Искра в аметисте (СИ)
— Но почему?! — Людя не выдержала и снова нарушила красоту повествования оракула. Она ходила из угла в угол, спотыкаясь о складку на ковре, которую сама же и сделала.
— Что почему? — Ауро Сарф скривился в недоумении. — Ты мне не даешь закончить историю, а времени осталось не так уж и много.
— В моей голове не укладывается, почему родителей Гинты разлучили? — продолжала негодовать подруга. — Зачем это надо было делать?
— Чтобы контролировать отца, — ответила я вместо оракула. — Держать его на коротком поводке и при этом как можно дальше от Удвига.
— Не проще ли его было держать под надзором здесь? Или… убить.
Людя, как всегда, была тактична словно первоапрельский снег.
— Здесь он был не нужен никому, — со вздохом ответила я. — А убивать боялись, он был… и остается довольно опасным противником.
— Боги! Даже представить боюсь, в каких условиях вы жили с матерью!
— Давай не будем об этом, — от воспоминаний сразу же настроение продолжать беседу дальше поубавилось, и я совсем расстроилась. — Мы можем сейчас выйти отсюда?
— Нет! — одновременно ответили Людя с оракулом.
— Мне интересно! — констатировала подруга. — С чего заварилась вся эта каша.
— А мне надо все рассказать до конца! — повинился Ауро Сарф. — Осталось уже немного.
— Хорошо! — я не могла не согласиться с аргументами.
— Судьба Инге не менее трагична, чем судьба Герды, — задумчиво изрек Ауро Сарф, продолжая повествование. — Если не более…
В любом случае, она вынуждена была покориться отцу, который увяз в заговоре против короля. Инге боялась его разоблачения — это значило бы окончательный крах семьи и… позор. И если старый лорд Браггитас принял участие только номинально, то Рената погрязла в политических интригах так глубоко, что хватило бы поводов на казнь всего семейства… наверное.
Инге погибла потому, что узнала имя любовника своей сестры, а также выяснила некоторые подробности планируемого переворота. Ее убили по приказу лорда Вигинаса. По всей вероятности, она даже узнала причину, по которой советник так стремился держаться поближе к трону.
В любом случае, Инге совершила ошибку лишь в том, что сняла янтарный кулон, подаренный лордом Сарфом, но она надеялась, что все обойдется. Последующие события показали, что это решение стало для нее роковым.
22.3
Инге погибла. А в стране назрел новый конфликт. Эльфы выступили за территории Ковенойса — приграничного города. Казалось бы, зачем им этот маленький невзрачный городок?
— Из-за портала, — тихо ответила я.
— Из-за возможности открыть его, — поправил оракул. — По крайней мере, эльфы на это надеялись.
На самом деле, мы-то знаем, что нового разлома не случилось. Просто именно в этом городе находился дом скорби, в который так предусмотрительно запрятали Риджите Дардас. Именно в нем произошел всплеск темного пламени, которое годами вызревало в девушке.
Во время приграничной стычки заговорщикам удалось убить короля Удвига, вот тогда и началось самое интересное. Вигинасу не хотелось пачкаться самому. Браггитас после смерти любимой дочери перестал оказывать ему поддержку, старый Дардас умер, а Уго был слишком поглощен заботами о своем богатстве. Поэтому советнику пришлось действовать руками менее влиятельных домов, но очень желавших заполучить свое место под солнцем. Они были более сговорчивы и невероятно активны в своих стремлениях.
Витгерда, еще совсем юного и беспомощного, очень быстро заключили под стражу, посадив в подземелья. Само собой, убивать его побоялись. Неизвестно, как в той ситуации еще мог отреагировать народ, а вот запугать мальчишку, чтобы заполучить над ним контроль…
Сам же Вигинас собирался явить себя героем-освободителем королевства. По договоренности с Эратриэлем он должен был посредством дипломатии разрешить локальный конфликт, таким образом завоевав доверие младших домов и купечества. Но… не успел.
