Общество забытых мучеников
— Тимо… — Реджис слишком хорошо знал своего брата… И отлично знал Эбель, которая ни черта не смыслила в физике.
Эбель, скинув с плеча сумку, подошла к наполненному ведру. В него с потолка капала вода, переливаясь за края. Эбель села на корточки и сунула руку в холодную воду.
— Мне нравится ход твоих мыслей. — К ней подошел Джосайя.
Поверить в то, что под водой можно порезать стекло, было сложно. Но оно и правда поддавалось. Лезвия с легкостью отрезали ненужные куски и создавали из овала остроконечную каплю.
— Кровь моя нужна или нет? — разочарованно кинул им в спину Ноа.
— Нет. — Эбель вытащила из воды осколок и рассмотрела его на свету.
— Нереально… — протянула Соль.
Эбель взглянула на Тимо. Тот улыбнулся краешком губ и кивнул, подтверждая, что она все сделала правильно.
— Вставляй его в витраж, — посмотрев на часы, подгонял ее Джосайя.
Она вернулась к окну и, поднявшись на мысках, вложила стеклянную каплю крови в отверстие. Внутри оконной рамы что-то щелкнуло и зашипело, словно змея. Заструилось по камням, быстро сползая со стены на пол, побежало прямо к алтарю и громко врезалось в распятого Иисуса на столе. Статуэтка накренилась и, не выдержав напора, выскочила из странного механизма.
— Осторожно! — крикнули все стоявшему рядом с алтарем Ноа.
Тот повернул свою кудрявую голову к летящему на него распятию и, выставив руки, попытался поймать. Оно рухнуло прямо в его ладони. Дальше Ноа полетел вместе с распятием, но, подставив себя под удар, не дал мраморному Иисусу разбиться.
— Видали?! Какая у меня эрекция! — кряхтя, попытался встать с пола Ноа.
— Реакция, Ноа, — тяжело выдохнув, протянули все хором. — Реакция…
Реджис помог ему подняться, а Джосайя забрал статуэтку и поставил ее обратно на стол.
— Открылся тайник, — сообщила Соль, сидевшая у алтаря. — И в нем записка.
Эбель закатила глаза. Переписка с убийцей ей порядком надоела.
— Опять загадки, — уныло протянул Ноа.
— А ты думал, убийца тебе все сразу напишет? Ну, Эдвин, раз ты так сильно устал, так и быть, сжалюсь и дам тебе сразу все ответы. — Соль толкнула его в плечо.
— Не о том думаете, — упрекнул их Джосайя. — Лучше разгадывайте загадку.
— Ну, речь явно о каких-то мертвецах. — Ноа подошел к алтарю и прочитал записку.
— Ой, помолчи уже, а. — Соль выхватила ее у него из-под носа.
— Какие мертвецы сидят за столом, пока за их спиной строят козни? — хитро улыбаясь, спросил Джосайя.
Он уже все понял. Наверняка сразу, как только прочитал первые строчки.
— Мы вернулись к тому, с чего начали. — Эбель посмотрела на Тимо.
Она тоже поняла, о чем, точнее — о ком, идет речь. Тимо отошел в сторону, будто мешал смотреть на фреску позади него.
— А начали мы с «Тайной вечери», — закончил ее мысль Реджис.
— Апостолы? — Соль тоже теперь заглядывала за приоткрытую дверь в трапезную.
— Они самые, — хлопнул в ладоши Джосайя. — Они, родненькие!
И, схватив стопку бумаг, рванул к фреске.
Тимо нырнул внутрь и, зайдя на кухню, сел на разделочный стол. Он покачивал ногами и наблюдал за всеми из тени.
— Кто перечислит их имена, получит пятерку за семестр. — Похоже, для Джосайи это расследование, как и для убийцы, стало игрой.
— Андрей, Петр, Иоанн, — начал Реджис.
— Иаков, Филипп, Варфоломей, — продолжила Соль.
Ноа пожал плечами, когда Джосайя посмотрел на него.
— Матфей, Фома, Иаков Алфеев, Иуда и Симон, — кивая в сторону каждого апостола на стене, перечислял их имена Реджис.
— И Иуда Искариот, что предал Иисуса, — закончила Эбель, смотря на фигуру, сидящую рядом с Христом. — Тот самый раскол за спиной мертвецов, сидящих за столом.
— Круто… — воодушевленно протянул Ноа. — А дальше что?
