Общество забытых мучеников

— Сдаешься? — донесся голос Соль из-за шкафа. — Сдавайся, сдавайся. Такую Соль я знаю. Такую люблю. Никчемную.
Соль запрокинула голову, пытаясь остановить соленые слезы.
— Такая ты слабачка, даже не пытаешься бороться. А вот послушала бы меня, всего этого можно было бы избежать.
Соль сглотнула горький ком, острый, как колючая проволока, и, спрятав лицо в ладонях, скрутилась калачиком на полу.
  
— Никчемная, глупая, страшная, отвратительная, бездушная, — не переставая, сыпала Соль. — Нелепая, истеричная, плаксивая идиотка!
Соль стиснула зубы и больно прикусила язык. Она плакала и прятала свои слезы. Задыхалась, мечтая поскорее умереть.
— Жалкая, унылая, убогая.
— Соль… — принесло эхо.
— Неуклюжая, безвкусная, сумасшедшая…
— Соль, ты слышишь меня? — Эхо становилось громче.
Это был голос Эбель. Звонкий. Четкий. Сбивающий с толку голос подруги.
— Соль, умоляю, вернись к нам!
— Тупое ничтожество…
— Соль, я рядом с тобой! Я здесь! Я вернулась! — Эбель говорила с ней из мира живых. — Прошу, сопротивляйся ей!
— Зануда! — раздался голос Ноа. — Если ты не дашь ей, кхе-кхе, по роже, то это сделаю я! Задуши эту тварь! Покажи ей, кто здесь хозяйка! Кхе-кхе, — он кашлял и задыхался.
Значит, они все еще были в библиотеке. Значит, они все еще были в опасности.
— Я уничтожу тебя, я уничтожу нас…
— Нет, — перебила Соль Эбель. — Не слушай ее. Послушай меня, хорошо? Одна мудрая шаманка сказала мне, что наш дар — это наша сила, Соль. Твое отражение — это ты. Так поговори с ним! Услышь его!
— Та Соль опасна, — кряхтел Ноа.
— Та Соль тоже напугана, и она тоже хочет быть услышанной! Прошу, — голос Эбель звучал совсем близко, — найди в себе смелость понять ее и прими свой дар. У всех нас есть недостатки. Все мы чего-то боимся. Но мы сильные, только потому, что мы — это мы. Исключительные. Особенные. Соль… — шептала она, — прошу тебя. Пойми это. И вернись ко мне. — Голос Эбель задрожал. — Я не могу потерять тебя. Не могу…
У Соль закружилась голова. Воздух в зазеркалье заканчивался.
— Зануда, кхе-кхе, — голос Ноа становился слабее и тише, — ты умная… самая умная зануда в моей жизни, и ты точно справишься… ты всегда справлялась… — Он тяжело и медленно задышал.
— Нет! — крикнула Эбель, и за ее криком последовал удар.
Ноа закричал, и его крик пронзил голову Соль. Она встала на дрожащих ногах, чтобы наконец догнать темную Соль и забрать у нее осколок, но бежать никуда не пришлось. Та стояла прямо перед ней.
— Так тебя все-таки ждут в том мире, — усмехнулась она.
Но в ее усмешке была лишь грусть.
— Думаешь, теперь я тебя отпущу? — Она замахнулась осколком. — Я разобью его, и ты никогда к ним не вернешься.
— Зачем ты это делаешь? — выставила руки Соль.
Она сделала шаг вперед — та отступила на шаг назад.
— Зачем? Зачем?! Да ты всего этого недостойна! Ты и правда думаешь, что они говорят это искренне? Твой самый верный друг — это я. Лишь я говорю тебе правду. — Соль уперлась спиной в шкаф. — Но ты променяла меня на них. Оставила! Забыла! Заперла, как дикого зверя! — кричала она.
Так громко, что заложило уши. Но сколько злости было в ее крике. Сколько боли.
— Потому что ты опасна! — задыхаясь, выпалила Соль.
— Это ты сделала меня такой! — обиженно бросила она.
Рука с осколком дрожала. Она могла разбить его в любую секунду, но почему-то медлила.
— Нет! Ты просто появилась и уничтожила все, что я любила. Ты уничтожила меня.
— Мы одно целое, пойми уже! Ты сдерживала меня, подавляла все эти годы. Ты хотела, чтобы меня не было. Хотела быть хорошей, но ты… это я. А я… это ты. И я никогда не уйду. — По щеке у нее скатилась слеза. — Я стала злой только потому, что ты заперла в зеркале свои худшие черты. Все те черты, которые тебя не устраивали. От которых ты хотела избавиться. И поэтому появилась я.
