В объятиях бандита

– Остановятся, не переживай, – заверил меня Алексей. И добавил со стальными нотками в голосе: – Делай, как я сказал.
Мы доехали до развилки, где региональная трасса пересекалась с дорогой на Берёзовку.
– Останови здесь, – приказал мой пассажир, когда я сбросила скорость.
Я послушно затормозила. Дождь всё ещё лил как из ведра.
– Точно не подвезти до города? – спросила я, чувствуя себя неловко от мысли оставить человека на дороге в такую погоду.
  
– Точно, – кивнул Алексей. – Тебя ребёнок ждёт.
Он полез в карман куртки, достал стодолларовую купюру и протянул её мне.
Я против воли округлила глаза, уставившись на валюту, будто первый раз в жизни увидела. Тут же сделалось неловко за такую свою реакцию, и я поспешно закрутила головой.
– Не нужно денег, я же говорила.
Алексей удивленно приподнял бровь, разглядывая меня с каким-то новым интересом. А потом спрятал деньги обратно.
– Тогда спасибо.
– Пожалуйста.
Он открыл дверь, собираясь выйти, но вдруг обернулся.
– Как зовут твою сестру и её дочку?
– Елена и Юля, – ответила я, не понимая, зачем ему эта информация. – А что?
– Да так, – пожал плечами Алексей и вышел из машины. – До свидания, Алина.
– До свидания, – машинально ответила я.
Алексей захлопнул дверцу и вскоре скрылся в темноте. Я проводила его взглядом, ощутив странный укол сожаления в груди. Интересно было бы узнать его лучше… Может, он вовсе никакой не бандит, а… молодой бизнесмен, например? Сейчас таких развелось довольно много, их ещё называли «новыми русскими».
Я тряхнула головой, разозлившись на себя за глупые мысли. Ребёнку нужны лекарства, а я тут в облаках витаю.
Быстро развернув машину, я поехала в сторону Берёзовки и через двадцать минут была у Лены.
Юлька лежала в кровати, раскрасневшаяся от жара. Сестра выглядела измученной – не спала всю ночь.
– Спасибо, что приехала, – прошептала она, обнимая меня. – Я уже не знала, что делать.
– Всё будет хорошо, – заверила я, доставая лекарства. – Сейчас мы ей поможем.
Я поставила Юльке укол жаропонижающего и принялась делать обтирания. Через полчаса температура начала спадать.
Лена задремала в кресле, а я сидела у постели племянницы и смотрела в окно на дождь. Без остановки думая об Алексее. Интересно, добрался ли он до города? Или всё ещё стоит на обочине, вконец окоченев от холода?
«Да какая тебе разница! – раздражённо одёрнула я себя. – Всё равно мы больше никогда не увидимся».
Я и представить не могла, как сильно ошибалась.
 
