Измена или Восстать из пепла (СИ)

Я посмотрела на него, приподняв брови. Что за градация такая дурацкая? И почему мне смешно?
— На девять.
— Ох…
— Да. Это кошмар.
Он в задумчивости почесал голову, положил локоть на окно и облокотился на руку.
— Я могу чем нибудь помочь?
— Для начала — не задавать много вопросов.
Миша приподнял бровь.
— Это было грубо.
— Думаешь?
— И нетактично. Но мне нравится. Ты так успокаиваешься? Когда срываешься на меня?
  
Я смутилась. Выводить меня на эмоции у Михаила получалось отлично. Даже успокоить вышло. Я немного собралась с мыслями во время нашей перепалки.
— Да нет. Хочешь подробности? Мой муж трахал секретаршу у себя на работе. Видео процесса сейчас во всех новостях. Заблюренное, конечно. Но мне достаточно и этого.
Мужчина от неожиданности замер.
— М-да. Ситуация малоприятная…
— Да что уж, пустяки. Подумаешь.
Я почуствовала, что еще немного и сорвусь на истерику. Миша тоже, так что тактично замолчал. Неужели!
— Сарказм — это хорошо. Значит, не так уж всё и плохо.
Мужчина завел машину и мы поехали обратно в город. Почти всю дорогу ехали не разговаривая, только Миша иногда кидал на меня тревожные взгляды.
В той же тишине припарковались у офиса. Я была благодарна, что на время поездки меня оставили в покое.
— Знаешь, я в жизни сталкивался и не с таким. У тебя всё будет хорошо — у таких как ты в конечном счете всё всегда хорошо. А вот он — судя по всему, идиот. Во-первых, потому что изменил такой, как ты, во-вторых, потому что сделал это на камеру. У таких после развода всё обычно катится по наклонной. Я не знаю, карма это, бумеранг или что — но это работает.
Он не ждал от меня ответа, достал из пиджака кошелек и вложил мне в руку зарплату за сегодняшний день. Почему-то, пятирублевая купюра была не одна, а четыре. Двадцать тысяч за день? Это он меня так пожалел или что?
— Вы считаете меня жалкой?
Михаил встрепенулся и округлил глаза.
— Впервые встречаю такую реакцию на зарплату. Обычно говорят «спасибо».
— Ты понимаешь, о чем я. Мне нужны деньги, которые я заработала. А не подачки из-за того, что кому-то меня жалко. Переведи в приют для животных, если такой добросердечный.
Я забрала одну купюру, остальное кинула на панель и вышла из машины, хлопнув дверью. Миша пытался что-то говорить, но слушать я не собиралась.
Быстрым шагом на каблуках прошла приличное расстояние, тут то меня и накрыло. Я не знаю, что на меня нашло, я спустилась на лавочку в небольшом скверике, обняла себя руками и разрыдалась. Достала из сумки платочки и попыталась привести себя в порядок, но истерика и не собиралась останавливаться. Похоже, стратегия — копи в себе и никому не показывай, что чувствуешь — дала сбой.
  
