Прикосновение смерти (ЛП)

Ласка скользит вниз по правой стороне моей шеи, почти скользя вдоль ключицы, когда останавливается. Отстраняется. Я слышу заминку в дыхании, дрожь на мимолетный миг, малейший намек на усилие, которое требуется, чтобы отстраниться. Затем прикосновение возвращается, но только к моему шраму, путешествуя вниз по всей длине с невероятной медлительностью, не торопясь. Как будто наслаждаясь каждым моментом контакта со мной так, как я никогда не испытывала. Вздох срывается с моих губ, и когда моя голова откидывается назад, ее ловит твердое тепло позади меня. Это достаточно реально, чтобы я могла поклясться, что прямо сейчас я прижата к присутствующему, который, черт возьми, ощущается как мужчина — высокий, сильный, крепкий. Чувство настолько яркое, что я ловлю себя на том, что думаю о нем.
  
Дрожь снова нарушает его ровное дыхание, еще одна теплая струйка у моего уха, и я чувствую, как напряженность его тела поднимается и опускается с каждым вздохом.
Я отпускаю себя, расслабляя каждую частичку, пока единственное, что удерживает меня в вертикальном положении, — это его тело, и когда я это делаю, твердые изгибы мышц напрягаются на моей спине.
Что-то в воздухе меняется, и присутствие позади меня колеблется. В одно мгновение оно абсолютно твердое, а в следующее — текучее, как будто меня поддерживает не что иное, как сильный ветерок. Вскоре это даже не ветерок, просто дуновение воздуха, и я хватаюсь за край стойки обеими руками, чтобы не упасть назад.
Мои ноги подкашиваются, изо всех сил пытаясь поддержать остальную часть меня. Когда сейчас смотрю на свое отражение, мое лицо горит. Я громко выдыхаю, когда вспоминаю, как дышать, и приказываю себе взять себя в руки. Я все еще чувствую себя расплывшейся лужей, когда снова натягиваю свитер через голову и тащусь к входной двери своей комнаты, отпираю ее и распахиваю.
Мне сейчас нужен свежий воздух, как наркотик, и я не могу, спотыкаясь, спускаться по лестнице достаточно быстро. Я слышу жизнерадостное приветствие Клэр, когда пролетаю мимо стойки регистрации, но не останавливаюсь, пока не оказываюсь на тротуаре, наклонившись вперед, положив руки на колени и впитывая свежий зимний ветерок.
Что, черт возьми, происходит? Это не может быть только в моей голове. Я знаю, что была немного не в себе с тех пор, как умерла бабушка, но я ни за что не смогла бы выдумать что-то настолько чертовски реальное.
Это было здесь. Он был здесь.
Кто бы он ни был.
Глава 5
— Эй, Лу? — голос Клэр раздается позади меня, тихий и неуверенный. — С тобой все в порядке?
Мне требуется секунда, чтобы попытаться взять себя в руки, надеясь, что я выгляжу собранной к тому времени, когда оборачиваюсь и не даю ей правдивого ответа.
— Просто вышла подышать свежим воздухом.
Она не отвечает, поэтому я пожимаю плечами и краду ее предыдущие слова.
— Ну, знаешь, волшебство зимнего сезона и все такое.
Хмурый взгляд Клэр переходит в милую улыбку, и ее плечи немного расслабляются.
— Это красиво, не так ли? — она поднимает подбородок и задумчиво оглядывается вокруг.
— Конечно.
Я обхожу ее и проскальзываю в открытую дверь гостиницы. Я слышу, как она закрывает ее за нами, когда я останавливаюсь у подножия лестницы, неуверенная, готова ли я подняться обратно.
Что, если он вернется?
Нервы трепещут у меня в животе от предвкушения. Этого почти достаточно, чтобы заставить меня взбежать по ступенькам, но для чего? Требования ответов? Звук его ровного дыхания у моего уха выходит на первый план в моем сознании, жар его тела вдавливается в меня. Я не могу пошевелиться, все еще дрожа от шока и замешательства.
— Итак…
Клэр уже вернулась за стойку регистрации. До сих пор я не замечала рождественско— красную заколку, стягивающую верхний слой ее светлых волос, и она накинула кардиган в тон поверх белого топа.