— Соль… — Она наконец поняла.
— Ты оставила меня одну. Звала только тогда, когда нужна была помощь. Скинула на меня всю грязную работу. Заставила себя защищать. Ты относилась ко мне как к монстру. И поэтому я им стала. Но я не хотела этого… Не хотела…
Голову пронзила острая боль. Во рту пересохло, каждый вдох царапал горло и раздирал легкие. Соль была чертовски права. Она не была злодейкой. Она не была опасна. Она была… одинока.
— Прости меня, — шепнула Соль.
— А? — испугалась та.
— Прости, что я перестала любить нас. — Соль упала на колени. — Но мне было страшно. Я не знала, как мне со всем этим справляться.
— Что ты… сказала? — Соль упала рядом с ней. — Ты извинилась? Передо мной?
Соль потянулась к ней и, закинув руки на шею, обняла. Она и не думала, что у нее такое хрупкое тело. Что ее руки так сильно трясутся. Что глаза становятся чернее из-за слез. А от волос пахнет зеленым чаем и клубникой. Соль не думала, что причиняет ей боль. Ранит. Мучит. Она не хотела всего этого. Тем более для той, кто был ей ближе всех. Для себя самой.
— Прости, — шепнула она ей в волосы. — Умоляю, прости.
Соль остолбенела. Замерла, как камень, но спустя секунды тяжело вздохнула и обняла ее в ответ.
— Я не буду больше прятаться, сбегать и бояться. Обещаю тебе. Мы с тобой — одно целое, и я клянусь, что буду беречь тебя.
— Это я и хотела услышать, маленькая Соль, — сказала она и вложила ей в руку осколок.
Соль вдохнула в последний раз перед тем, как в глазах потемнело. Ее тошнило, а голову распирало от давления, которое вот-вот — и разорвало бы ее тело в клочья.
— Возвращайся домой, маленькая Соль, — услышала она напоследок. — Нас там ждут.
— Пришла в себя, зануда? — раздался голос Ноа совсем рядом с ухом.
Соль разлепила глаза. Она лежала на холодной земле. Академию потушили. Лишь остатки серого дыма струились вверх, растворяясь в облаках. Рядом лежал Ноа, а Уилл, закрыв глаза, лечил его своим дыханием.
— Ты ранен? — Соль вскочила, но голову пронзила острая боль, и она тут же легла обратно.
— Конечно, ранен, кхе-кхе, — улыбнулся Эдвин и зашипел, стоило Уиллу дыхнуть на обожженную спину. — Ты в библиотеке вздремнуть решила, кхе-кхе, — закашлялся он, — а я, чтобы ты не замерзла, накрыл тебя одеялом. — Ноа сжал зубы.
— Собой. — К Соль подбежала Эбель и, обхватив шею руками, крепко обняла. — Он накрыл тебя собой. Я так рада, что ты пришла в себя!
— Как мы выбрались? — спросила Соль.
— Я запрыгнула к вам в окно, а за мной — мистер Чампи и Ширука. Мы нашли вас с Ноа в углу библиотеки. Ты была без сознания, а Ноа закрывал тебя своей спиной. Ширука освободила нам путь, и мистер Чампи вынес вас двоих на улицу.
— А Колм?
— Колм умер, — сглотнула Эбель. — Сгорел, как и все, что было в библиотеке. Профессора говорят, что это было самоуб…
— Нет, — сказала Соль и раскрыла ладонь. — Это было убийство.
В руке сверкнул осколок, отражение в котором больше не пугало.
— Колм хотел передать его тебе, — сказала она и протянула его Эбель. — Он хотел извиниться. Но не успел.
Эбель приняла стекло и, улыбнувшись, кивнула. Она давно его простила. Да и вовсе не держала на Колма зла. Эбель сунула осколок в карман и обхватила ладонями лицо Соль.
— Хорошо, что вы оба выжили. На Ноа упала горящая балка, ты вообще потерялась в своем зазеркальном мире.
— Эдвин! — Соль опять попыталась встать, но Эбель так крепко ее держала, что у нее не хватило сил сопротивляться.
— Ты справилась, Соль. — Эбель целовала ее испачканные в саже щеки. — Ты такая умничка!
  
— А я? — закряхтел Ноа. — Я разве не умничка, кхе-кхе?
— Ты — кретин. — К ним подошел Реджис и, смерив Ноа презрительным взглядом, все-таки сел на корточки и потрепал его по кудрявым волосам. — Но теперь я тебя хотя бы уважать начал.