Глава 10
 
Я бы продолжала реветь, сидя на лавочке, но рядом со мной поставили пластиковый стаканчик,а мои плечи накрыли теплым пледом. Весна в этот раз выдалась прохладной, так что у меня уже начали стучать зубы и по телу пробежала дрожь.
— Так снежная королева вовсе и не снежная?
Голос Миши, конечно же. Я только заплакала еще больше. Красный нос, тушь размазана, глаза наверняка уже опухли. Красотка, ничего не скажешь. Он спокойно и уверенно сел рядом, посмотрел на меня.
— Ну-ну, хватит.
Михаил своей тяжелой рукой накрыл мои плечи и слегка притянул меня к себе, так, что я легла на его плечо. Осталось только сопли размазать по пиджаку нового босса, для полного счастья. Отпираться, ругаться не было ни сил, ни желания. Хотелось только, чтоб кошмар в моей жизни закончился.
— Там в стаканчике чай. С ромашкой. Ты попей немного.
Я благодарно схватилась задубевшими пальцами за горячие края стаканчика и поднесла его к губам. Кипяток немного обжигал губы и горло, но это то, что мне было нужно.
— Марин, у тебя есть дети?
Я встрепенулась от такого внезапного вопроса.
— Да. Две девочки, Дина и Соня.
— Вот и у меня есть. Тоже дочь, Ксюша. Так вот — если бы ее Андрей сделал что-то такое — его бы уже в живых не было.
Я посмотрела на лицо Михаила — оно было напряжено, желваки играли на скулах. Похоже, не шутил. Да и я помнила, что его секретарь в офисе — никто иной, как муж его дочери. Удобно — почти круглосуточный контроль за тем, чтоб твою дочь не смели обидеть.
— Мне было бы всё равно на закон, свою карьеру и мнение окружающих — я бы удушил его своими руками. А ты? Что бы сделала ты? Если бы такое произошло с одной из твоей дочерей.
Я задумалась. Никогда раньше не размышляла об этом, Дина общалась с парнями, но ни с кем не встречалась. Представила, что какой-то хрен обижает ее — руки непроизвольно сжались в кулаки так, что ногти впились в кожу. Да пусть кто-то попробует задеть любую из моих девочек — я приму все усилия, чтобы его уничтожить.
— Я бы точно не оставила этого человека в покое. Он бы ответил за всё.
— Относись к себе так же, как с своим дочерям. Он не заслужил твоей боли. А знаешь чего заслужил?
— Чего?
— Парочки переломов.
Внезапно возникшая улыбка на лице Михаила заставила меня вздрогнуть. Похоже, первое впечатление о нем, как о добродушном мужичке оказались обманчивыми. В нем было много скрытой силы, уничтожающей и немилосердной.
Михаил заметил замешательство на моем лице и воспринял его по-своему.
— Я ни разу не поднимал руку на девушку, ребенка или животное. Не нужно делать из меня чудовище, а то я вас, женщин, знаю.
Я коротко кивнула и выпила еще немного чая.
— Как тебе чай?
— Согревающий. Спасибо.
Он оперся на спинку лавочки и оглянулся.
— А красиво здесь, а?
Я тоже осмотрелась по сторонам. Со слезящимися глазами, в суматошном водовороте событий на природу не обращаешь внимания. И зря — вокруг росли зеленые ели, по кронам которых прыгали белки. На подставках стояли кормушки для них, куда при желании можно было засыпать орехи. Действительно, красиво. Еще и немноголюдно — за всё время, что я тут сижу, мимо прошла пара человек.
— Да, очень даже. Нет с собой орешков?
Миша очень удивился моему вопросу.
— Нет, знаешь, не ношу в карманах брюк фундук.
Я хмыкнула. Истерика давно прошла, а вот что делать дальше и о чем говорить я не знала. С другой стороны, неловкости рядом с этим мужчиной я почему-то не чувствовала.
Внезапно из сумки полилась мелодия — это был рингтон, который стоял на звонках Сережи. Он еще и смеет мне звонить? Достала телефон — да, он звонит. Чего ему надо? Извиниться хочет?
— Это он?
Суровый басистый голос мужчины рядом вырвал меня из мыслей.
— Он самый.
— Чего ему надо?
— Если бы я знала…
Я провела пальцем по экрану, приняв звонок. Готовая к тому, что услышанное меня добьет, разобьет окончательно.
Сережа говорил хрипло, агрессивно и пьяно — я не сразу разобрала, что он бормочет.
— Ты видела новости? Это твоих рук дело?
Я обомлела. Моих рук дело? Этот несмываемый позор, клеймо на семье?
— Сереж, ты там совсем ебанулся? Других слов нет. Лучше скажи мне, где деньги? Надеюсь, ты не слил их на ту шкуру?
В трубке послышался мат, оскорбления и обвинения в мою сторону. Как бы я не хотела абстрагироваться и не обращать внимания, каждое сказанное им слово задевало и выбивало из колеи.
— Могу я поговорить?
Я совсем забыла, что рядом со мной все это время сидел Михаил. Скорее всего, он слышал слова Сережи — тот орал, совсем не пытаясь себя контролировать, динамик то и дело хрипел. Мужчина явно был зол, казалось, что глаза его потемнели.
Я не успела ничего ответить, как мобильник оказался в руках у него.
— Еще одно слово в сторону Марины и тебя найдут. Я не бросаю слов на ветер, хочешь убедиться?
  
Звук из телефона пропал. Видимо, Сережа совсем не ожидать услышать то, что услышал.
— А ты кто такой?
— Михаил Громов. Могу адрес назвать, поговорим? Или только с женщинами нравится так разговаривать?