Бояръ-Аниме. Газлайтер. Том 33 (СИ)
— И вообще, как ты в Херувимию сумел попасть? Это же закрытый мир! Туда впускают только по пропускам самих пернатых.
Бер, как водится, сам себе роет яму:
— Ну… когда-то я спас одну херувимскую леди…
Мне хочется сделать рука-лицо. Бер, ты явно не понимаешь, что даже теневые звери не спасут тебя от твоей невесты!
— Леди? — Зела тут же настораживается. — Красивая, небось?
Бер открывает рот и уже почти выдает «очень неплоха», но я по мыслеречи его резко прерываю:
— Ты что несёшь? Она же тебя кастрирует за такие признания!
Бер тут же спохватывается и спешно меняет версию:
— Очень уродская. Прям отвратная. Ужас просто, глядел на неё — и тошнило, — бормочет он, наверняка, под пристальным взглядом невесты. Зела явно смотрит на него подозрительно.
В этот момент я, постучавшись, вхожу в кабинет, решив не дать мечнику окончательно утопить себя.
— Ваше Величество! — тут же расцветает альва улыбкой.
— Что по обороне, Зела?
Зела сразу отвлекается от препарирования Бера и рапортует:
— Да всё спокойно. Те же Филиппины притихли. Видимо, их напугали трофейные фрегаты, что мы подвели к берегам. Сейчас люди Мерзлотника вместе с Кораблеоном строят на Кире ремонтную базу для наших кораблей.
— Вот это правильно, — киваю. — Бер, пока оставайся тут. Зеле лишний теневой воин не помешает, если начнётся заварушка.
Зела благодарно склоняется:
— Спасибо, Ваше Величество.
— Заметано, Даня… Ваше Величество, — поправляется мечник под строгим взглядом возлюбленной.
— А вы сами с нами надолго, Ваше Величество? — интересуется воительница.
— Хотелось бы, но нет. Скоро я отправлюсь в Сумеречный мир. У меня там встреча с Мадам Паутиной.
Тишина. Оба переглядываются. На утонченных альвийских лицах смесь удивления и опаски.
— Мадам Паутина?.. — протягивает Зела.
— Слышали о ней?
— Немного, Ваше Величество. Это страшная женщина. Говорят, многих ухажёров она обращала в марионеток. Высасывала их до дна и заковывала в искусственные тела, сотканные из Тьмы.
И почему же Лорд Тень на неё повёлся? Неужто мозгами совсем тронулся или любит щекотать себе нервы? А еще интересно, как теневик без телепатии умудряется подчинять чужие разумы.
— Интересно, — протягиваю я, почесав подбородок. — Впрочем, я не собираюсь становиться ее ухажером.
— Внешностью она должна тебе угодить, — вдруг брякает кузен.
— Бер! — осаживает его воительница.
— Это еще почему? — смотрю на кузена.
— Ну, говорят, ты со Змейкой в сауне плескался, — он пожимает плечами.
— Бер!
— Вообще-то я просто помыл ее, как кошку, — хмыкаю.
— Для кошки у нее слишком большие и округлые…
— Бер!
— Молчу-молчу, — замолкает кузен.
Интересно, что же навело мечника на мысль, что Мадам Паутина в моём вкусе. Это разъясню позже, а пока решаю не зацикливаться и немного отвлечься. Иду в сад, к фонтану. Решаю почаевничать и по мыслеречи передаю хотелку Венгладу. Вскоре его внучки всё накрывают в саду. Не строго по японским традициям, но антураж близкий. Так, например, усаживаюсь я не на напольную подушку, а на складной стул.
Пью сенчу из пиалы и радуюсь жизни. Ну и ладно, если уж живём на Востоке, значит, будем пить чай с видом на лотосы.
Змейка устроилась рядом, вертит носиком вокруг клумбы да громко чихает.
— Коффе, мазака? — тут же бросает она мне, свирепо поглядывая на служанку, подающую чай. Не иначе как чувствует конкуренцию.
Я усмехаюсь и спокойно отвечаю:
— Я же вот чай пью. Попробуй сама.
Наливаю ей немного в отдельное блюдце, как кошке. Змейка тянется когтистой ручкой, делает глоток, морщится, и всё же усаживается напротив. Сегодня, к счастью, не голышом, а хоть как-то одета — уже прогресс.
— Слушай, Мать выводка, — говорю я, дуя на горячий чай. — Ладно, Горзул не ахти какой вожак, его самого нянчить надо, хотя с горгонышами как-то справляется, но тебе же всё равно нужно встретить вожака.
