Путь домой (СИ)

- Рассказывай с самого начала. Мне надо успокоиться, а то сойду с ума, глядючи на тебя. И налей чего-нибудь, что бы мозги прочистить.
Налил ему и себе и… за пару часов приговорили бутылку виски в раз. Пришлось рассказывать чуть ли не с момента, когда окончательно ушёл на вольные хлеба и не подписал очередной контракт. Никодим молчал, но через каждые пару минут мотал гривой, словно не веря. Когда закончил, что бы доказать свои слова, провёл Пуха в кабинет и показал шкуру, которую расстелил на полу. Тот только ухнул в изумлении. Присел на корточки и провёл рукой по невероятно длинной шерсти.
  
Вернулись на кухню, и я достал новую бутылку, но Никодим показал, что всё. 
- И ты меня хочешь взять с собой в качестве друга или…
- Именно что или. Хочу, что бы рядом присутствовал православный священник. Сам знаешь, я, скорее язычник, меня не крестили, да и вера в нашей семье было редкой. Той, что уже почти забылась на Руси.
- Помню. Род для тебя всегда был превыше всего, Одинака.
- Я тогда ещё не понимал до конца, что заложено в смысл слов «Память и Наследие Рода». Я тебе вот совсем недавно рассказал о разумных тиграх, у которых генетическая память сохранилась от самых древних. Вот и у меня иногда просыпается что-то из этого. Не удивляйся, Никодим, говорю правду. Не могу похвастаться, что помню всё – от первого в нашем Роду до своего отца и матери, но иногда всплывают в памяти куски жизни тех, кто ушёл давным-давно. 
- То, что ты, Александр Галицкий, всегда выделялся из общей массы, знаю. И не забуду, как именно благодаря тебе мы не раз миновали ловушки, что устраивали именно на нашу группу, как и то, что ты всегда уходил последним. Не я один это помню. Мы все. Те, кто был с тобой рядом все годы. Так что я подписываюсь за тебя и завтра буду. Не обижайся на меня, но и все парни, до кого смог дозвониться, будут неподалеку. Витюха сейчас командует местным СОБРом, так что пусть только посмеют сделать неверное движение.
- Спасибо, конечно, но зря ты звонил. Я ведь тебе рассказывал, что произошло в день, когда мне пришлось уйти. И ведь факт стрельбы в центре города, как мне рассказал сосед, даже не прозвучал в новостях. За теми людьми тоже сила стоит. Немалая сила, поэтому лучше закончить миром, а не войной. Да и нужна ли тебе война? Нужна ли она парням? Мы давно уже гражданские и вновь брать в руки оружие совсем не хочется. Ладно я, молодой, продолжаю иногда развлекаться, но Вы-то… Самому молодому, если не ошибаюсь, полсотни лет исполнилось…
Проговорив до часа ночи, хотел дорого гостя оставить у себя, но тот категорически отказался. Когда выглянул в окно, Пух сел в огромный внедорожник и, стартанув с визгом шин, умчался.
* * * 
Я пришёл в ресторан первым, за полчаса да назначенного срока. Метрдотель, услышав номер заказа, проводил меня до отдельного кабинета и ушёл. Даже не спросил, зараза, может что требуется. Хотя бы попить. Пока никого рядом не было, включил защиту на браслетах и спрятал их под манжеты рубашки, а что под брюками было, так вовсе незаметно. Без двух минут дверь в кабинет открылась и туда зашли двое – старик, совсем ветхий одуванчик и мужчина лет сорока с выправкой и взглядом наёмного убийцы. Не поздоровались. Сели молча и уставились на меня взглядом голодных акул. И только через десять минут зашёл Никодим. Увидев его, старик съёжился. А что? Громадный священник, да и крест на его груди вызывал уважение не столь внешним видом, но и кто понимал, собственным весом.
Вновь тишина. Просидели так несколько минут, в конце концов я не выдержал.
- Мы сюда пришли не в гляделки играть и не кто кого пересидит. Вас попросил представить доказательства, что имеющаяся у меня вещь была похищена у Вашей организации много лет назад. Прошу представить документы и начнём сверять – об одном и том же предмете говорим или о разных. Давайте так. Вы зачитываете приметы, а потом я показываю Родовой знак и мы сверяем. 
