В постели с бактериями. История, наука и секреты микроскопических существ, о которых не принято гово

Хотя мир пениса не так сложен, как мир влагалища, у пенисов тоже есть своя микрофлора. Бактериальные сообщества обитают снаружи, на коже пениса, под крайней плотью (если она есть) и в уретре. Деннис Фортенберри (Dennis Fortenberry) обнаружил, что микрофлора пениса меняется вскоре после первого в жизни полового акта. У гетеросексуальных мужчин на поверхности полового члена и внутри его обитают те же полезные бактерии, что есть во влагалище, – например, лактобактерии.
  
Если у партнерши мужчины БВ, снаружи и внутри его пениса тоже можно обнаружить бактерии, участвующие в развитии этого процесса26. Фортенберри решил выяснить, как эти вагинальные организмы проникают внутрь.
Мужской мочеиспускательный канал – это вам не шоссе, на которое заехал и понесся вперед, подчеркивает он. Когда мужчина принимает ванну, вода в уретру не заливается, и во время плавания этого тоже не происходит. Значит, есть какой-то механизм, позволяющий этим организмам проникать внутрь – ведь они же не умеют летать, поскольку у них нет перьев, не умеют ходить, поскольку у них нет ног, у них даже плавников, чтобы плавать, нет. Как же они туда попадают? Помните, их цель – мочеиспускательное отверстие (дырочка в головке члена) – шириной всего сантиметр, что довольно мало. Не попадут в цель – никуда не поедут.
Пораздумав, ученый пришел к выводу, что все дело во фрикциях. Компрессия и декомпрессия – изменения давления внутри пениса, которые происходят во время фрикций – создают поток, который может загонять связанные с БВ (и другими ИППП) бактерии внутрь пениса. Способствовать этому может и предсеменная жидкость, которая формируется даже раньше, чем мужчина начнет совершать поступательные движения внутри партнерши. Фортенберри пытался пригласить в свой проект инженера из исследовательского Университета Пердью, чтобы тот описал динамику выделяемой влагалищем жидкости, ее движение по поверхности пениса и внутрь мочеиспускательного канала. Но ни один инженер принять участие в исследовании не согласился. Наверно, инженерам со всеми этими влагалищами и пенисами не справиться.
Поскольку вызывающие БВ бактерии могут какое-то время обитать в пенисе мужчины после полового акта, он может заразить других женщин, если у него несколько партнерш, перенося микроорганизмы от одной из них к другой. Несмотря на то что эти бактерии живут на поверхности пениса и внутри его, у мужчин не бывает ни неприятного запаха, ни выделений, как у женщин (если бы у мужчин появлялся неприятный рыбный запах, лекарство от БВ появилось бы десятки лет назад).
Марраццо успокоила Стеллу, она не хотела убеждать пациентку в том, что Клэй и его микрофлора виноваты в том, что с нею происходит. Уверена в этом Марраццо не была, но не хотела портить Стелле и ее партнеру отношения. Представляете, как Стелла расстается с Клэем со словами: «Прости, дело не в тебе, а в твоей микрофлоре». Вместо этого она предложила ему перейти на презервативы и посмотреть, как изменится ситуация, когда сперма и бактерии с пениса перестанут попадать в ее влагалище.
«Они не хотели пользоваться презервативами, ведь, если вы верны друг другу, пользоваться презервативами вроде бы незачем, но я постаралась убедить ее в том, что это всего лишь эксперимент и ситуация может измениться», – рассказала Марраццо.
Если бы страдания Стеллы продолжились, возможно, они решились бы на презервативы, но так вышло, что Клэя отправили за границу и Стелла полгода ни с кем не занималась сексом. Впервые за полтора года во влагалище Стеллы воцарились мир и покой; рецидивы БВ перестали ее беспокоить.
«Ситуация была сложной, потому что Стелла хотела сохранить верность своему партнеру, но, возможно, именно из-за него все [у нее во влагалище] менялось, именно он сеял те семена, из которых развивались провоцирующие БВ бактерии».
