Титаник и всё связанное с ним. Компиляция. Книги 1-17 (СИ)

Селеста надела юбку прямо на сорочку, быстро застегнула на все пуговицы черный жакет, достала теплое пальто и меховую горжетку, обула ботинки. Безотчетно схватила ридикюль, фото Родди и перстни, подаренные Гровером, – все остальное подождет ее возвращения.
Она присоединилась к веренице наспех одетых людей, гадая, куда их ведут. По ощущениям Селесты, ничто не указывало на катастрофу, однако вдоль коридоров уже стояли стюарды, которые проверяли пассажиров по списку и направляли на шлюпочную палубу. Что же все-таки происходит? Почему их подняли с постелей посреди ночи? Неужели стряслось то, о чем нельзя и помыслить?
    
Глава 7
 
Мэй еще никогда так не веселилась, как в этот воскресный вечер. Ее каблуки сами притопывали в такт музыке; в салоне звучали аккордеоны, банджо, ботинки и сабо грохотали по деревянному полу, пары кружились в танцах разных стран, а дети шныряли туда-сюда, путаясь под ногами у взрослых, как в любой церкви.
Мэй и Джо решили перед сном прогуляться по палубе и посмотреть на звезды, но из-за того, что сильно похолодало, долго находиться на воздухе было нельзя, особенно при том, что на плече Джо спала малышка Элен.
– Погляди, какая россыпь звезд! Вон там – Пояс Ориона, – Джо показал на мерцающее созвездие, – а это – Полярная звезда, главный ориентир моряков. Вижу, тебе удалось немного расслабиться, да, любовь моя?
– Да, чуть-чуть, только давай пойдем в каюту. Можно считать, еще один день прошел, – ответила Мэй. Ей не терпелось ступить на твердую почву. Она вообще больше никогда не сядет ни на один пароход!
– А я хочу запомнить каждое мгновение этого путешествия. Кто бы мог подумать, я и ты – посреди открытого океана! Я ни капли не сожалею о нашем выборе.
– Надеюсь, жалеть не придется, – хмуро отозвалась Мэй.
– Как прикажешь тебя понимать? Сомневаешься, что мы поступили правильно?
– Нет, конечно, только… целая неделя в море… Слишком долго, слишком холодно и слишком далеко от земли. – Что толку притворяться, будто тревога ее оставила? Мэй знала: худшая часть пути впереди. В баре говорили об айсбергах и волнах высотой с колокольню. Глупая болтовня, подогретая спиртным, однако в каждой выдумке есть доля правды.
– Где твой дух авантюризма? Не будь такой занудой, дорогая.
– Что поделать, если у меня плохие предчувствия? – чуть не плача, произнесла Мэй. – Не смейся, это выше меня.
– Знаю, знаю и все равно люблю тебя, глупышка. – Джо обнял жену и ласково погладил по щеке. – Ты совсем замерзла, – спохватился он. – Идем-ка вниз, я как следует согрею тебя.
Оба рассмеялись.
– Эй, не дерзите мне, юноша, – шутливо сказала Мэй. – Имейте в виду, я – приличная замужняя женщина.
– Ну а я – женатый мужчина, так что без обид.
* * *
После хорошего ужина, прогулки на свежем воздухе и занятий любовью Мэй спала крепко, а Элен в своей колыбельке не проснулась, даже когда Мэй разбудили крики, доносившиеся из коридора. Захлопали двери; потом раздался стук в их каюту. Джо пошел открывать и вернулся не сразу, отчего беспокойство Мэй еще больше усилилось.
– В чем дело? Это пьянчуги буянят? Я задам им трепку, если они разбудят ребенка!
– Да нет… Мы вроде как слегка ударились о льдину. Нужно надеть пальто и спасательные жилеты… просто на всякий случай, – заверил Джо. – Оденься потеплее, солнышко, наверху зябко.
– Который час? Я не почувствовала никакого удара, а ты? – промолвила Мэй, вставая с постели, и поняла, что пол слегка накренился. – Что они там себе думают? Надо же, какую суматоху устроили!
– Дорогая, одевайся и делай, что велят. Укутай Элен хорошенько, чтобы не простудилась. – Джо говорил ровным голосом, однако Мэй чувствовала, что он напуган.
Хватая все, что попадалось под руки, она натянула на себя шерстяную кофту, жакет и теплую юбку прямо поверх ночной рубашки. Кое-как засунула ноги в ботинки, подобрала волосы и нахлобучила шляпку. Надо надеяться, они скоро вернутся сюда, и ее лучшая соломенная шляпка не намокнет.
– Джо, ты взял деньги?
– Не волнуйся, они в кошельке вместе с билетами и адресом дяди Джорджа. Иди следом и не теряй меня из виду. Может, это просто учебная тревога.
Они старались не разбудить дочку, но Элен закряхтела и расплакалась, когда на нее стали натягивать одежки. Сердце Мэй глухо колотилось. А если тревога не учебная, если все по-настоящему?
В коридоре царила неразбериха. Люди вопили на дюжине иностранных языков, толкали друг друга и ломились вперед. Судно вновь резко накренилось на нос, и все закричали от ужаса. Наверняка они пошли в неправильную сторону! Мэй помнила дорогу: чтобы выбраться на палубу, нужно двигаться в противоположном направлении. Она попыталась пробиться сквозь толпу, но их несло вместе с остальными, и чета Смит оказалась в одной из столовых, где стюарды проверяли у каждого наличие спасательного жилета.
– Что происходит? – крикнул Джо стюарду.
– Ничего страшного. Мы слегка зацепили айсберг, и судно дало небольшую течь. Капитан распорядился, чтобы женщины и дети в целях безопасности поднялись поближе к спасательным шлюпкам. Народу довольно много, однако не паникуйте, все успеют подняться.
Снизу слышался какой-то непонятный скрежет, свет мигал, и кто-то истерично потребовал, чтобы открыли окованные железом двери, но стюарды были непоколебимы.
– Ради всего святого, выпустите женщин и детей на палубу! – крикнул немолодой ирландец.
– Только когда получу приказ! – отозвался стюард с другого края.
Мэй прочла на его лице неприкрытый страх и поняла, что случилось непоправимое.
– Джо, мы никогда не покинем корабль, если будем ждать, – прошептала она мужу. – Я знаю это, так же как с самой первой минуты знала, что с этой махиной что-то неладно. Теперь-то ты мне веришь? Здесь оставаться нельзя. Если хотим выжить, нужно уходить.
  
