Упавшая звезда (ЛП)

— Ты слишком любезен, подарил мне ожерелье и все такое. Это странно.
— Да, наверное, ты права, — согласился он. — Может, мне стоит забрать его обратно. — Он потянулся к ожерелью.
Я отдернула руку.
— Я не имела в виду, что ты должен был забрать его. Я хочу ожерелье и не собираюсь его тебе возвращать.
— Расслабься, я просто дразню тебя, — сказал он. — Послушай, я знаю, что между нами было не всё гладко, но, хотя бы на мгновение, мы могли бы попытаться стать нормальными.
  
Я нахмурилась.
— В тот последний раз, когда я думала, что между нами все нормализовалось, ты дурачил меня, чтобы попытаться выяснить, знаю ли я, почему мои эмоции внезапно проявились снова.
— И я сожалею об этом, — искренне сказал он.
— О, боже. Ты только что извинился? — Я широко раскрыла глаза и изобразила на лице преувеличенный шок. — Вот черт. Мне кажется, мир просто перестал вращаться. — Он ухмыльнулся, и я добавила: — Для тебя это нормально?
На мгновение между нами повисло молчание. Я уставилась на ожерелье, серебряное и фиолетовое, сверкающее почти так же, как звезды, которые теперь рассыпались по небу.
— Ты не собираешься его надеть? — спросил он, кивая на ожерелье в моей руке.
— Да, хорошая идея. — Я начала расстегивать застежку, когда меня осенило. А что, если с ожерельем что-то не так? Что, если это было вовсе не мое ожерелье, а какое-то устройство для извлечения души, которое Алекс пытался обманом заставить меня надеть? Что, если, когда я надену его, моя душа исчезнет? Я перестала возиться с застежкой. — Знаешь, я не уверена, стоит ли мне это делать. Я имею в виду, что, если это трюк или типа того? Насколько я знаю, надев его можно спровоцировать процесс освобождения моей души.
Он покачал головой и вздохнул.
— Это не так, и я могу это доказать. — Он протянул руку и перевернул кулон обратной стороной. Безупречным почерком были выгравированы буквы «Д.Л.» — Мои инициалы. — Смотри, «Д.Л.» — Джемма Лукас.
Я улыбнулась настоящей улыбкой. Оно действительно принадлежало мне. Я расстегнула застежку и обернула цепочку вокруг шеи.
Ладно, я не уверена, что вы уже поняли, но я не из тех, кто любит носить украшения. Для меня надевание ожерелья было чем-то совершенно новым, и я никак не могла его застегнуть.
— Нужна помощь? — Спросил Алекс, выглядя так, словно ему нравилось наблюдать за моими мучениями.
— Нет, — упрямо отказалась я. — Справлюсь. — Но после еще нескольких минут попыток застегнуть этот чертов зажим я сдалась. — О, ладно. Думаю, мне нужна твоя помощь.
Он засмеялся, описывая пальцем круг в воздухе.
— Повернись.
Я послушалась, и он взял ожерелье из моих рук, его пальцы скользнули по моим. Я изо всех сил старалась не обращать внимание на то, как горячо мне стало от его прикосновения, пока он возился с застежкой ожерелья.
Но, как и я, он, казалось, боролся с собой.
— Хммм... — Он остановился — Ну, это уже интересно?
Я оглянулась на него через плечо.
— Что интересно?
— Что ж, похоже, ты получила свою метку.
— Знака Провидца.
Он кивнул, нежно проводя пальцем по моей шее.
— Я вижу, как проступают ее очертания прямо здесь.
— Как она выглядит.
— Точь-в-точь как у Николаса, — сказал он. — Все метки причастности всегда выглядят одинаково.
— Значит ли это, что я действительно могу быть настоящим Провидцем?
— Да, наверное. Но я до сих пор не знаю, как. Я никогда не думал, что ты Провидец. Я думал, что это просто сила звезд, воздействующая на кристалл. Обычно для того, чтобы обладать способностью к Предвидениям требуется принадлежать к роду Провидцев.
— Моя мать не была одной из них?
Он покачал головой.
— Джослин была просто Хранителем.
— Что насчет моего отца? — спросила я. — Может он был.
— Возможно. Но не могу сказать наверняка, поскольку не знаю, кто он такой.
