Жена двух генералов драконов (СИ)

Он замолчал, тяжело дыша, словно это было слишком больно для него.
— Брат, я сразу сказал тебе, что твою жертву не приму! — продолжил Анталь, вставая с колен и делая шаг в нашу сторону. Его голос стал хриплым и надломленным. — Я понимаю, что когда-то на балу я просто увел у тебя из-под носа ту девушку, которая тебе нравилась. Я сделал это назло. Даже не совсем назло. Я хотел доказать самому себе, что хоть в чем-то могу быть первым. Да, я завидовал тебе. Легенда. Все восхищаются тобой. Ты сильнее. А я всего лишь… бесплатное приложение к брату. Хотя на моем счету тоже есть подвиги. Но все равно, если мы где-то появляемся, все восхищаются только тобой.
  
— Неправда! — резко произнес Агостон. — Ты просто себе это придумал! Ты с чего-то взял и решил, что ты хуже меня. И забыл меня поставить в известность!
— Да, но главнокомандующим назначили тебя, — выдохнул Анталь. — Не меня. Тебя.
— И что из этого? — заметил Агостон. — Ты все равно игнорируешь мои приказы!
Анталь замолчал, собираясь с мыслями. Он замолчал, тяжело дыша, его грудь вздымалась и опадала, как будто он пытался справиться с бурей эмоций, бушующей внутри него. Его слова ранили меня, но в то же время они дарили мне надежду. Я поняла, что он искренне любит меня и не хочет, чтобы я страдала. Но это другая любовь. Совсем другая.
— Честно говоря, я подошел к ней не потому, что я испытал к ней любовь с первого взгляда. Это было другое. Потом я узнал, какая она замечательная, и испытывал к ней самые теплые чувства. Да, она действительно замечательная. Но в то же время я понимал, что я забрал у тебя то, что должно было быть твоим. Я видел разницу между тем, что чувствуешь ты, и тем, что чувствую я. Я старался быть хорошим мужем. Я старался брать с тебя пример. Но я при этом понимал, что это не то. Я очень люблю ее. Но это не та любовь, которую она заслуживает.
Анталь снял маску, и его лицо предстало перед нами — бледное, но удивительно спокойное. В его глазах читалась смесь решимости и усталости, словно он знал, что впереди его ждут новые испытания, но уже принял их неизбежность.
— Есть и хорошая новость, — сказал он, его голос звучал твердо, но с легкой ноткой грусти. — По крайней мере, я смогу жить. Возможно, даже в обществе. Правда, в маске и перчатках. Благодаря ритуалу и заклинанию ректора, я смогу существовать среди людей. Да, возможно, не так, как я хотел бы. Но я смогу.
Он перевел взгляд на меня, и я почувствовала, как мое сердце забилось быстрее. Его слова тронули меня до глубины души, но я не знала, как реагировать.
— Мне пора воскреснуть из мертвых, — продолжил он, его голос стал мягче, почти умоляющим. — А вам, наверное, пора ехать. Элис совсем замерзла, она дрожит. И мне становится страшно от того, как сильно она это делает. Так что пусть все остается так, как есть. Я думаю, что справлюсь с проклятием, я сумею.
Его слова прозвучали как обещание, как клятва, которую он готов был сдержать любой ценой. Агостон, стоявший рядом, нахмурился и посмотрел на брата с недоверием.
— Уж не думаешь ли ты, мой дорогой брат, что ты найдешь какую-то девушку, влюбишь ее в себя и потом воспользуешься ее чувствами? — спросил он, его голос был холодным и жестким.
Анталь замолчал. Потом поднял голову.
— Клянусь, — сказал он. — Клянусь, что не буду играть чужими чувствами.
— Что-то я не верю твоим клятвам, — заметил Агостон.
  
