Разлом (СИ)

Первое, на что он обратил внимание, когда проснулся, что в воздухе появился отчетливый запах горячей влажности с примесью сырого бетона. Илья поднялся, осторожно приоткрыл дверь в подвал. Запах сырости и мокрого бетона только усилился. Со стороны лестницы доносился шум, напоминающий ливень. Он наощупь подошел к мешкам. На улице определенно шел дождь. Возбужденный этим известием, он вернулся в «цех». Нащупал спиртовку и зажигалку рядом. Поджег, подошел к Николаю и тронул его за плечо.
  
— На улице идет дождь. — Произнес он шепотом. — Кажется, все закончилось.
Николай резко открыл глаза.
— Дождь? — Переспросил он и начал подниматься.
— Ты куда, Коль? — Зоя приподнялась.
— Спи, сейчас приду. Проверить надо обстановку.
— Что-то случилось?
— Нет, ничего не случилось. Профилактика. — Николай зевнул и потянулся. — Пошли, посмотрим, что там происходит.
В подвале отчетливо было слышно, что снаружи шумит дождь. Илья и Николай подошли к мешкам.
— Ай, горячо. — Илья отпрыгнул назад и посветил под ноги.
На полу вокруг мешков парила лужа горячей воды. Николай из-за обуви на высокой подошве не сразу понял, что стоит в кипятке. Он тоже отскочил и только потом понял, что она нагрелась.
— Блин, и не разуешься тут, полы еще горячие. — Поплясал на месте, чтобы остудить обувь. — Выходит, дождю еще не хватило сил остудить пропекшуюся землю, и он сам нагрелся. Удивительно, но сколько должно быть влаги в воздухе, чтобы она выпадала дождем при такой температуре?
— Ее очень много. Я уверен, что вся вода, стекающая вглубь земли, и давно хранящаяся там вырвалась наружу из-за разломов и подпирающей магмы в виде пара. Потому и пекло накрыло землю и дожди эти. — Поделился Илья своим видением ситуации.
— Так дождь холодный идет и только потом нагревается или сразу горячий шпарит?
— Я не знаю. — Илья пожал плечами. — Наверное, такого, чтобы шел горячий дождь во времена существования людей еще не случалось.
— Вот бы хоть одним глазком посмотреть, что там происходит. — Николай взял у Ильи спиртовку и обошел сахарную кладку, надеясь найти в ней щель. — Блин, плотно слежалось, ничего не видно.
— А сколько сейчас времени?
— Полдевятого. — Николай подсветил наручные умные часы супруги, отобранные у нее вместо отданных Михаилу. — Там уже светло должно быть.
— Может быть, разберем? — Предложил Илья.
— Рано. Еще непонятно, что там происходит на самом деле. А если вода уже поднялась в твой рост. Тронешь, кладка обвалится, и сваришься вкрутую в кипятке. — Предупредил Николай.
— Так ведь она все равно наберется и обрушит нам стену. А если в это время кто-то будет в туалете? Надо в любом случае дырку делать, чтобы вода уходила. — Опасения Илья имели под собой основания.
— Я думаю, что там пока еще не успело набраться, но ты прав, надо просверлить дыру сейчас, чем потом, когда вода ударит в нее под напором. — Согласился Николай. — Пойдем чего-нибудь заточим на завтрак, а потом приступим.
В «цеху» все проснулись, кроме детей.
— Оттуда сыростью тянет. — Заметила Юля.
— Да, снаружи дождь идет. Как будто горячий. — Ответил Николай неохотно. Знал, что снова ее расстроит. — Под нашими мешками лужа набралась, мы с Ильей в нее наступили, и лапы обожгли.
— Сильно? — Испугалась Даша.
— Нет, ерунда. Я думаю, там уже не было ста градусов. — Илья немного соврал. Ноги жгло, но он за последние дни уже успел привыкнуть к этим ощущениям. — Есть опасность, что она соберется на лестнице и развалит наше заграждение, поэтому мы с Николаем и Максимом сделаем отверстие и направим воду в разлом.
— Всё не слава богу. — Расстроилась Юля.
— Как сказать. — Не согласился Илья. — Мы думаем, что дождь это первый признак того, что погода пошла на охлаждение. В любом случае, испаряющаяся вода поглощает тепло и дело времени дождаться, когда погода станет более менее пригодной для нас. Мы, пока ни в чем не нуждаемся. У нас есть питье, еда, минимальные удобства. Будем сидеть и ждать, когда потечет прохладная водичка.
