Жена двух генералов драконов (СИ)

В своей комнате я сжимала записку в руке. Её шершавая бумага колола пальцы, а слова жгли душу.
Я мяла её, разглаживала, снова мяла, словно пыталась мысленно вложить в нее свои чувства.
Слова на ней уже стирались, оставляя лишь бледные следы, но я помнила их. Каждое слово, каждая буква были выжжены в моей памяти.
  
Глава 30
 
Слуги суетились внизу, их шаги эхом раздавались по коридорам.
  
Холл чистили, и запах свежей краски смешивался с ароматом воска.
Маги прибыли, чтобы закрыть пролом в стене, который оставило после себя упавшее дерево. Они разводили руками, шептали что-то неразборчивое и говорили: «Какое чудо, что она жива». Их голоса звучали как далёкий шёпот, но я чувствовала в них искреннее удивление и тревогу.
Я тихо проскользнула в свою комнату, закрыв за собой дверь. В комнате царил полумрак, освещенный лишь слабым светом луны, пробивающимся сквозь тонкие занавески. Я подошла к окну и, прислонившись к прохладному стеклу, посмотрела на ночной сад. Вдали виднелись тени деревьев, шепчущиеся друг с другом под лунным светом.
Служанка подошла ко мне, её лицо было серьёзным, почти строгим.
— Госпожа, — начала она, — в каком платье вы будете на балу? В траурном?
Её голос был ровным, лишённым эмоций, но я видела, как её пальцы, сжимающие край юбки, дрожат. За этим внешним спокойствием скрывалось беспокойство, которое она пыталась скрыть. Её глаза, тёмные и глубокие, смотрели на меня с ожиданием, словно пытаясь прочесть мои мысли.
Я посмотрела на неё.
На её ожидание.
— Неси красное, — наконец произнесла я, стараясь, чтобы мой голос звучал уверенно, хотя внутри меня бушевал ураган эмоций. — То, что с высоким воротом. И с рукавами до кистей.
Она кивнула, не говоря ни слова, и молча удалилась, её шаги эхом разнеслись по комнате. Когда дверь за ней закрылась, я осталась одна, наедине с зеркалами, которые отражали меня во весь рост.
Подойдя к одному из них, я осторожно провела рукой по холодному стеклу. Оно отразило моё бледное лицо с пылающими щеками и лихорадочно блестящими глазами.
— Я хочу, чтобы ты меня видел, — прошептала я, глядя прямо в глаза своему отражению. — Чтобы ты меня узнал сразу. Среди всех. Среди теней. Среди лжи. Я хочу быть снова красивой. Для тебя!
Я сделала паузу, и в этот момент моё сердце забилось быстрее. От страха? От радости? Или от ожидания? Я не знала, но одно я чувствовала точно: в этот момент всё зависело от того, что произойдёт дальше.
— Я хочу, чтобы он сказал: «Это она. Это моя Элис», — закончила я, и в моём голосе прозвучала смесь надежды и отчаяния.
Моё отражение не отвечало, но я знала, что оно слышит меня. В этот момент я чувствовала, как время словно замедляется, а воздух вокруг становится густым и тяжёлым. Я сделала глубокий вдох, пытаясь успокоиться, но сердце продолжало биться, как бешеное.
— Это моя Элис, — повторила я про себя, и в этот момент мне показалось, что я слышу тихий шёпот ветра за окном. Или, может быть, это было лишь моё воображение?
Но одно я знала точно: сегодня вечером всё изменится. И я была готова к этому.
На улице опустилась ночь.
Тёмное небо заволокли густые облака, и лунный свет едва пробивался сквозь них, создавая причудливые тени.
Сад, окружённый высокими деревьями, погрузился в таинственную тишину.
Вдалеке горел фонарь, его тусклый свет, дрожа, освещал мокрую от вечерней росы траву.
Я стояла у окна, глядя на этот фонарь, как будто он был маяком, который указывал мне путь.
Спустившись вниз, я вышла в сад и быстро дошла до каменного пьедестала.
Я погладила его шершавую поверхность, ощущая под пальцами холод и память веков. Я зажгла свечу, её пламя дрожало, словно живое существо, и я чувствовала, как её тепло проникает в мою душу.
Я взяла новую записку, сложенную вчетверо, и аккуратно положила её рядом со свечой.
Прошептала слова, которые давно вертелись у меня на языке:
«Я вижу тебя. Я слышу тебя. Я жду тебя».
Эти слова были наполнены надеждой и страхом, и я сама не знала, верю ли я в то, что он придёт.
И пошла.
Шаг за шагом.
К поместью.
Я сделала шаг к поместью, но затем остановилась.
Вместо того чтобы уйти, я повернулась и посмотрела на дом.
Его окна были темны, и казалось, что он спит.
Но я знала, что это не так.
Внутри него таилась жизнь, и я чувствовала её присутствие.
Я сделала вид, что ухожу, но на самом деле осталась. Пройдя немного, я спряталась за кустами, растущими вдоль тропинки, ведущей к саду.
Сердце колотилось в груди, как будто хотело вырваться наружу.
Дыхание стало прерывистым, и я чувствовала, как страх и волнение борются внутри меня.
Я ждала.
Время тянулось медленно, как густой сироп, и я не знала, сколько ещё придётся ждать.
Дыхание замерло.
Но я все еще ждала.
Не зная, сколько пройдёт времени.
Не зная, придёт ли он.
Не зная, увидит ли он мою записку.
Вдруг я услышала шорох листьев. Кто-то шёл по тропинке. Я затаила дыхание и попыталась слиться с тенями. Сердце замерло в груди, а затем снова забилось, как сумасшедшее. Я не знала, кто это, но надеялась, что это он.
  