Герой появился неожиданно, восстав из мертвых. Молодой, но решительный Майло Вардас успел собрать остатки некогда верных его отцу вассалов и вступить в бой с эльфами на приграничных территориях. Он практически отбил Ковенойс и заставил принца выйти на переговоры. К сожалению, именно в тех ожесточенных стычках погибли лорд Браггитас и его сыновья, а наш несравненный Легарт вынужден был повзрослеть, став главой всего Дома.
Но речь не о нем, а о том, что лорд Вардас, явившись в столицу с поддержкой, вскрыл заговор. Увы, в то время никто не разобрался, кто именно стоял у истоков переворота, а казнь заговорщиков оборвала ниточки, ведущие к Вигинасу.
Само собой, что советник затаился на долгие годы. Но время шло. Эратриэль требовал компенсации за военные действия в Ковенойсе, могущественных союзников у старика поубавилось, а новый король при хорошей поддержке надежно закрепился у власти.
— Неужели этот дед так хотел власти? — Людя скептически наморщила свой белый лоб. — Может у него с головой проблемы? Или так скучно было?
— Ему было отнюдь не скучно, — Ауро Сарф устало вздохнул и посмотрел в окно, в золоте его глаз отразилась ночная темнота. — Он ненавидел все то, что ему мешало осуществить свои планы. Но вынужден был мириться с обстоятельствами. Некоторое время.
Он даже разыскал Риджите Дардас, которая еще не умея пользоваться своими талантами, заключила в зеркало душу Герды Вардас. Бывшая леди сначала под страхом разоблачения оказывала подлецу поддержку, но потом сбежала в обитель Пречистой, где пересеклась с Ольгердом.
— А дальше, что было? — я поспешила перевести мысли с болезненной темы.
— Ольгерд повел свою игру, — пожал плечами Ауро. — Он стал проводить собственное доследование. Возможно, это и было его ошибкой. Предупреди он сразу Вардаса о том, что за всем стоит Вигинас, вероятно. многое удалось бы предотвратить. Бывший маршалок и правда знал больше, чем мы думаем, но долгое время таился. Думаю, это было связано с тем, что он хотел защитить то, что ему дорого. Ну, и вас обеих, конечно же.
Узнай Вигинас о вас раньше. подозреваю, что не задумываясь пустил в расход, ведь чистый, ничем не жертвующий дар — теперь редкость.
— Но зачем все это Вигинасу? — воспользовавшись заминкой, я повторила Людин вопрос. — Он так уверен, что Лаугас сын Удвига. убедил до безумной веры в этом своего внука. Но разве он не понимает, что, если ритуальный камень не отреагирует на кровь его внука во время коронации, ничем хорошим для него это не закончится?
— По всей видимости, он все еще уверен в том, что Лаугас — действительно отпрыск Удвига. поэтому и слеп в своем стремлении к короне. Что же до первого твоего вопроса…
Оракул задумался.
— Когда человек годами плетет свои паучьи интриги, презрев все человеческие ценности, тогда королевство — самая ценная награда в конце усеянного трупами пути. Вигинас всегда был уверен в том, что стал бы лучшим правителем. Его ум, его непревзойденное умение вести переговоры. в свое время. очень пригодились.
В молодости Крайстут слыл горячим и не во всем дальновидным политиком. Он был не плохим воином, но не самым разумным королем. Однако для того, чтобы сглаживать недостатки правителя и нужен советник. Только вот Вигинас понимал это по-своему.
На этот раз оракул замолчал и, судя по длительности молчания. историю свою он завершил.
— Что ж, спасибо! — решила я не медлить, поэтому встала со своего места, собираясь отправиться в глубины дворца, где мне вероятнее всего придется сражаться с врагом, если хватит сил. — Теперь, когда мы все узнали, можно нам… — я посмотрела на опять чрезмерно задумчивую подругу, и решила — может здесь ей переждать будет безопаснее.
— Мне, — поправилась я в своих планах. — Пора к основному месту событий.
— Не спеши! — одернул мои героические порывы Ауро Сарф. — Рассвет только-только зарождается на горизонте. Пришло время прощаться.
22.4
Он тяжело встал из мягкого кресла и подошел к окну. На фоне восходящего солнца, оракул смотрелся весьма торжественно. Даже Людя оживилась, стала следить за действиями Сарфа.