— Мы как раз собирались перекусить и идти на работу. — Николай полез в припасы.
Они позавтракали легкой закуской, не принесшей особого насыщения, но вопрос так уже не стоял, чтобы вылезать из-за стола с полным желудком. Даже не обсуждая тему того, что их ждало впереди, каждый пришел к мнению, что еду надо экономить и просто питаться по времени небольшими порциями. На экстриме про еду даже не думалось, и жара не способствовала голоду. Николай привел в пример монахов, питающихся на протяжении многих лет очень скромно, но при этом не падающих в голодные обмороки и работающих за двоих, а то и за троих.
У станка по разливу спиртосодержащих жидкостей в бутылки нашли в конструкции металлические полые трубки дюймового диаметра. Ими и решили пробить дыру в спекшемся сахаре, затем соединить их между собой шлангами, так же входящими в конструкцию аппарата и сделать слив прямо в разлом в полу.
В теории все выглядело просто, но оказалось, что трубки достаточно тонкие, а сахар слежался плотнее, чем они думали. Руками пробить не получилось, пришлось добывать железку, пригодную в качестве кувалды. На разбор других аппаратов ушло время. Дождь снаружи продолжал шуметь, и вскоре на уровне метровой высоты с левой стороны появилась струйка кипятка. Николай испуганно отошел назад.
— Парни, надо осторожнее тут возиться, можем погибнуть скопом. — Предупредил он. — Отойдите в сторону. Если хлынет, ломитесь в цех.
— А вы? — Поинтересовался Илья.
— Я за вами, но надо будет успеть закрыть дверь, пока в «цех» не затекло.
— Короче, Николай, мы с Максом будем страховать, держать мешки, чтобы они не упали, а вы долбите дыру. — Распорядился Илья.
— Долбить дыру? Ладно, спасибо, что не трухнули. Но если начнет валиться, ломитесь в стороны. — Николай поднялся и подтянул к стене оставшийся стеллаж. — Это для того, кто будет стоять справа. Прыгнешь на него, пока кипяток шпарит в помещение.
Максим провел пальцем по мокрой стене, где бил горячий «родник» и проверил его вкус на язык.
— Вода сладко-горькая. По идее, кипяток скоро размочит сахар, даже карамелизировавшийся. — Решил он.
— Вот поэтому мы и будет спускать воду. — Николай соединил все трубки шлангом и примерился.
Конструкции почти хватило до разлома.
— Дыру надо делать между мешками, тут тоньше всего. — Посоветовал Илья.
— Ага, спасибо. — Николай прицелился. — Так, держите мешки, но будьте готовы отпрыгнуть в сторону. Де́ржите?
Илья и Максим уперлись обернутыми в ткань руками в горячие и жесткие бока мешков.
— Да. — Ответил Илья за обоих.
Николай взмахнул железкой, используемой вместо кувалды. Трубка ушла наполовину. Кусок сахара, попавший внутрь при прохождении, уперся в конце в замятые края. Кипяток брызнул под давлением тонкими струйками в разные стороны. Николай схватил шланг и надел его на трубку. Пока надевал второпях при плохом освещении, ожег руки и лицо, но не бросил работу.
— А, бляха муха. — Он вскочил и взялся руками за обожженную щеку. — Теперь волдырь на морде вспухнет.
— Идите, намочите спиртом, а мы пока с Максом проследим. — Илья буквально вытолкал Николая в «цех».
Женщины заохали и заторопились помогать.
Макс поставил спиртовку в конце шланга. Кипяток из него вначале вытекал тонкой струей, но по мере растворения сахара напор усиливался. И когда из него выскочили последние куски, вода пошла с приличным напором, стекая в разлом. В подвале сразу же повис туман как в парилке общественной бани.
— Это симуляция процесса в миниатюре того, что происходит снаружи. — Произнес Илья.
  
— И долго будет длиться этот процесс? — Поинтересовался Максим.
Илья пожал плечами. Ответа у него не было. Это могли быть дни, а могли быть десятилетия или века.
Убедившись, что план сработал, горячий «родник» пропал, а значит, вода опустилась ниже уровня в один метр, Илья и Максим зашли в «цех». Клубы пара попали внутрь вместе с ними. С парней сошло семь потов, и они очень хотели пить. Скинули с себя одежду, оставшись в одних трусах.