Противотанкист. Книга 2 (СИ)

Экипируюсь по боевому и, повесив сумку с парой гранат через плечо, иду к командиру взвода, демонстрировать новую снарягу.
— Ты куда это собрался? — спрашивает Ванька, когда я вхожу в хату, где он планирует завтрашние «культурные мероприятия».
— Злые вы, уйду я от вас.
— Ну и уходи, — только зачем сюда-то пришёл?
— Попрощаться, да и вот эту вещь продемонстрировать, — отвечаю я, похлопав по новому подсумку для противотанковых гранат. Лейтенант идею оценил и, болтающийся без дела лишний состав взвода, почти что до ужина занят изготовлением учебных болванок, для завтрашнего гранатометания. А сам я пошёл мастерить разгрузку для боеприпасов к немецкому автомату. Но примерив снаряжение к тому и другому виду оружия, решил не заморачиваться, а оставить всё как есть, всё-таки что наши, что немцы проходили с этой снарягой всю войну, основной проблемой было только то, что в Красной армии её на всех не хватало, и часть боеприпасов или магазинов приходилось носить просто в карманах. Но у нас с нехваткой снаряжения проблем пока нет, да и что портной, что шорник из меня, как пуля из известной субстанции, поэтому прихватив с собой фляжку со шнапсом и отпросившись у взводного, иду к ремонтникам артвооружения, чтобы обсудить с ними одну интересную мысль, постучавшуюся в мою голову.
  
Товарищеский ужин с артремонтниками прошёл в тёплой и дружественной атмосфере, мы не столько пили, сколько обсуждали мою задумку. В результате пришли к консенсусу, как говорил последний генсек, и после завтрака, оседлав один из трофейных тягачей и припахав обоих танкистов, цепляем к нему оба передка и едем в расположение артмастерских, которые находятся в помещении железнодорожного депо. Старший лейтенант ремонтников, или точнее воентехник 1-го ранга, выделил в моё распоряжение толкового слесаря и работа закипела. Сильно ломать голову и изобретать велосипед мы не стали, как говорил один товарищ — «всё уже украдено до нас», в данном случае придумано, так что к обеду управились. Правда для этого пришлось вдумчиво поработать напильником, и снять с трофейной техники некоторые «лишние» детали, зато они добавились на наши артиллерийские передки, и сейчас на левом борту каждого из них, стояли кронштейны для крепления немецкого эмгача, а в зарядном ящике, вместе с прицелом к пушке, лежал ещё и зенитный прицел к пулемёту.
Всю эту комбинацию я задумал после того, как во время крайнего марша нашего стрелкового батальона, нас чуть не накрыли немецкие «лаптёжники». Нам повезло, что лес был в нескольких метрах от дороги, и вовремя заметив опасность, батальон заныкался на опушке, а вот немного погодя, фрицы застали бы нас со спущенными штанами, мы как раз бы переправлялись через реку, но чуть-чуть не считается, и в тот раз повезло нам. Зато не повезло посёлку Жарковский, на который бомбовозы и высыпали весь свой груз. Стоящий на станции бронепоезд, не дал фрицевским пилотам безнаказанно отбомбиться, и одна «Штука» нырнула прямо в болото и почему-то не вынырнула, но посёлку хватило и восьми оставшихся. Досталось и бронепоезду. Может, конечно, целью немцев и изначально был Жарковский, но увидев целый стрелковый батальон неподалёку, думаю, эти гады не отказали бы себе в удовольствии разбомбить и его. Шли они с запада, вдоль русла реки Межа, конечно не повторяя все её изгибы, но видимо ориентируясь по ней, так что заметить нас они могли вполне, как это сделал один из разведчиков, пройдя вдоль русла на бреющем полёте.
Правда после этого мы минут двадцать шли, а точнее бежали форсированным маршем по дороге, после чего укрылись на опушке леса. Причём найдя удобное место, в лес сначала свернули обозные повозки, а также упряжки с тяжёлым вооружением, а затем и бойцы боевых подразделений. Комбат рассчитал всё правильно, потому что через четверть часа после того как батальон затихарился, юнкерсы пролетели рядом и обрушились на станцию.
После обеда собираемся, и в полной выкладке, с орудиями и повозками с боекомплектом, идём на наше стрельбище. В импровизированных подсумках для противотанковых гранат, у каждого бойца лежат деревянные болванки, так что во время марша отрабатываем свои «любимые» вводные (танки справа, танки слева), но уже с учётом новых обстоятельств. Бойцы отбивают атаки воображаемого противника, как артиллерийским огнём, так и гранатами, при этом несколько болванок оказываются потерянными, и «счастливчики» обзаводятся настоящими противотанковыми гранатами. Так же отрабатываем и команды «воздух», но теперь наши нештатные пулемётчики устанавливают свои эмгэшники на зенитные кронштейны и имитируют стрельбу «по тарелочкам». В результате тренировок приходим к выводу, что на марше пулемёты лучше сразу устанавливать для зенитной стрельбы, а стрелкам идти рядом, и не терять лишние секунды, делая всё это, после команды «воздух».
