Верь мне, Есения (СИ)

— Что? — поднимает брови парень, заметив мой пристальный взгляд. — Нравлюсь.
Вспыхиваю, заливаясь краской.
— Да ну тебя. Просто светлые глаза и темные волосы не часто встретишь… — пытаюсь оправдаться, старательно скрывая, что внешность Кейна мне и в самом деле понравилась.
— Я с Приморья, — объясняет парень. И хоть мне это ни о чем не говорит, но я, на всякий случай, понятливо киваю в ответ. — У нас там, конечно, есть свой магический университет, но мне хотелось учиться в столице.
За разговором дорога к дому оказалась неожиданно короткой и незаметной.
— Вот мы и пришли, — объявляю я, останавливаясь перед своей дверью и забирая книги. — Спасибо большое за помощь.
— Не за что, малая, — машет рукой Кейн. — Обращайся, если что. Я живу в триста тринадцатой комнате на третьем этаже.
— Я запомню, — обещаю в ответ, и толкаю свою дверь. Неужели я, наконец-то дома?!
  
Глава 14
 
Физкультуру любить у меня не получалось никогда. Не скажу, что я была последней по нормативам или слишком чахлой, чтобы выполнять упражнения, скорее я просто не понимала, зачем это все. Ладно там бег или аэробика — они хоть форму помогают поддерживать, но у нас в приюте и так особо упитанных не наблюдалось. А остальное… Ну метнешь ты этот мячик на несколько шагов, и что? Как это умение поможет в жизни? А, оказывается, поможет еще как, если ты учишься в настоящей академии магии.
Боевая подготовка была обязательной для всех групп без исключения. Не важно, какую специализацию выберут студиозы на втором курсе, на первом приходиться потеть всем одинаково. А нам, опоздашкам, еще и вдвойне.
Натягивая спортивные брюки, великодушно одолженные соседкой, не перестаю радоваться, что сегодня уже пятница, и это последняя пара. За хлопотами, заботами и новыми впечатлениями неделя пролетела потрясающе быстро. И хоть учиться было увлекательно, но усталость и перенасыщенность событиями дает о себе знать. И если с Юлалией мы так-сяк поладили, вернее у нас был нейтралитет, иногда нарушаемый взаимовыгодной помощью, то ситуация с увечным блондином оказалась той еще занозой.
Первые пару дней я с опаской ходила коридорами академии, оглядываясь и высматривая в толпе отливающую голубизной шевелюру своей жертвы. В том, что голубой блондинчик истово желает мне отомстить, я не сомневалась ни капли. Но судьба уберегла меня от таких свиданий, и к концу недели я вовсе успокоилась, малодушно понадеявшись, что все сойдет мне с рук. И так забот полон рот. Реферат, к примеру, по этим самым ухольникам, будь они неладны, я еще и не начинала делать. Книги, которые мне подходили, как назло, из библиотеки не позволялось выносить, а времени, чтобы поработать с материалом в читальном зале у меня попросту не было. Каждый день помимо пар по расписанию приходилось оставаться еще и на факультативы. И сегодня мне просто кровь из носу, нужно успеть сделать конспект по этим загадочным тварям.
Переодеваться я, наученная опытом проживания в приюте, заканчиваю одной из первых, и выхожу на стадион. Некоторые из наших уже начали разогреваться перед пробежкой, хотя тренер еще не отпустил старшекурсников, у которых была пара перед нами.
— Есения, мы тут, — машет мне рукой Гисберт, подзывая к сбившемся в кучку одногруппникам. Спешу к своим, по привычке, мазнув настороженным взглядом вокруг, и присоединяюсь к разминке.
— Подожди, Есения, — спустя минуту трогает меня за плечо Талбот. — Ты снова забыла, как я тебе показывал. Бедро нужно держать под прямым углом, вот так. Иначе толку не будет от такой растяжки.
Тал нам всем иногда показывает какие-то важные и серьезные приемчики, которые помогают подготовиться к нагрузке на тренировке. Одногруппник случайно попал к опоздунам, его родители боевые маги, которые, задержавшись из-за какой-то аварии в приграничном городе, не успели добраться в столицу к нужному сроку, вот и пришлось их талантливому и подготовленному отпрыску учится в самой отстойной группе на факультете. Но добряк Тал не жаловался на жизнь, а взял негласное шефство над нами, неумехами, и помогал, чем мог.
 
