Хозяйка замка Уайтбор (СИ)
«Значит, Мэри сейчас у него».
Миссис Трелони жила в маленьком коттедже на краю леса, таком тесном, что кроме нее здесь вряд ли поместилась бы даже компаньонка. Узкая и темная гостиная была обставлена с неожиданной изысканностью: портьеры из бледно-зеленого шелка, антикварная мебель, старинный клавикорд у окна. Судя по веселым голосам, доносившимся из открытых дверей, Мэри и миссис Трелони прекрасно проводили время. Девочка допивала чай, хозяйка сидела за клавикордом, и, входя в комнату, я успела услышать: «Ты лучше поймешь, если я сыграю тебе об этом».
Завидев меня, «миссис Трелони» удивленно приподняла брови:
— Мисс Анна! Какой приятный сюрприз! Хотите чаю?
Я смотрела — и не понимала, как могла обманываться так долго. Стоило присмотреться, как все выдавало в нем сида, решительно все! Необычайно пронзительный взгляд (чтобы спрягать его, миссис Трелони вечно изображала близорукость и щурилась), плавные движения, слишком быстрая реакция и особенная, нездешняя холодность.
— Нет, благодарю, — отказалась я, чувствуя, что умиротворяющая атмосфера этой комнаты против воли действует на меня. Тоже, наверное, какое-нибудь фейское волшебство. — Я пришла забрать Мэри. Матушка хотела срочно ее видеть.
— Что-то случилось? — в глазах Эйнона загорелась искорка интереса.
— Что-нибудь с мамой? — встрепенулась девочка. Она была похожа на серенького воробья, скромно примостившегося на стуле. А «миссис Трелони» — на кошку.
— Случилось, но не в Хоппер-хаусе, — успокоила я их. — Однако Мэри придется срочно уехать.
— Прямо срочно-срочно? — жалобно скривилась девочка. — Но миссис Трелони только что обещала рассказать мне о феях!
Я послала сиду многозначительный взгляд. «Вот, значит, кто морочил девчонке голову!»
— Несомненно, миссис Трелони является настоящим экспертом в этой области! — не сдержалась я. — Надеюсь, она не забыла упомянуть, что хотя фэйри не могут лгать, зато они прекрасно умеют скрывать часть правды, чтобы легче было использовать нас в своих целях!
Я высказала это, глядя Мэри в лицо и не обращая внимания на предостерегающее покашливание, раздавшееся в окрестностях клавикорда. Девочка удивленно притихла. В воздухе повеяло грозой. Эйнон смотрел на нас с циничной усмешкой, и я сразу вспомнила, каким неприятным типом он мог быть, когда того хотел. Предположительно, мы сейчас играли на одной стороне, но мой предыдущий опыт общения подсказывал, что память сида необходимо периодически освежать. А без лорда Уэсли я чувствовала себя такой уязвимой…
Уж не знаю, какие мысли бродили в голове у Эйнона, но внезапно он сменил гнев на милость и заулыбался с преувеличенной любезностью.
— Милая, вы слишком взволнованы, — произнес он безупречным старческим голосом. — Присядьте, выпейте чаю. Думаю, у вас была веская причина, чтобы примчаться сюда. Раньше вы не часто удостаивали меня визитами!
У меня не было времени расшаркиваться в извинениях:
— Да, причина есть. Доктор Медоуз только что признался в убийстве мистера Хартмана.
Мэри вскрикнула. Клавикорд издал нестройный звук, который постепенно затих, растворяясь в воздухе.
— Как это признался? — растерянно спросила девочка. — Что же делать? Я… мне нужно срочно увидеть Кэрри!
Она выбежала из комнаты так быстро, что никто из нас не успел ее остановить. Эйнон так и остался сидеть неподвижно.
— М-да. Надо же, какая неприятность, — сказал он слегка озадаченно.
— До свидания. И надеюсь, в будущем вы прекратите вербовать новых слуг для Той Стороны среди здешних наивных девчонок!
Эйнон меня будто не слышал, полностью уйдя в свои мысли. Потом он спохватился:
— Что? Ах, да. Пожалуй, я загляну к вам завтра.
— Отлично. Нам как раз нужно поговорить.
Я вышла из коттеджа с гордо поднятой головой и забралась в коляску, где уже сидела всхлипывающая Мэри. За всю дорогу она не проронила ни слова. Возле Хоппер-хауса я заметила чью-то лошадь, привязанную к дереву недалеко от ворот.
— Мисс Эстрелья приехала, — горестно сказала девочка. — Значит, она тоже узнает… хотя чего уж теперь!