Клэй вернулся из командировки, и спустя несколько месяцев Стелла и ее влагалище вернулись к тому, откуда начали. Поскольку в прошлом Стелла уже много раз безуспешно лечилась антибиотиками, Марраццо предположила, что теперь они ей не помогут. Похоже, лекарства не помогали, потому что антибиотики убивали только планктонные бактерии, которые во влагалище Стеллы плавали свободно, прямо как микроорганизмы в море. Поскольку на протяжении многих месяцев БВ возвращался снова и снова, Марраццо заподозрила образование бактериальных колоний на стенках влагалища Стеллы. Такие автономные колонии называются биопленками и представляют собой вязкую матрицу, состоящую из слизи, белков и бактерий27.
В природе биопленки встречаются повсюду, для жизни им нужны лишь тепло и влага, но мы чаще всего видим их у себя во рту (зубной налет) или в ванной комнате (липкий налет на стенах). И если эти биопленки мы можем счистить с помощью зубной щетки или скребка, из влагалища со всеми его укромными уголками вычистить биопленку не получится (и пожалуйста, не пытайтесь это сделать).
Есть два объяснения тому, почему биопленки мешали Стелле избавиться от БВ. Биопленки фактически создают стену, внутри которой могут спрятаться анаэробные бактерии, поэтому антибиотикам трудно до них добраться и убить. Потом умные бактерии входят в состояние спячки – они ложатся и прикидываются мертвыми. Постепенно бактерии внутри биопленок замедляют репликацию их ДНК и синтез белков, поэтому даже если антибиотики до них доберутся, убить бактерии с таким медленным метаболизмом будет трудно.
Марраццо понимала, что антибиотикотерапия избавляет Стеллу только от планктонных форм бактерий, и предположила, что бактерии, обитающие в великой стене биопленки, выходили из спячки, размножались и вновь заселяли влагалище, а у лактобактерий возможности восстановить свою численность не было. Если во влагалище проникал пенис, на котором тоже жили вызывающие БВ бактерии, они смешивались, подкидывая топливо в разгорающееся пламя. Добавьте к этому урон, наносимый микрофлоре высокой кислотностью спермы и менструальной крови, – влагалищу Стеллы со всем этим было не справиться.
Цель лечения состояла в разрушении великой стены. Добиться этого Марраццо решила с помощью борной кислоты, входившей в состав допотопных составов для спринцевания еще в начале XIX века. Сама по себе борная кислота вреда нежным вагинальным тканям не нанесет, но сможет разрушить матрицу из слизи и белка, формируемую биопленкой.
Сначала Стелла принимала метронидазол в таблетках, чтобы убить свободно плавающие планктонные формы бактерий. Затем Марраццо прописала ей борную кислоту в виде вагинальных суппозиториев в течение трех недель, чтобы разрушить биопленку. После этого еще четыре месяца Стелла вводила во влагалище гель с метронидазолом, чтобы анаэробные бактерии не мешали лактобактериям размножаться и заселять оставленные территории.
И вот, спустя почти два года борьбы с БВ, Стелла наконец выздоровела.
Марраццо и сегодня использует эту сложную схему для лечения пациентов с рецидивами БВ. Дело это непростое, но схема, похоже, работает, и сегодня ее включили в рекомендации по лечению БВ Центров по контролю и профилактике заболеваемости США. Другой составляющей успешного лечения является вагинальный пробиотик. Марраццо считает, что такая схема «помогает избавиться от засилья вредных бактерий, очистить влагалище от биопленки, подавить [анаэробные бактерии] на пару недель и восстановить нормальную флору [пробиотиком]».
Задумка Марраццо вполне логична, правда, без рецепта в аптеке в основном продаются лактобактерии, полученные от коров; они отлично подходят для того, чтобы сделать йогурт, но человеческому влагалищу не помогают. Средство, способное помочь женщинам, возможно, появится очень скоро – начатые недавно исследования белкового пробиотика, изготовленного из лактобактерий человека (Lactin-V), находятся в фазе IIb и показывают хорошие результаты в лечении рецидивирующего БВ28. Следите за результатами этих исследований – возможно, масштабные клинические испытания пройдут успешно и женщины смогут купить этот препарат (и поместить себе во влагалища).