— Ты не знаешь, кто он такой! — воскликнула я. — Как это вообще возможно?
— Потому что Джослин никогда никому не рассказывала, кто он такой. По какой-то причине она настаивала на том, что должна держать это в секрете.
Что ж, это было ужасно. Смерть моей матери не только стала для меня большим вопросом, но и теперь я узнаю, что никто не знает, моего отца. Я действительно была совсем одна в этом мире, не так ли?
Я с трудом сдержала слезы.
Он вздохнул.
— Вот, давай я надену на тебя эту штуку, а потом ты сможешь пойти посмотреть на отметину в зеркале.
Я медленно кивнула и повернулась обратно.
Он снова начал возиться с застежкой, его пальцы дразнили меня своим прикосновением. Я смотрела в темноту ночи, думая о своих матери и отце и о том, что я почти ничего о них не знала. И от этого, казалось, в моем сердце образовалась огромная дыра.
— Ты нервничаешь, — заметил он.
— А? — Я покачала головой. — Нет, всё в порядке.
— У тебя нога трясется как сумасшедшая.
Я посмотрела на свою ногу и поняла, что бешено стучу ею по заснеженной земле. Очевидно, я направила всю горячую энергию, которую приносили прикосновения Алекса, на свою ногу.
— Я не нервничаю. Просто... — Я почувствовала, как ожерелье опустилось мне на шею сзади — он застегнул его. Наконец-то.
— Просто что? — спросил он, приблизив губы к моему уху.
— Ничего. — Я начала отстраняться. — Не бери в голову.
Он обнял меня за талию, отчего мое тело стало еще горячее.
— Просто скажи мне.
— Ничего страшного. — Я твердила себе, что нужно дышать, в то время как по моему телу разливалась смесь жара и замешательства. — Это просто электричество. Иногда мне становится немного... не по себе.
— Ты уверена, что это все? — Его горячее дыхание обжигало мою кожу, сводя с ума каждую мою клеточку. Мгновение спустя я почувствовала, как его губы прижались к моей шее сзади. Я замерла, и мне показалось, что сердце даже перестало биться на секунду. Я пыталась убедить себя встать и уйти. Не делать этого. Это того не стоило. Ты даже не поймешь, по-настоящему ли это или он опять дурачит тебя.
Но затем он прошептал мое имя, и я инстинктивно обернулась. После этого все мои мысли улетучились. Я больше не могла думать. Почему? Потому что он поцеловал меня. И это было не похоже на тот легкий поцелуй в автобусе, когда наши губы едва соприкоснулись. Нет. Этот поцелуй длился намного дольше и был полон страсти.
В какой-то момент я обняла его за шею, и он притянул меня ближе к себе, так что наши тела соприкоснулись. Было так жарко, что я бы не удивилась, если бы снег на земле под нами начал таять.
Ладно, я знаю, о чем вы думаете. Как она могла поцеловать его после всего случившегося? Но, пожалуйста, постарайтесь не судить меня слишком строго. Я знаю, что у нас с Алексом были не лучшие отношения, но, в конце концов, я всего лишь человек. Или, по крайней мере, отчасти человек. И у меня есть пунктики из того, что я хочу сделать, например, поцеловать парня, от которого моя кожа засияет. И знаете, в отличие от вас, мое время на это может закончиться в любую секунду, так что, наверное, это мой единственный шанс на поцелуй.
Я не уверена, как долго продолжались наши поцелуи, но, в конце концов, мы оторвались друг от друга. Что было даже хорошо хотя бы потому, что я не потеряла сознание от недостатка кислорода. Но я почувствовала острое желание, чтобы мои губы снова коснулись его губ.
Алекс смотрел в ночное небо, раскачиваясь на качелях взад-вперед. Его обычное серьезное выражение лица почти исчезло. Если хотите знать мое мнение, это делало его еще более великолепным.
Кулон на ожерелье приятно касался моей кожи. Я рассеянно потерла большим пальцем фиолетовый камень, глядя в небо, думая о поцелуе и стараясь не думать о том, что довольно скоро я вообще ничего не вспомню об этом. Я заметила созвездие Андромеды, нижнюю точку Кассиопеи, направленную на него, как на мишень. Я подумала о других людях в мире, которые смотрят на звезды. И надеялась, что они счастливы и благодарны за то, что живы.