- У меня документ, написанный на латыни. Сможете прочесть? – с паузами, с усилием выговаривая слова, но и с неприкрытой издёвкой проговорил старик. 
- Я могу, – неожиданно встрял Никодим. - Латынь знаю очень даже неплохо. 
- Хорошо. Возьмите копию и переведите на русский. Потом покажу оригинал, чтобы не возникло сомнений, что Вас обманывают. 
Мой боевой товарищ улыбнулся и, достав откуда-то из рясы перьевую ручку, за пару десятков минут перевёл текст, написав надстрочный перевод. 
- Можно поинтересоваться? – старик протянул руку и Никодим по столу отправил бумагу. 
Несколько минут тишины. 
- Что ж, перевод достаточно точен. Благодарю. Теперь оригинал, – старик повернул голову к мужчине. – Брат, покажи документ.
Тот, к кому обратился священник, распахнул куртку, мимоходом продемонстрировав бронежилет, откуда сбоку достал небольшую сумку и уже оттуда вынул пенал. Сверху непростое стекло, как я понял, а сам корпус из стали. - Думаю, православный священник сможет сличить два документа?
Никодим взял в руку копию и, пробежав глазами по оригиналу, кивнул. 
- Текст без изменений. Подтверждаю.
В ту же секунду пенал с ветхим пергаментом был спрятан и те двое вновь уставились на меня.
- Что ж. Пришла моя пора? – я расстегнул воротник и продемонстрировал медальон. – Сверяем? 
- Форма… Размеры… - мне даже сунули в руку небольшую линейку, корой измерил медальон по длине и ширине... 
– На лицевой стороне вокруг щита имеется изображение символа вечной жизни. Феникс, – помощник старика монотонно зачитывал текст. И тут случился облом. Никакого феникса на медальоне не было. Я знал, это будет началом конца притязаний и сильнейшим ударом для старика. Тот даже вскочил из-за стола и потянулся сколько было сил к тому, что я держал в руке.
- Этого не может быть... Не может быть... Не может быть… - Раз за разом бубнил старик и даже достал из кармана лупу, с помощью которой исследовал лицевую часть медальона. Наверное, искал места крепления изображения феникса, а я даже помог - перевернул медальон другой стороной, доказывая, что и там феникса нет.
- На щите в центре медальона символы, изображающие три башни и…
- Остановитесь, – старик рванул на горле ворот рубашки. – Я здесь вижу не три, девять башен. ПОЧЕМУ? 
- Наверное, потому, что это не тот предмет, ради которого Вы устроили за мной погоню. – Я сам до конца не понимал что говорю. Сознание поплыло, как после хорошей порции спиртного. Даже показалось, что моё тело занял кто-то другой. - Девять башен означает вечность силы Рода Галицких, к которому я принадлежу. Древнему роду, отмечу. И я девятый в роду. Не по счёту, по значимости свершений во благо Рода. Простите за столь напыщенный слог, но я чту память и славные деяния своих предков, как и любой славянин, кто помнит и множит Славу Рода.
Старик обмял и осел в кресле. Тем не менее, не потерял остроту мыслей.
- Мне сказали, Вы себя позиционируете как князь?
- Делаю скидку на Ваш возраст и прощаю хамские слова. – Я наклонился над столом и вытянул левую руку вперёд. – Не позиционирую себя, а являюсь князем Галицким по праву крови. Знаете что это? – и сунул перстень на безымянном пальце чуть ли не в лицо старику. – Знаете, как родовой перстень может наказать человека, кто не вправе его носить? Чтобы более не было оскорбительных слов с Вашей стороны, смотрите. 
Я провёл перстнем по тыльной стороне руки и немного оцарапал кожу. Приложил перстень к ранке и с силой сжал руку. Подобное проделывал лишь раз, чтобы убедиться, что на самом деле принадлежу к древнему роду. Тогда, когда обнаружил фамильный перстень в сейфе отца в другом мире. 
  
Перстень чуть осветился и вверх стали подниматься чуть видимые, сотканные из дыма, силуэты девяти башен.
Когда сел, невольно поймал бешеный взгляд своего друга. Никодим был совершенно очумевший от всего, что происходило за этим столом. Не меньше ошарашенными выглядели и двое из ордена.