Вечно голодный студент (СИ)

— Я ща! — сказал дотер и умчался.
— Патроны и магазины, — потребовал Проф.
— Сейчас принесу…
Примечания:
1 — Бахрома на противодроновых дорогах — есть недавнее изобретение — забивать вдоль дорог столбы и натягивать рыбацкие сети или просто сетки, чтобы защитить едущую по дороге технику от дронов. Это так называемый «хардкилл», то есть, физическое препятствование действию дронов. Если дрон запутается в сетке, то всё, он обезврежен. Но у таких дорог есть одна, казалось бы, неразрешимая проблема — если по сети постреляла артиллерия, то в ней образуются дыры, в которые свободно залетают разные дроны-камикадзе. Ну и ничего не мешает дрону залететь через въезд. В таком случае техника оказывается в ловушке, а личному составу, едущему в ней, практически некуда бежать, что зачастую имеет летальные последствия. И теоретически годное решение — это «бахрома», то есть, просто висящие с сети верёвки, с интервалом 25–30 сантиметров, размещённые в шахматном порядке и имеющие длину не более 1 метра, а по краям можно хоть два метра, ведь проезду они мешать не будут. Что это даёт? А то, что ширина малых дронов-камикадзе составляет те самые 25–30 сантиметров, поэтому миновать «бахрому» они не смогут и будут вынуждены лететь очень низко, что, как минимум, вынудит их поражать бронетехнику не в крышу, а в борт, что должно, некоторым образом, снизить поражающий эффект. Если же дрон поднимется слишком высоко, то в его пропеллеры просто обязательно попадёт какой-нибудь свободно висящий тросик (идеально — из капрона, но можно дешевле), что гарантирует клин пропеллера и 100% вывод из строя. Ну и, к тому же, даже если сеть будет пробита огнём артиллерии, «бахрома» от этого никуда не денется, поэтому сетка будет оставаться опасной на любом своём участке. К сожалению, я нигде не наблюдал ничего подобного — обычно все ограничиваются просто сетью, которая считается достаточной, но таковой не является. Единственный минус — нужно дохрена (десяток километров на километр) верёвки и работа это ручная, потому что нужно вязать всю эту лапшу на сеть. Может выглядеть дорого, хотя я не думаю, что дороже танка, БМП/БТР или грузовика, а вернее, танков, БМП/БТР и грузовиков. Не говоря уже о жизнях их экипажей.
  