Глава 8
 
Пассажиров первого класса вывели из коридоров и собрали на прогулочной палубе, после чего дежурившие там члены экипажа указали им места сбора по тревоге.
Неужели это происходит наяву? – задавалась вопросом Селеста. Миссис Грант она не видела, однако не было причин полагать, что стюарды не разбудили старушку, как прочих пассажиров. Внезапно, к ужасу Селесты, на палубу ворвался кочегар, чье лицо представляло собой чудовищную смесь из сажи, крови и обожженного мяса. Несчастный махал рукой, пальцы на которой оторвало взрывом. Кочегар не издавал никаких звуков, только тряс обрубком.
Помощник капитана, находившийся поблизости, выбежал ему наперерез.
– Сюда нельзя! – крикнул он, но один из пассажиров уже вырвался вперед.
– Скажите, нам угрожает опасность? – спросил мужчина искалеченного кочегара, заслоняя собой жену и маленького сына, чтобы они не увидели страшное зрелище.
– Еще какая, черт побери! – взревел кочегар. – Там, внизу, настоящий ад! Пароход тонет!
Селесту скрутил приступ тошнотворного страха. Значит, все взаправду. Моряки быстро превратились в стражей порядка и теперь деловито конвоировали пассажиров первого класса к местам сбора, не пропуская туда больше никого. Перевалило за час ночи, стоял жуткий холод, на небе ярко сияли звезды.
Селеста безуспешно продолжала высматривать миссис Грант.
– Я должна вернуться, – заявила она и попыталась пройти назад к лестнице. – В каюте осталась пожилая леди, она плохо слышит…
Ее, однако, вытолкали обратно на палубу, где уже начали разворачивать стальные изогнутые шлюпбалки.
– Мы ведь не полезем туда, правда? – спросила какая-то женщина.
  
– Я должна найти миссис Грант, – повторила Селеста, не обращаясь ни к кому конкретно, и двинулась назад. – Она могла не услышать инструкций.
Моряк преградил ей путь.
– Мисс, вы никуда не пойдете.
– Она стара и глуха!
– Стюарды ее выведут, а вы оставайтесь на своем месте!
Селесте оставалось лишь повиноваться. Она стояла в кучке женщин, одетых и вполовину не так тепло, как она. Некоторые держали на руках маленьких детей, закутанных от холода в одеяла.