— А мне покажешь, Тал? — звучит за спиной голос Белинды. — Мне кажется, я тоже делаю что-то не так.
Девушка старательно хлопает длинными ресницами и кокетливо накручивает прядь волос у виска, меряя меня гневным взглядом. Не иначе, как глаз положила на Талбота и ревнует теперь.
— Конечно, Бела, сейчас закончу с Есенией и подойду к тебе, — искренне улыбается парень, корректируя мои движения. Кажется, только что я нажила себе еще одного недоброжелателя… Как там говорил Кейн: “Чтоб тебя марусисы покусали!” Кто такие эти марусисы я знать не знаю, но чувствую, что эта фраза тут более чем уместна…
— Иди уже к ней, — тихо шепчу парню, увлеченно показывающему мне новый прием в растяжке. — А то она меня без соли сожрет сейчас, и не подавится…
Талбот кидает на меня внимательный взгляд, потом переводит глаза на нервно притопывающую Белинду, и с вздохом направляется к ней. Может, пронесет?
Я, учтя замечания одногруппника, продолжаю заниматься уже самостоятельно, пока к нам не подходит тренер, магистр Рассел.
— Разогреваетесь? Молодцы! — хвалит он нас. — Такое рвение мне по душе. Кто бы мог подумать, что “опоздашки” будут меня радовать больше, чем те же старшекурсники, — добавляет он, кидая гневный взгляд на удаляющихся с поля студентов.
Мы окрыленные похвалой — хоть в чем-то преуспела наша отстойная группа — счастливо улыбаемся и выстраиваемся на линии старта, чтобы по сигналу начать пробежку.
Я знаю, что мальчишки, как всегда, вырвутся вперед, а девчонки будут плестись в хвосте. Моей дыхалки, хватит максимум на два круга, и еще два я буду преодолевать, меняя по очереди бег и ходьбу. Но ведь когда-нибудь и у меня улучшатся результаты?
Я уже готовлюсь сделать первый шаг, с напряжением ожидая сигнала старта, когда внезапно появляется стойкое чувство чужого, колючего взгляда. За шиворот будто плеснули ледяной водой, вызвав нервную дрожь. Ежусь от неприятных ощущений и опасливо оборачиваюсь назад. Так и есть. Группа старшекурсников не спеша бредет к выходу, и только один из них, в котором я узнаю давешнего блондинчика, неподвижно замер, смотря в упор на меня. А, поймав мой взгляд, зло прищуривается и гневно сжимает от злости кулаки. Мне крышка…
Парень явно пострадал от моих манипуляций, его шикарная длинная грива укоротилась едва не наполовину, ручаюсь, из-за окрашивания в веселенький нежно-голубой цвет. Такое не прощают! Но еще хуже, что, заметив странное поведение блондина, к нему подходит его друг, дабы увести с поля, а когда это ему не удается, начинает искать причину. А причина — вот она, я! То, что другом оказывается Кейн, непонятным сожалением отдается в сердце.
  
Глава 15
 
Пронзительный звук свистка разом сбрасывает наваждение, друзья уходят, а я, развернувшись, бросаюсь бежать, понимая, что потеряла несколько драгоценных секунд на старте.
Сегодня я финиширую последняя, так и не сумев сократить разницу, но в других упражнениях все же удостаиваюсь сдержанной похвалы от мастера Рассела. Тренировка выжимает из меня не только последние силы, но и лишние мысли и переживания.
Ну, подумаешь, друг. И что с того? Смазливая мордашка и пара реплик еще ничего не значит. Он, наверное, со всеми такой дружелюбный, и в том, что мне понравился, нет ничего удивительного… Как понравился, так и разонравится. Теперь главное им уже обоим на глаза не попадаться. Хотя, если у нас факультатив в это время планируется на постоянной основе, то это будет весьма проблематично…
 
Быстро сбегав после тренировке в душ и поняв, что до закрытия библиотеки осталось чуть меньше часа, со всех ног припускаю туда.
Ухольники, ухольники… Вот же скрытные твари. О них удручающе мало написано в книгах. Информацию приходится собирать буквально по крупицам.
Оказывается, это мелкая, пакостная, условно опасная нечисть, которая живет в болотистой местности Ледании. Развлекается тем, что заманивает заблудившихся путников в непроходимую чащу, подражая голосам людей, как правило, тем, которых хорошо знает жертва. Обладает слабыми ментальными способностями и пугливым характером, стараясь воздействовать лишь на одиноких странников.