Моська Змейки довольно скалится:
— Мать выводка встретила, фака. Мазаку встретила.
Я чуть не поперхнулся. Ну Мать выводка! Нашла же, кого считать «вожаком». Четвёртая формация может вправить ей мозги, а может окончательно сорвать крышу.
Я только качаю головой:
— Ладно, пока я чай пью, помолчи лучше. Сенчу хлебни.
Она и хлебает из блюдца, разваливается поудобнее и через пару минут уже дремлет, тихо посапывая. Я же ухожу в ментальный Легион.
В моём сознании раскинулся целый мир. Оказываюсь в гоблинских пещерах. Тут шумно, темно, мрачно, но не воняет гоблинскими испражнениями, как по идее должно быть. Я уж не стал засорять своё подсознание образами вони.
Перед королевской пещерой тусуются Воронов вместе с остальными легионерами, и сразу же раздаётся радостный вопль легата:
— Шеф, мы поняли, как бить Короля-Гоблина!
— Ну-ка, ну-ка, — прищуриваюсь я. — И как же вы поняли?
— Новичок помог, — отвечает Воронов, кивая на лорда Трибеля.
Тут же ко мне бросается синекрылый херувим — жалкий, весь забитый. Он чуть ли не падает в ноги и начинает блеять:
— Забери меня отсюда, Филинов! Я не хочу больше умирать от дубины этого чудовища! Прошу тебя, забери! Я всё тебе отдам! Весь свой Небесный Дом, все мои владения, только вытащи!
— Ого, целый Небесный Дом, лорд? — удивляюсь. — Со всеми землями, усадьбами, гвардией, твоими прекрасными жёнами и детьми?
— Да! Бери всё! Только верни моё тело!
— Очень заманчиво, да только у Небесного Дома нынче новый глава, а лорд Гибибибель вряд ли согласится на такую цену за ваше спасение.
— Нет! Забери…!
По моему кивку другие легионеры подхватывают Трибеля и оттаскивают в сторону, чтобы не мешал. Воронов комментирует спокойно, без эмоций:
— И всё же новичок отлично поработал. Ситуация такая: наши техники были ослаблены, и мы думали, что Король-Гоблин сосёт энергию прямо из нас. Но не могли понять, каким образом, тем более что маны в источниках как будто не убавлялось. Мы думали, что гоблинский утырок ворует нашу энергию непосредственно из меридиан во время техник. А этот новичок всё перевернул. Он же слабый до невозможности, даже на одну технику его не хватило. Но его источник всё равно оставался набит под завязку. Полный был, как сказал Дантес. Ни грамма не уходило. Так что теория высасывания энергии из меридиан оказалась неверной. И мы поняли, что в королевской пещере просто-напросто повышен энергопорог на техники.
— И года не прошло, — усмехаюсь. — Но в целом молодцы.
— Скажи честно, шеф, ты отправил новичка в Легион, чтобы помочь нам с гоблином?
Я ухмыляюсь:
— Ну, и ради этого тоже. Без подсказки вы бы ещё полгода ломали головы, пока кто-нибудь случайно не догадался. А так теперь, может, уже сегодня завалите Короля.
— Понял, — кивает легат. — Прямо сейчас и завалим!
При мне Воронов резко оборачивается к легионерам, голос у него звенит от напряжения:
— Не опозоримся при шефе! Давайте мочить этого выродка-гоблина. Действуем строго по плану!
Я смотрю, как легионеры шустро выстраиваются и идут на штурм. Авангардная группа, прекрасно осведомлённая о своей судьбе в ближайшие пять минут, бросается первой в пещеру. Они несутся, как подкошенные, и налетают прямо на Короля-Гоблина. Тяжёлые удары летят один за другим, гул разносится по стенам. По плану они должны отвлечь зелёного великана. Они гибнут под тяжёлой дубиной чудовища, но время выигрывают.
В этот момент замыкающие каменщики замуровывают дверной проход, поднимают каменные плиты одна за другой.
Воронов вместе с теневиками, проскочив, синхронно кастуют Воду-Тьму. Теневики хоть используют несложную технику, но пустеют полностью. Огромная жидкая масса чёрной стихии заливает пещеру практически под потолок. Король-гоблин не захлебнётся, конечно, на это у легионеров нет расчёта. И тут же каменщики махом рушат возведённую каменную стену, что закрывала вход. Поток вырывается с оглушительным рёвом наружу. Теневики в судорогах усиливают течение и умирают от истощения. Их самопожертвование не было напрасным. Гоблинского короля смывает в коридор, он перекатывается, ревёт так, что камни дрожат.