Ребенок от бывшего. Ты мне изменил

Значит, не жалеет… Черт! На секунду мне показалось, что все с точностью до наоборот.
Я снова ошиблась…
Пора уже выкинуть розовые очки, которые я все еще порой использую. Демид изменился. Демиду плевать на меня. У Демида есть безумно любимая жена, которую он защищает. А я… Всего лишь грязь для него.
На ватных ногах возвращаюсь в зал. Щеки горят, внутри разрастается обида.
  
– Где ты пропадала? – Литвинов ловит меня у балкона, где мы разговаривали несколько минут назад. Внутри меня такая буря… Злюсь на саму себя за то, что вновь дала Барскому возможность унизить меня. – Он за тобой пошел, да? Мелисса, ответь мне!
Да только я не слышу. Смотрю на Демида и женщину рядом с ним. Их снимают на камеру журналисты. До меня доходят обрывки слов Барского:
– Решили не терять времени. Влюбились друг в друга с первого взгляда. – Оборачиваясь к жене, он нежно ей улыбается.
– Надеюсь, очень скоро станем родителями, – долетает до меня еще одна его фраза.
– Она уже сумела завоевать мое сердце. О прошлом даже не вспоминаю. Это была моя самая огромная ошибка. Как видите, исправляюсь.
И снова он смотрит на свою жену.
Боже, он специально так делает! Унижает меня прилюдно.
– Успокойся, Мелисса, – слышится прямо у уха хриплый шепот. – Подыграй мне.
Эльмир обнимает меня за талию, шагает вперед. Я – следом. Останавливаясь прямо посередине зала, Литвинов прощается с каким-то мужчиной, притягивая все внимание гостей. А следом… улыбается мне точно так же, как Демид своей жене. И горячие мужские губы касаются моего лба.
 