Придя на место, занимаем отрытые нами ещё в прошлый раз огневые, только лишь поправив оплывшие после недавних дождей окопы, и приступаем к тренировкам. А вот теперь уже всё по-взрослому. Отрабатываем вводные: «танки с тыла», «первое орудие уничтожено, расчёт частично погиб», ну и другие неприятные, но возможные в бою ситуации. Правда боевыми стреляем только когда танки, или пехота с фронта, причём как из орудий, так и из пулемётов и карабинов, через реку, где у нас расположена, созданная природой мишенная обстановка из здоровенных валунов, но это уже после отработки всех вводных. Всё-таки элементарная техника безопасности соблюдается, небоевые потери далеко не лишнего состава нам не нужны, и сначала всё-таки работаем с учебными снарядами и разряженным оружием. Бойцы ползают уничтожать танки гранатами (правда пока болванками), но в результате отбираем несколько человек, которые могут метать противотанковые гранаты дальше и точнее других. По итогам проведённых «социалистических соревнований», назначаем шестерых бойцов нештатными истребителями танков и ещё раз показываем, как нужно обращаться с ручной противотанковой гранатой.
— Мужики, если вы вставили детонатор в гранату, то я не советую вам ронять её на ногу, будет не только больно, но ещё и смертельно, гранатка хоть и «ручная», но если рванёт под ногами, то яйца точно оторвёт, но вам будет уже по бую, потому что мёртвому они не нужны. — Шучу я в конце инструктажа, только почему-то никто не смеётся, вижу, прониклись.
Первым кидает боевую гранату командир взвода. Заняв окоп, расположенный в двадцати метрах от «танка», лейтенант попадает точно в валун, поэтому хороший такой «бум-с» от взрыва 760 граммов тротила, откалывает приличный кусок. Вторым иду я, поэтому спрыгнув в укрытие, достаю из сухарной сумки «Ворошиловский килограмм», вставляю детонатор, что есть силы швыряю гранату в сторону камня и приседаю в окопе. Бум раздаётся слабее, поэтому немного погодя высовываюсь на поверхность и вижу, оседающую за валуном пыль. Перелёт однако. Возвращаюсь на исходную, а дальше кидают гранаты командиры отделений и «великолепная шестёрка», а я вспоминаю одну историю, которую нам рассказывал заместитель начальника штаба, когда я служил срочку. Я как капитан, конечно, рассказывать не умею, но вот что мне вспомнилось.
«В училище, которое заканчивал кэп, учился один курсант и звали его Вася. Так-то парень не плохой, простой, компанейский, только вот про таких говорят, „доверь дураку стеклянный буй, он его или разобьёт или потеряет“. Вот и Вася, или сломал или потерял. Так что когда в подразделении проходили учебные гранатометания, Васёк умудрялся пролюбливать даже учебные гранаты, и если все остальные курсанты свою болванку после броска находили, то брошенную Васей, не могли найти всем взводом. Вроде вот она упала, да и запал сработал, а когда пошли искать, нету. Поэтому Вася кидал камни, когда все остальные метали боевые и учебные гранаты. И вот грянула осенняя проверка. После сдачи нескольких нормативов, рота прибежала на стрельбище. Васёк, потеряв в очередной раз учебную гранату, залетел, и естественно был наказан, поэтому натаскав большую кучу булыжников, где-то в стороне швырялся камнями, пока все остальные курсанты сдавали зачёт, метая РГДшки. Но без контрольного броска оценку не поставят, тем более приехала авторитетная комиссия аж из самой Москвы, и скрепя сердце залётчика допустили до сдачи норматива. И хотя данный индивидум и продемонстрировал все навыки при помощи подручных средств перед контрольным броском, без сюрпризов не обошлось. Васёк занял окоп, под чутким руководством инструктора вкрутил запал, а дальше что-то его отвлекло, а может разволновался, но вместо того, чтобы метнуть боевую гранату в траншею условного противника перед собой, он швыряет её в обратную сторону. В это же время, на свою беду, неподалёку проходил командующий учениями генерал вместе со своей свитой, и по иронии судьбы граната попадает ему точно в лоб и, отскочив от сплошной кости, падает на землю. Увидев возле своих ног боевую гранату, генерал, во всём своём генеральском облачении, валится в ближайшую лужу, остальные разбегаются кто куда. Слава богу, граната не взорвалась (тренирующийся с камнями раздолбай, забыл выдернуть чеку, потому что на булыжниках её не было), но и без последствий данный инцидент тоже не остался.»