Мы нашли миссис Полгрин в том же положении, в каком я недавно ее оставила, только теперь к ней присоединились ее дочери и мисс Рамирес. Джейн поправляла цветы в вазе. Кэролайн, полулежа на софе, лениво листала книгу. Эстрелья что-то весело рассказывала, сидя на низенькой кушетке рядом с хозяйкой. Ее алая амазонка словно воспламеняла эту скромную, непритязательную комнату, щеки разгорелись от верховой езды. Я всегда считала, что чувство зависти мне чуждо, однако яркая красота Эстрельи заставляла меня острее чувствовать свою ущербность. Джейн и Кэролайн тоже совершенно терялись на фоне прекрасной астилийки.
Наше появление вдребезги разрушило простодушное спокойствие, царившее в комнате. Оттолкнув меня, Мэри подбежала к матери и с плачем бросилась ей на шею:
— Мама! Мамочка!
— Что случилось, дорогая? — ошеломленно произнесла миссис Полгрин. — Мисс Анна? Что…
Я смотрела только на Кэролайн.
— Вы ведь знали, что он виновен, не так ли? — спросила я. — Вот почему вы хотели спрятать от меня гербарий. Думаю, вкладыш со скалларией вы уже сожгли. Медоуз мог сорвать цветок только утром в день убийства, так как вечер накануне он провел на балу в Триверсе, а потом ударил мороз, и цветы погибли.
Кэролайн приподнялась на локте, резко побледнев:
— Его… поймали?
— Он сам признался.
— Да что случилось-то?! — не выдержала миссис Полгрин.
— Чарльз Медоуз сегодня признался, что убил Джереми Хартмана, — сказала я. — И, должна заметить, он сделал это не без помощи вашей дочери, Мэри.
Целый хор восклицаний — удивленных, шокированных, негодующих — заглушил мои последние слова.
— Мэри понемногу давала ему настойку из корня виденника, — продолжала я, повысив голос. — Я узнала ее запах, когда в прошлый раз была у вас, и когда заходила к доктору. Это сильнейшее возбуждающее средство. Зачем вы это сделали?
Девочка смотрела на меня, будто онемев от страха. Миссис Полгрин, нахмурившись, крепче прижала дочь к себе.
— Что за вздор, будто моя дочь способна кого-то отравить! — сказала она ясным и решительным голосом. — Да и как она могла это сделать? Они с доктором почти не виделась в последнее время!
— Мэри несколько раз приходила к нему домой, так? — Я снова бросила взгляд на девочку, которая сидела столбиком, так и не шелохнувшись. — Вы притворялись, что вам интересны все эти растения, книги и коллекции. Улучив момент, вы смазали настойкой виденника края страниц классификатора Карлоса. Каждый раз, отправляясь на болота, Медоуз брал его с собой. Ему нужно было постоянно сверяться с текстом. От влаги и от старости некоторые страницы в книге просто слиплись. Возможно, Медоузу приходилось облизывать пальцы, чтобы листать их. Как бы там ни было, он получал дозу яда во время каждого своего похода на пустоши. Ловко придумано.
— Я сделала это, чтобы его защитить! — вскрикнула Мэри, очнувшись. — Я слышала от миссис Трелони о существах, живущих в холмах, об их волшебстве, побуждающем вас забыть свое имя и отправиться по скрытой тропе вслед за чудом…
Миссис Полгрин закатила глаза:
— Ох, дорогая, эти твои фантазии!..
— Ты никогда мне не веришь! — Мэри сердито отстранилась, шмыгнув носом. — И доктор Медоуз не верил! Такой уж он человек, пока не увидит что-то своими глазами — не поверит! Вот мне и пришлось дать ему настойку виденника, чтобы он сам убедился! Если смазать глаза этой настойкой или капнуть ее в питье, тогда сможешь увидеть тех, кто незримо живет среди нас. Я сделала это, потому что беспокоилась за него и Кэрри, потому что боялась, что они украдут его у нас!
— А вам не пришло в голову побольше узнать о свойствах виденника, прежде чем давать его кому-то? — перебила я ее. — Вы не знали, что это зелье обостряет все чувства? Или вы считаете, что дар видеть фэйри дается просто так?! — Я старалась говорить спокойно, но от волнения язык плохо меня слушался. — За способность видеть незримое люди всегда расплачивались истощенными нервами, галлюцинациями, гневливостью… Прежде чем предлагать человеку какое-то зелье, нужно выяснить его побочные эффекты!