— Их двенадцать, — на всякий случай пересчитала Соль. — Как черточек в записке, которую мы нашли у Аманды Вестер.
— Черт, — усмехнулся Реджис и, запустив пальцы себе в волосы, взъерошил их. — Все было так просто? — Он сел на стол и, расслабив галстук, вытащил его из-под жилетки.
— Да. — Джосайя огорченно выдохнул. — Все было так просто.
— Убийца призывает апостолов. — Увидев немой вопрос на лицах, объяснил Реджис. — Сигилы. Буквы в них — это первые буквы их имен. Он хочет собрать их всех вновь.
— Та-а-ак… — протянула Эбель. — И?
— И, кажется, нам наконец-то пригодится вот эта вещичка. — Джосайя сунул руку в карман пиджака, доставая металлический цилиндр.
— Криптекс? — спросила Соль.
— Да, простите, не смог сдержаться, — поклонился студентам Джосайя. — Вчера прихватил его с собой. Хотелось получше изучить.
— Изучили? — кинул Реджис.
— О, еще как, — улыбнулся Джосайя. — Это последний и явно самый важный элемент всего расследования. Последняя тайна, к которой ведут все старые зацепки. То, ради чего были оставлены все улики. Тут скрывается что-то поистине важное, и сейчас мы с вами узнаем, что же именно.
— Нам нужна последовательность убийств, — сказала Соль, — чтобы правильно ввести код.
— Я помню все сигилы. — Реджис взял из рук Джосайи листок бумаги и нарисовал на нем символы.
— Да, — Джосайя проверил последовательность, — все верно. Значит, так и вводи. — Он протянул Реджису криптекс.
Но тот отдал его Эбель. С нее началась эта история — на ней и должна закончиться.
— А, П, М, И… — диктовал Джосайя, — Ф, В…
И как только Эбель повернула последний ряд, правая часть цилиндра открылась.
— Ну, что там? — Соль запрыгала от нетерпения.
— Еще одно письмо? — заглянула внутрь Эбель.
Она потрясла цилиндр — на пол упали два скрученных листа.
— Ноты. — Реджис подобрал один из них. — Passio Domini nostri J. C. secundum Evangelistam Matthæum [15]. — Реджис посмотрел на непонимающие лица. — «Страсти Божьи». Бах.
— Откуда ты знаешь? — удивился Ноа.
— Часто приходилось играть, — ответил Реджис.
— Еще тут записка. — Второй листок поднял Джосайя. — Да, так я и думал, — сказал он, раскрыв его. — Черт… Это все-таки правда. Твою мать. — Ударил ногой по стулу.
— Что там? — Эбель вырвала из его рук послание и прочитала вслух:
«Иисус говорил, что все дела, которые творит он, можем творить и мы. А значит, все мы способны стать подобными Богу. Мой брат оставил мне наследие. Оставил свой шанс на вознесение. И я обязан продолжить его путь. Я стану новым богом, но перед этим я должен доказать небесам, что готов на все ради этого. Я убью грешные души, нарушившие великие заповеди, и тогда апостолы придут ко мне на помощь. Я создам новый мир. Чистый мир. И каждая душа будет подчиняться мне. А позже я возьму себе достойных учеников, и тогда на мир обрушится новый закон, который мы создадим вместе с ними. Я вознесусь прежде, чем родится Христос. И день этот будет и концом всему, и иным началом».
— Черт… — Соль громко сглотнула.
— А вот и ключ ко всему, — тяжело выдохнул Реджис. — Значит, он и правда убивал студентов по заповедям и правда призывал апостолов Христа.
— А о каком брате идет речь? Не о Боге же… — Эбель посмотрела на Джосайю, потому что, очевидно, он знал ответ.
— Об Исааке Уолкере. — Кэруэл громко хлопнул стопкой бумаг по каменной плите. — Тот самый, чью могилу мы нашли на кладбище, и тот, чьи мощи покоились в крипте. Он умер дважды. Я рассказывал вам, что после первой смерти его причислили к лику святых. Люди думали, что к жизни его вернул сам Господь. Исаак считал так же. Он решил, будто ему дали второй шанс на жизнь не просто так. Возомнил себя мессией и стал собирать вокруг себя учеников. Он основал тайное общество, построил крипту и создал все механизмы, которые есть в этом старом соборе. Все это — его рук дело.