Глава 2
 
Несколько дней спустя
Алексей
Я с детства ненавидел больницы. Ненавидел их запах – смесь хлорки, лекарств и человеческих страданий. Ненавидел бесконечные коридоры с облупившейся краской и тусклые лампы дневного света, от которых начинает ломить в висках уже через пять минут. Ненавидел эти звуки – стоны, скрип каталок, шлёпанье старых тапочек по линолеуму.
Но сейчас у меня не было выбора.
– Блядь, не дёргайся, – прошипел я, вцепившись в руль и с трудом удерживая машину на дороге.
Кирпич, сидевший на пассажирском сиденье, что-то промычал в ответ. Его рубашка уже насквозь пропиталась кровью. Он зажимал рукой рану на боку, но кровь всё равно сочилась между пальцами, капая на кожаное сиденье моей тачки.
Ночная стрелка с врагами Усмана пошла не по плану. Он будет в бешенстве. Двое наших полегли, троих забрали менты. Боеприпасы и часть товара потеряли. Да ещё и Кирпич словил перо под ребро.
– Потерпи, братан, скоро доедем, – бросил я ему, вдавливая газ в пол.
Я знал, что в центральную больницу соваться нельзя. Там уже наверняка прикормленные Черепом менты дежурят, ждут, когда кто-нибудь из раненых подтянется. И тогда всем нам пиздец. Но была ещё районная больничка на окраине города, я надеялся, что туда никто не догадается сунуться. Собственно, к ней и держал путь.
За окном моросил мелкий дождь. Который день уже лил как из ведра. Дворники еле справлялись, а Кирпич рядом тяжело дышал и всё сильнее бледнел.
– Бля, не сдохни мне тут, – прорычал я, сворачивая на последнем повороте так резко, что машину занесло. – Усман мне башку оторвёт, если я тебя не довезу.
Возле больницы я остановился не у главного входа, а у заднего – там, где приёмный покой неотложки. Затормозил с визгом шин у самого крыльца, вытянул из тачки Кирпича и потащил внутрь, почти волоком.
– Эй! – заорал я, ввалившись в тускло освещённый коридор. – Врача сюда, быстро!
Молоденькая медсестричка в накинутом на плечи белом халате выглянула из-за угла, увидела нас и тут же исчезла. Через несколько секунд из дверей выскочили санитар и пожилой врач.
– Что случилось? – спросил доктор, подбегая к нам.
– Напали на улице, ножом пырнули, – быстро соврал я. – Спасите, пожалуйста… друга моего.
Врач коротко кивнул санитару, и тот притащил каталку. Мы вдвоём уложили на неё Кирпича, который уже почти не реагировал на происходящее.
– В операционную, срочно, – скомандовал врач, и санитар повёз каталку по коридору.
Я остался стоять посреди приёмного покоя, тяжело дыша. Руки были в крови. Куртка тоже. На полу за мной тянулся багровый след.
Вот жопа…
– Вам нужно заполнить документы, – раздался вдруг голос у меня за спиной. Голос, который показался странно знакомым.
Обернувшись, я увидел хорошенькую медсестричку в белом халате, а в следующую секунду понял, что мы уже встречались с ней раньше. И совсем недавно.
Та самая отважная цыпочка на «шохе». Вот это я прифигел, когда обнаружил её за рулём тогда ночью на трассе.
Она тоже узнала меня. Её губки бантиком мило дрогнули, а глаза на мгновение расширились от удивления. Но, как и в прошлый раз, девочка быстро взяла себя в руки, нацепив на симпатичную мордашку невозмутимое выражение.
– Алексей? – неуверенно произнесла она.
– Надо же, какая встреча, – ухмыльнулся я. – Алина?
Она коротко кивнула, не сводя с меня взгляда.
– Нужно заполнить документы на вашего… друга, – повторила она уже совсем другим тоном. Холодным. Отстранённым.
– К чёрту документы, – отмахнулся я. – Он выживет?
– Доктор Макаров – лучший хирург у нас. Если рана не задела внутренние органы, то шансы хорошие.
– А если задела?
Алина пожала плечами.
– Тогда молитесь.
Я хмыкнул. Молиться. Забавно. Последний раз я это делал лет в пятнадцать, когда мама ещё жива была. А потом понял, что бог, если он и есть, на меня давно забил.
– Всё-таки нужно заполнить документы, – настойчиво продолжила Алина. – Имя пациента, адрес, контактные данные родственников…
– Слушай, давай как-нибудь без этого, – устало произнёс я, проводя рукой по волосам и поздно понимая, что испачкал их кровью. – Оформи его как бомжа какого-нибудь, ладно? Если спросят – скажи, что на улице подобрали. Я заплачу сколько надо.
Она смотрела на меня несколько долгих секунд, а потом поинтересовалась с неприкрытым презрением в голосе:
– Бандитские разборки?
Я не ответил. Вместо этого шагнул к ней ближе, и она инстинктивно отступила назад.
Такая вся из себя Зоя Космодемьянская. Обычно подобные личности вызывали у меня что-то вроде зубной боли. Но эта…
Эта казалась приятным исключением из правил.
Странное дело, но ей я готов был простить и этот осуждающий взгляд, и высокомерно задранный подбородок, и… много чего ещё.
– Пойдёмте, – неожиданно сказала она. – Вам нужно привести себя в порядок.
Развернувшись, Алина пошла куда-то по коридору. Я, помедлив, последовал за ней.
Она завела меня в маленькую комнатку с раковиной и шкафчиками. Достала из одного из них белый халат.
  
– Снимите куртку, – сказала она, всё так же не глядя мне в глаза. – И рубашку тоже. Нужно отстирать кровь, пока не засохла.
Я усмехнулся.
– Помогаешь избавиться от улик? Я уж думал, ты меня сразу сдашь ментам.