— Есть какие-нибудь планы на сегодня?
Мои ноги все еще приклеены к полу у подножия ступенек. Я забываю подумать, прежде чем ответить:
— Запрусь в ванной. Буду плакать. И возненавижу весь мир и заведу воображаемых друзей.
Тишина заполняет комнату. Я, наконец, оглядываюсь через плечо и вижу ее широко раскрытые глаза и отвисшую челюсть.
Слишком много?
— Шучу, — говорю я, молча напоминая себе, почему лгать легче — вежливые вопросы вроде ее плохо сочетаются с честностью.
Подтверждая правдивость моих слов, все ее тело расслабляется, и она издает неловкий смешок.
— Да, конечно, — ее взгляд перемещается на лестницу, перед которой я застыла, и она пытается снова. — Ну, эм, Эшвик действительно большой любитель городских мероприятий и прочего, и в ближайшие пару недель будет много зимних праздников, если тебе, типа, скучно или ты ищешь чем заняться, пока находишься здесь. Это веселее, чем кажется.
Ее глаза загораются, когда в ее голове гаснет лампочка.
— Ты можешь пойти со мной! Я участвую каждый год.
Шок.
Ее гордая усмешка и нетерпение в глазах умоляют меня согласиться. Я знаю, что не пойду, но у меня тоже не хватает духу прямо отказаться.
— Я подумаю об этом. Спасибо.
Я не знаю, что еще сказать, поэтому отрываю ноги от пола и собираюсь сделать первый шаг, когда в голову приходит электронное письмо, которое я отправила Бобби.
Думаю, я собираюсь немного освоиться. Устроюсь на работу.
Я не знаю, как долго я в конечном итоге задержусь здесь, но сейчас я тут, и в этом есть что-то правильное. Может быть, на меня действует атмосфера маленького городка. Не говоря уже о том, что я застряла здесь без своего пикапа. Я уверена, что в конце концов договорюсь со страховой компанией о замене автомобиля, но я точно не спешу возвращаться за руль в ближайшее время.
— Эй, Клэр?
Она сияет.
— Да?
— Вы, ребята, случайно не нанимаете на работу, не так ли?
— О Господи, как я хочу, чтобы это было так! Мне бы серьезно не помешала компания — я схожу с ума от того, насколько тихо здесь.
Она фыркает между игривым смешком, затем смотрит на меня и замолкает, прочищая горло.
— Извини. Так ты думаешь остаться?
Я пожимаю плечами.
— На некоторое время.
— Это здорово! Тебе здесь понравится, я просто знаю это.
Ее энтузиазм настолько искренен, что уголки моих губ приподнимаются.
— За исключением того, что это не самое простое место для поиска работы. Ты знаешь, больше людей, чем рабочих мест и все такое, — она прикусывает губу.
— Все в порядке, — говорю я, уже начиная менять свое мнение. — Не беспокойся об этом, я что-нибудь придумаю.
Я продолжаю подниматься по лестнице и нахожусь на полпути ко второму этажу, когда она зовет меня по имени. Я останавливаюсь, чтобы оглянуться.
— Есть одно место, о котором я знаю… — она отводит взгляд и барабанит пальцами по столу.
Неожиданная искра облегчения пронзает меня, и я осторожно спускаюсь на несколько ступенек. Работа. Что-нибудь стабильное. Безопасное. И подальше от моей комнаты. Подальше от воображаемого присутствия.
— Да?
— Это не совсем легкая работа…
— Хорошо…
— И это может быть совершенно не для тебя, так что…
— Клэр.
— Верно. Это должность сиделки для пожилого джентльмена.
Я практически вприпрыжку преодолеваю оставшиеся ступеньки, чтобы вернуться к стойке регистрации.
— Это определенно мое. Мне за это не платили, но в течение многих лет я заботилась о своей… — я сглатываю, не желая вызывать дальнейшие вопросы упоминанием бабушки вслух. — …о ком-то пожилом.
  
— Отлично.
Клэр улыбается, но она не выглядит полностью убежденной.
— Просто… их бы заинтересовал не столько твой опыт, сколько твоя, гм, способность справляться с трудными людьми…?
Мои губы кривятся в хмурой гримасе.