Эпилог
 
— Можете уходить, — сказал Анталь. — Я думаю, что переберусь сюда. Это поместье можно выкупить. Сделаю ремонт. Сначала разберусь с костюмом, чтобы было проще взаимодействовать со слугами. Потихоньку начну обживаться.
Я прильнула к Агостону, чувствуя, как его сердце бьётся в такт моему. Это был момент, когда все сомнения исчезли, и я ощутила полное счастье. «Всё решилось так, как хотело мое сердце», — подумала я, закрывая глаза и наслаждаясь теплом его объятий. Я не потеряла никого и обрела их обоих.
Мы вышли из поместья. Луна освещала путь домой. Воздух был прохладным, но я не чувствовала холода. Я чувствовала только тепло его руки, которая крепко держала меня.
— Я так понимаю, у нас сейчас грядет семейный скандал? — спросил он, не отрывая взгляда от кареты.
— Он самый! — произнесла я, глядя на него и понимая, что сердце до сих пор не может поверить в то, что я успела. И ведь в этом заслуга не только моя, но и Анталя. Я уверена, что он сопротивлялся, раз его пришлось привязать! И тем самым оттянул время.
Как удивительно получается. Если бы Анталь не любил брата, если бы я не прилетела сюда, то всё могло бы быть иначе… Даже если бы кто-то один из нас проявил слабость или поступил по-другому, то это был бы ужасный конец.
А так это было только начало. Мы сели в карету, а она повезла нас в сторону дома.
— Я жду свой скандал, — заметил Агостон.
Мы шли молча. Только шаги да шелест листьев под ногами. И вдруг он остановился.
— Или мы приедем домой, я усядусь поудобней, попрошу принести чай и тогда кивну, чтобы вы начинали, — усмехнулся Агостон. — Мне кажется, что так скандалить намного приятней. Я попрошу дворецкого принести посуду, чтобы вам было что бить об пол! Вы выскажете мне всё, что обо мне думаете. Быть может, даже поплачете. Я буду внимательно слушать. Я обещаю, я выслушаю скандал до конца. А потом, когда у вас уже не будет сил скандалить, я встану, подойду к вам и обниму, как сейчас. А потом поцелую. И мы будем долго стоять посреди осколков сервиза и просто молчать…
У меня на глазах выступили слезы.
— Но я сразу предупреждаю, — в голосе Агостона слышалась нотка сарказма. — Скандальте не в полную силу. Точнее, не так. Берегите силы. Потому что после вашего скандала скандалить буду уже я. Только я предпочту это делать в постели…
— Мне кажется, что иногда вы бываете невыносимы, — вздохнула я. — Вы понимаете, что скандалить мне теперь точно не перехочется! Даже если поначалу я была готова отказаться от скандала, то как только мы вернемся домой, я с него и начну!
— Надо будет сразу с порога объявить дворецкому о скандале и попросить принести всё необходимое, — услышала я голос, видя, как вдали вырисовываются очертания поместья.
В глазах мужа зажглась искра предвкушения.
А потом был скандал. Два скандала. Подряд.
Результаты скандала не заставили себя ждать. С каждым днем я все больше осознавала, что он не прошел впустую. Я ждала ребенка, и это ожидание наполняло меня радостью и одновременно тревожной нежностью. Иногда мне казалось, что весь мир затаил дыхание, ожидая, что же произойдет дальше.
Через неделю после того, как я узнала о своем положении, мы с мужем обнаружили в саду записку. Она лежала у фонаря, словно кто-то оставил ее специально для нас.
«Если вы читаете это, значит, я уже ушел. Но не бойтесь — я вернусь. Потому что фонарь в саду горит не для призраков. Он горит для нас. Для тех, кто живет, для тех, кто любит. Для тех, кто не боится темноты, потому что знает: утром взойдет солнце».
Я улыбнулась, чувствуя, как тепло разливается по моему телу. Сердце билось ровно и спокойно, словно внутри меня разливался свет. Больше не было тревоги, страха или сомнений. Только надежда, что у него тоже все будет хорошо.
Недавно ко мне подошла тетушка Маргарет. Она выглядела так, словно за ней следят все шпионы мира. Ее шаги были почти бесшумными, а глаза беспокойно оглядывались по сторонам. Осторожно, словно боясь, что кто-то поймает ее за этим занятием, она достала из сумочки каталог модных нарядов.
— Мне нужна помощь, — вздохнула она, ее голос дрожал от волнения. — Я в них ничего не понимаю. То, что носили в наше время, и то, что носят сейчас — две разные вещи!
  
Я взяла каталог и начала листать его вместе с ней. Мы сидели на скамейке в саду, и теплый весенний ветер играл с нашими волосами.
— Ты хочешь платье? — спросила я, стараясь не показывать своего удивления.
— Да, — кивнула она, ее глаза засияли от радости. — Я решила купить себе новое платье!