 Глава шестнадцатая 
 Тактика разумных обезьян 
*Российская Федерация, Кемеровская область, близ посёлка Бородино, 11 августа 2026 года*
— Какой у вас рейд по счёту? — спросил капитан Юртов.
Зовут его Валерием Яковлевичем, родом он из Алтайского края, из сельской местности, но в Новокузнецке живёт последние лет десять. Ну, как живёт — скорее, служит.
Роста он среднего, где-то метр семьдесят пять, комплекции спортивной, осанка, как у Заякина и Липчина, то есть, военная, стрижен коротко, а на лицо наложен неизгладимый отпечаток экстремальной воинской службы — на лбу шрам от ожога, а на левой щеке неровный след от пореза.
Мы прошли с ним около тринадцати-четырнадцати километров, от посёлка Безруково — туда нас подкинули на БМП-2. Внутри БМП разместили другую группу рейдеров, а мы поехали на крыше.
— Третий будет, — ответил Проф. — А у тебя какой?
— Девятый, — сказал Юртов. — Столкновения со зверьём были?
— Да, в обоих рейдах, — кивнул Проф. — В первом столкнулись с броником, а во втором с лютиком.
— И как всё прошло? — усмехнувшись, спросил кэп.
— Броника завалил Студик, из «Мухи», — пожал плечами Проф. — А лютика завалила Фура, из АК-74.
Кэп посмотрел на меня и на Фуру ничего не выражающим взглядом и покивал.
— Невезучие вы какие-то, — сказал он. — Я в рейдах встречался со зверьём всего трижды. Но знаю двоих спецов, которые вообще ни разу с ними не виделись, несмотря на второй десяток рейдов.
— Везучие, наверное, — пожал плечами Проф. — Или очень умелые.
— Скорее, второе, — усмехнулся Юртов. — Ничего, научитесь ещё грамотно ходить в рейды. Студик, условно-безопасная зона закончилась — выходи вперёд.
Киваю и активирую ИК-зрение.
Мир окрашивается серым, и я начинаю отчётливо видеть тепловые следы. Кое-где в траве лежат железяки, нагретые солнцем, а в кустах заседает какая-то мелкая живность.
Среднего и крупного зверья не наблюдаю, как и людей. Я не интроверт, но нынче такое время, что становится радостно на душе, если рядом нет никого живого, кроме своих.
Мы обходим посёлок Бородино с юга. По данным майора Заякина, тут не должно быть никого живого, потому что население эвакуировано в Новокузнецк. Он отметил, что жители посёлка, в первые дни, не растерялись и сумели организовать отряды самообороны, которые защитили граждан от обезумевшего зверья.
— Пока что, чисто, — сказал я в баофенг.
— Принято, — ответил кэп.
Благодаря усиленной способности, скорость нашего движения возросла, потому что больше не нужно останавливаться перед подозрительными местами — я намного быстрее определяю, опасно или безопасно место.
У других, более опытных и, соответственно, более ценных для командования, групп, есть дорогостоящие тепловизоры, которые точно так же ускоряют безопасное передвижение по условно-враждебной территории. А мы нищие — у нас даже из оружия только АК-74 и один РПК, выменянный на бесценные еду и сигареты с парой АК в довесок…
Капитан Юртов, кстати, вооружён АК-15, который, на фоне нашего оружия, выглядит, как оружие будущего — там и коллиматорный прицел, и подствольный гранатомёт. Смотрится круто и серьёзно, а самое главное — этот автомат под патрон 7,62×39 миллиметров. Не так круто, как 7,62×54 миллиметра, но убойность повыше, чем у стандартного АК-74.
Хотя 74 тоже ценится, потому что он получше, чем какая-нибудь двустволка или дробовик — скорострельность решает…
— На точке, — сказал я в баофенг, когда увидел город. — Подтягивайтесь.
Внимательно рассматриваю пригород. ИК-зрение «бьёт» только на 300 метров, но и это хорошо, по сравнению с обычным зрением.
— Следы какие-нибудь видишь? — спросил кэп.
Переключаюсь на комбинированный режим и двигаюсь вперёд, чтобы посмотреть на землю.
Всюду какие-то неразборчивые пятна, следы мелкой живности, но следов крупного зверья никаких, пока что.
Сами по себе следы через УФ увидеть нельзя, но я опытным путём установил, что примятая трава отражает ультрафиолет иначе, поэтому можно увидеть разницу и получить представление о том, что кто-то прошёл.
Вчера я весь день и часть вечера потратил на то, чтобы выслеживать Щеку, Фуру и Профа в городских парках. И я понял, что людей в обуви среди растительности находить легко, потому что обувная подошва наносит больше ущерба траве и следы сохраняются дольше.
Но когда они разулись и начали ходить босиком, всё резко осложнилось…
Насколько знаю, животные обувь не носят, но у некоторых из них есть копыта. Всякие волки и медведи, оснащённые мягкими подушками на лапах, как я полагаю, оставляют меньше следов, чем различные олени, лоси и кабаны. Но всё это нужно подтверждать на практике.
И примерно через пятьдесят с лишним метров я обнаружил крупные следы не первой свежести.
— Всё чисто? — спросил подошедший кэп.
— Нет, — покачал я головой, а затем указал на след. — Вон следы некоего крупного животного, вероятно, того самого медведя, но может и не его. Примерно сутки назад проходил, может позже. Уже расплываются, поэтому не могу сказать наверняка.
— Хорошо, — кивнул Юртов. — Всем удвоить бдительность и заходим в город.
Город Мыски встретил нас разрухой и запустением.
  
Видно, что его кто-то пытался грабить, в самые первые деньки — стоят брошенные машины, лежат вывороченные чемоданы и сумки, кое-где можно встретить автоматные и ружейные гильзы, а улицу Советскую пытались перекрыть полицейским грузовиком и баррикадами.
На земле и асфальте лежит множество обглоданных костей, много обрывков и клочков одежды, фрагментов обуви и давно разряженных смартфонов…