Глава 8
 
Все как в тумане. Ненавижу, когда так откровенно на меня пялятся. И сейчас… Столько мужчин смотрят на меня, что хочется сквозь землю провалиться. Хотя умом понимаю, что ничего плохого не делала.
Эльмир вежливо посылает всех и, взяв меня под руку, тянет к выходу. Оказавшись снаружи, я дышу полной грудью, втягиваю воздух глубоко в легкие. Литвинов останавливается у своей машины, не дает возможности сесть в салон. А мне так необходимо скрыться от всех…
– Возьми себя в руки, – говорит он стальным тоном, останавливаясь напротив. Заправляет прядь моих волос за ухо, сдержанно улыбается. – Всегда отвечай той же монетой. Всем, кто тебя обижает. Всем, кто пытается вытереть об тебя ноги, Мелисса. Ты поняла меня?
Хмурюсь, но киваю в ответ. Ведь он прав. Я не должна никому позволять унижать меня.
Литвинов как джентльмен открывает переднюю пассажирскую дверь, помогает мне сесть. А потом садится за руль и выезжает на трассу.
Прислонившись лбом к боковому стеклу, я вспоминаю слова Демида. По коже пробегает ледяная волна мурашек. Он так несправедливо со мной поступил… А сейчас продолжает тот же путь. Закрыл все двери так, что даже если решит вернуться и все исправить, то такого шанса у него однозначно не будет. Права у него теперь ни на что нет.
Меня безумно клонит в сон, но к горлу подкатывает такая противная тошнота, что я не могу сомкнуть глаз. Ночная дорога не кажется мне привлекательной. Однако было время, я поздней ночью просила Барского прогуляться со мной по городу. Сейчас все изменилось. За один день мой маленький мир разрушился. Как и мечты, и желания.
– Что он тебе сказал? – Голос Эльмира такой резкий. – Мелисса?
– Сама толком не поняла. Как-то неадекватно себя вел. Сам затащил меня в какую-то комнату, сам начал разговаривать, а потом сказал, чтобы я держалась от него как можно дальше. У него крыша поехала. А что произошло дальше, ты и сам в курсе.
Не говорю Эльмиру, как Барский обнюхивал меня. Это тоже жирный вопрос. Вел себя как одержимый наркоман. А потом… Потом резанул словами так, что дышать стало нечем.
– Есть что-то, что я упускаю. Оно перед глазами, да только я не могу засечь, – злобно рычит Литвинов. – Я ни в коем случае не защищаю Барского. Он крутой и честный соперник в бизнесе. Мы с ним чем-то похожи. Злые, целеустремленные и… крайне редко можем отпустить то, что принадлежит нам. И вот здесь затык, Мелисса.
– Пусть не полностью, но некую часть твоих слов я понимаю. Однако, как видишь, меня он отпустил. Точнее, просто вышвырнул. Я была для него игрушкой. Надоела, и он меня выкинул, завел другую. Никакого затыка, Эльмир. Все это безумно больно, но жизненно. В жену он свою с первого взгляда влюбился и… притащил в наш дом, в нашу постель… – Последнее я говорю еле слышно и снова отворачиваюсь к окну.
– Все не так просто, – задумчиво тянет Литвинов. – Но я все разузнаю. Не нравится мне эта ситуация. А та профессиональная дрянь… Что-то есть в ней, Мелисса, – буквально цедит он сквозь зубы.
– Я не понимаю, что ты имеешь в виду. Ну женщина и женщина. Кстати, очень даже красивая и эффектная. Думаю, такая любому мужику понравится. В том числе и тебе.
– Чего? – искренне удивляется Эльмир. – Мел, я не люблю искусственных куколок. Ты ее губы видела? Она даже разговаривать нормально не может. Интересно даже стало, сколько пластических операций она перенесла. Но сейчас это неважно. Узнаю я о ней все. Есть нужные связи.
– Почему ты так зациклился на ней, раз она тебе не понравилась? – Я не могу замолчать. Демид выбрал ее. А сейчас Литвинов хоть и говорит, что баба так себе, но интересуется же ею, верно?
– Потому что они держат друг друга на крючке, Мелисса. Барский явно не просто так с ней. Зря он не стал артистом. Получил бы пару «Оскаров». Играет профессионально, пусть и бьет в самое больное место. Кретин он настоящий. Возможно, я когда-нибудь пожалею о своих словах. Чтобы решить какую-то проблему, вот так тебя при всех… – Литвинов прицокивает языком. – Ладно, не думай о моих словах. Опять же, Мел, я не знаю серьезности ситуации, в которую попал твой Демид. Да и защищать его больше не стану. Боюсь облажаться. Все-таки я умею ставить себя на место другого человека. И будь я на месте Барского… – Он поджимает полные губы. – Точно не стал бы рубить с плеча.
Что бы там ни говорил Эльмир, я не верю, что Демид притворяется. Да, некоторые его поступки наталкивают именно на такую мысль, однако Литвинов прав: какая ситуация могла заставить Барского притащить в нашу спальню чужую женщину? Это же чушь. Значит, та дама для него действительно важна.
Глубоко выдохнув, я концентрируюсь на дороге. Спать хочу дико, но уверена, что стоит оказаться дома – и сон полетит к чертям собачьим. Не смогу думать ни о чем, кроме слов Демида.
Через несколько месяцев я рожу ребенка. Нашего с Барским сына. А он там со своей женой развлекается. Показывает, доказывает всем, как любит свою женщину.
Хотя его малыша носит под сердцем совсем другая женщина. Такого долгожданного малыша…
Чувствую подкативший к горлу ком, начинаю глубоко дышать.
«Не стоит он того, Мелисса. Не стоит», – напоминаю самой себе, но ничего с собой поделать не могу. К глазам подступают слезы.
Эльмир паркует машину у нашего дома. Некоторое время мы молча сидим в салоне автомобиля. Я просто свихнусь, если этой ночью останусь одна. В социальных сетях наверняка идут обсуждения сегодняшнего вечера. Черт!
Чувствую себя такой униженной… Хотя Эльмир был рядом и поддерживал. Не представляю, что было бы, не будь он моим спутником на этой встрече.
– Спасибо, Эльмир. За то, что был рядом. И за то, что поддерживаешь в трудные времена.
Литвинов молчит, никак не комментирует
мои слова. Я тянусь к ручке двери и нажимаю на нее, однако открыть не успеваю. Потому что Эльмир ловит мое запястье.
– На кофе не пригласишь?
Хриплый шепот настолько близко…
 
Глава 9
   
Отказывать Эльмиру я не хочу. Да и оставаться одна тоже. Пусть хотя бы пару часов проведет со мной. Поговорим о чем попало. Может, усталость возьмет верх и я отключусь, едва оказавшись в постели.
Эта мысль хоть немного, но успокаивает. Кивнув в ответ мужчине, отстраняюсь от него. Выбираюсь из салона автомобиля и медленно направляюсь к подъезду, чувствуя за спиной тяжелые шаги.