Глава 31
 
Сердце ёкнуло, словно кто-то невидимый коснулся его пальцем, пробуждая древние, забытые чувства. Я замерла, не в силах пошевелиться, словно окаменев от волнения.
Я стояла на пороге чего-то важного, но в то же время пугающего. Внутри меня бушевала буря эмоций: страх, надежда, отчаяние. Я чувствовала, как внутри меня борются две силы — желание увидеть его и страх перед неизвестностью. Но я знала, что не могу отступить. Я должна была это сделать.
Собравшись с силами, я сделала шаг вперёд. Ноги казались ватными, но я упорно шла. Каждый шаг приближал меня к нему, и я чувствовала, как внутри меня растёт нетерпение.
Я была готова броситься вперёд, увидеть его, услышать его голос, прикоснуться к нему. Даже если это будет стоить мне жизни, я готова была рискнуть.
Пока что я видела лишь тёмный силуэт возле свечи.
Но готова была броситься вперёд, увидеть его, услышать его голос, прикоснуться к нему, даже если это будет стоить мне жизни.
Я бросилась вперёд, но не успела. Силуэт растворился в темноте сада, оставив меня возле погасшей свечи с бьющимся сердцем.
Я услышала шаги позади себя. Сердце пропустило удар, и я резко обернулась, словно меня пронзил электрический разряд.
В полумраке я увидела его — Агостона.
Он вышел из тени, как будто всегда был там, наблюдая за мной. Его силуэт, словно вырезанное из мрака, прорезал туман, создавая зловещую и таинственную фигуру. Я замерла, не в силах отвести от него взгляд.
Его шаги были не тихими, а уверенными, как приказ.
Они звучали как гром среди ясного неба, заставляя меня напрячься и приготовиться к чему-то неизвестному.
Агостон двигался медленно, но его присутствие ощущалось так, будто он был здесь всегда, готовый в любой момент нанести удар.
— Мадам, — произнёс он, голос — сухой, с лёгкой насмешкой, как у учителя, который застал ученицу за списыванием, — а что вы делаете здесь в столь поздний час? Неужели решили устроить романтическую встречу с деревом? Оно, конечно, упало на вас, но, боюсь, это не считается взаимностью. Или вы просто решили нанести ему ответный визит вежливости.
Я вздрогнула.
Отшатнулась.
Сердце заколотилось, но уже не от надежды — от ярости.
— Вы! — вырвалось у меня. — Что вы здесь делаете?
Он стоял передо мной, словно тень из прошлого. Его глаза блестели в тусклом свете фонаря, а голос звучал тихо, но уверенно.
  
— О, я просто гуляю, — ответил он с лёгкой усмешкой, приближаясь ко мне. — Люблю по ночам размышлять о смысле жизни. О любви. О верности. О том, как жена моего покойного брата ночью бродит по саду, как будто ищет призрака.
Он огляделся, будто проверяя, не подслушивает ли кто-то. Его взгляд задержался на мне, и я почувствовала, как внутри меня всё закипает.