул:
– Ух ты, сколько здесь вещей…
Мой взгляд упал на туалетный столик, на котором стояла шкатулка Сильи со спрятанным в ней посланием неизвестного содержания.
«Господи, Энджел, – мысленно обругала я себя, – с таким же успехом ты могла бы закричать и указать на нее пальцем», – но офицер ничего не заметил, продолжая осматривать содержимое шкафа. Затем он подошел к туалетному столику, однако к шкатулке не притронулся, а спустя несколько минут направился в гостевую комнату.
– Здесь спит малыш? – поинтересовался он, указывая на кровать, обставленную со всех сторон стульями.
– Да. Нам было негде его разместить. Но во вторник мы уезжаем домой, так что ничего страшного.
Внезапно меня поразила мысль, что, возможно, во вторник мы никуда не уедем. Интересно, что происходит в полицейском участке?
Бреннан распахнул створки шкафа, где висела одежда Генри, и повернулся ко мне:
– Есть какие-то соображения относительно того, почему мистер Гласс спал в этой комнате?
Я пожала плечами и не ответила.
Офицер перевел взгляд на рюкзак.
– Вещи малыша?
Я кивнула, сразу же подумав о фотоальбоме, спрятанном в стопке чистых подгузников.
– Для такого крошечного человечка у него довольно много вещей, – рассмеялся Бреннан, а когда мы вернулись в гостиную, бросил на меня робкий взгляд:
– Спасибо, что позволили мне осмотреть дом.
При виде его невинного лица у меня сжалось сердце. И почему, скажите на милость, я решила, что ни один из парней Бейлис-Харбора мне не подходит?
А потому, решительно напомнила я себе, что в мужья я хотела только мужчину своей мечты. И такой появился.
– Не стоит благодарности, – тихо ответила я. – Заходите в любое время.
Мне отчаянно хотелось расспросить, знает ли он хоть что-нибудь о местонахождении Сильи, но после того, как его осадил офицер Хилл, я знала, что Бреннан не поддастся на провокацию.
– Если вам что-нибудь понадобится, миссис Гласс, дайте знать. Вы всегда сможете найти меня в полицейском участке в Хоторне.
– Благодарю вас, офицер, – сказала я, провожая его к выходу.
Закрыв дверь, я прижалась к ней спиной и посмотрела на Пи Джея, наблюдавшего за мной.
– Чуть не попались, – обратилась я к малышу, и он забормотал что-то в ответ.
Сварив наконец кофе и налив полную чашку, я огляделась. Предстояло решить, чем заняться, пока я буду ждать возвращения Пола и Руби. Может, убраться? В доме была такая грязь, что работы хватило бы на полдня.
Но что же все-таки в том фотоальбоме? Нет. Я решительно тряхнула головой и сделала большой глоток кофе. Альбом мне не принадлежит, так что я не стану в него заглядывать. Да, при других обстоятельствах так и стоило бы поступить, но сейчас ситуация складывалась весьма неординарная.
Я поставила чашку на стойку и отправилась за рюкзаком.
Держа в руках альбом в кожаном переплете, я задумалась: сколько раз Силья его открывала? Сколько раз с любовью смотрела на хранившиеся в нем фотографии?
– Нет, Энджи, – вслух приказала я себе, словно звук собственного голоса мог прогнать прочь крамольные мысли, – ты не имеешь на это права.
Я хотела убрать альбом в рюкзак, но внезапно замерла. А что, если эти фотографии помогут следствию? Кем я буду, если даже не попытаюсь помочь в поисках?
Воровато оглядевшись по сторонам, я опустилась на диван и взялась за застежку, а когда раздался тихий, почти неслышный щелчок, затаила дыхание.
    
Глава 39
 
Руби
 
Они сидели в маленькой комнате без окон. Такие Руби видела по телевизору. Посредине стояли стол и стулья. Полицейские предложили кофе и воду, но Руби и Пол отказались. На столе – нескладная керамическая пепельница коричневого цвета, похожая на кучку экскрементов. Нечто подобное мастерят дети на уроках труда в седьмом классе. Руби ничуть не удивилась бы, узнав, что эту пепельницу слепил ребенок одного из офицеров, а тот принес ее на работу, заявив, что не желает видеть такую уродливую вещь у себя на столе. И тогда секретарша или кто-то еще принес ее в комнату для допросов. Знал ли ребенок, где в итоге оказалась его поделка?