Железнодорожница 2 (СИ)

— О, хозяева приехали!
  
Глава 14
 
Та-ак!
Это ж какую наглость надо иметь. И даже не ей, а Вадиму в первую очередь. Я все понимаю, но чтобы оставить девку в нашей квартире…
Тысячи мыслей разом пронеслись в моей голове. Если это и правда любовница Вадима, то почему она здесь? И так спокойно говорит, что хозяева приехали? Может, хочет поговорить? Убедить меня отпустить Вадима с миром, дать ему развод? Да без проблем. Как только ЗАГС откроется, так пойдем и подадим заявление.
  
А если я ошибаюсь, и это никакая не любовница? Тогда кто она и что здесь делает?
Девица между тем сняла цепочку с держателя, и та лязгнула об косяк. Дверь открылась полностью.
Я не сводила с девицы глаз. Еще одна поклонница Пугачихи: пышная копна рыжеватых волос на голове, балахонистое домашнее платье и жеманные артистические манеры.
— Добрый вечер, — дед смотрел на неожиданную гостью без особой радости, но вполне нейтрально, — каким судьбами?
Он что, знает ее? Ну теперь ясно, что никакая это не любовница. Что ж, я предполагала и этот вариант.
Мы разувались в прихожей, когда в проеме двери, ведущей в зал, вдруг появилась девочка. Она была совсем маленькая, лет двух, не больше. Стояла, покачиваясь на слабых ножках и таращила на нас большие круглые глазки.
Ритка увидела ее и расцвела.
— Привет! Тебя как зовут?
Девочка тоже заулыбалась и пошла, покачиваясь и держась за стену, нам навстречу.
— Это Наташенька, твоя двоюродная сестричка, — сказала девица.
Родственники?
— А Вадим где? — спросил дед, проходя в ванную, чтобы умыться с дороги.
— Так они же в рейс ушли, — объяснила девица, — дожилась я — оба брата в рейсе. И именно в тот момент, когда они мне так нужны!
Так это сестра Вадима, оказывается! А я понятия не имела, что у него есть младшая сестра. Ах да, Андрей же рассказывал, что мама вышла замуж, когда они были подростками. Видимо, от того брака имеется еще и дочь, судя по всему, модная современная девушка. Только вот что она здесь делает?
Я тоже умылась с дороги и пошла в комнаты. Внимательно осмотрелась по сторонам — вдруг тут, кроме этих двоих, еще кто-нибудь обосновался?
Но нет, кроме них, никого. Зато налицо был форменный бардак во всех комнатах, несмотря на присутствие женщины. На диване и креслах валялись чужие вещи. На полках «стенки» — слой пыли в палец толщиной. На дощатом полу — пятна от пролитых напитков.
Ритка, устроив банку с Хомочкой в своей комнате на полу у кровати, и поворковав немного с маленькой сестренкой, принялась за уборку.
Надо же, еще одни родственники! И если имя малышки я знаю, то как зовут ее маму? Как мне к ней обращаться? Я прошла в зал.
— Как съездили? — обратилась между тем ко мне девица. Она сидела на диване, подложив под себя ногу и перебирая руками густые волосы. Вольготно, в общем так расположилась, как у себя дома.
— Да как, нормально, — я опустилась в кресло рядом с журнальным столиком. — Путешествовать всегда приятно, несмотря на всякие дорожные приключения.
— Вы же на поезде ездили? Тяжело наверно там было?
— Нет, наоборот, — я теперь вспоминала все дорожные перипетии как волшебную сказку. Особенно когда ехали туда, и все еще было впереди, и Дима в том же поезде, и столько надежд.
Я выжидательно замолчала и посмотрела ей в глаза. Она не хочет мне рассказать, с чего вдруг тут оказалась и сколько собирается у нас находиться?
— Ой, — подскочила она, — а вы же с дороги! Есть наверно хотите или просто чаю попить? Я сейчас организую.
— Да я как-нибудь в своем доме сама организую.
Девица внимательно на меня посмотрела, уловив намек.
— Ну, если мы мешаем, давай прямо сейчас уйдем, — пробормотала она.
— Зачем же среди ночи? — возразила я. — Можно завтра утром.
— Можно, да? Тогда мы, пожалуй, завтра уйдем. А то мы и так к матери явимся, как снег на голову. Ой, а мама же с утра на работе будет. Можно мы тогда уже вечером, к пяти часам домой отправимся?
— Ну ладно, — снисходительно пожала плечами я, — вам же и вещи надо собрать. Давно вы здесь с дочкой?
— Ой, Альбина! — девица запрокинула голову и обхватила ее руками. — Если бы ты знала, какой я удар получила от жизни! Я же не просто так вернулась.
— Да уж догадываюсь, что не просто так.
— Мой Костя таким козлом оказался, таким говном! Если бы ты знала! Казалось бы, такой парень серьезный, выпускник ТОВВМУ. А превратился в чудовище. В общем, поженились мы с ним… ну ты помнишь, была же у нас на свадьбе. И сразу уехали по распределению на Камчатку. Через полгода Наташка родилась. Казалось, бы жить да радоваться.
— Кстати, сколько уже Наташке?
— Год и восемь месяцев. Когда же это началось? — она задумчиво устремила взгляд куда-то в пространство. — Где-то год назад. Смотрю, муж дома почти не бывает. Ну, думаю, служба у человека. Спросила однажды, так он разорался, как ненормальный: «А, не твое дело, да что ты лезешь!». Ну ладно, у меня и так дел полно, ребенок совсем маленький. А я-то с другими женами подводников общаюсь, и вижу, у них по-другому все. Ну да, ходят их мужья на боевые, но и дома бывают. А потом мне потребовалась справка из бухгалтерии, сколько муж зарабатывает.
— Для чего? — нахмурилась я.
— А, не помню уже. В общем, взяла я эту справку в руки, а там… Боже, я таких денег от него никогда не видела, он мне и половины не отдавал из того, что зарабатывал. Дождалась, когда домой придет. «Это что?» — спрашиваю. А он мне: «Да твое какое дело? Что ты, чума, с меня требуешь?». Ты представляешь?
— Ужас какой!
— Оказалось, он уже год таскается с медсестрой из части, и все про это знают. А я, как любая обманутая жена, узнала обо всем последней. Ой, не знаю, — девушка еле справлялась с нахлынувшими чувствами, — может, я неправильно сделала. Но в тот же день подала на развод.
— Да все ты правильно сделала, — решила я ее поддержать, — как жить с человеком, который тебя ни во что не ставит? Найдешь себе нормального. А что, вас прямо так сразу развели? Ведь ребенок совсем маленький.
Девица шумно вздохнула:
— Как раз про ребенка я и подумала. Но это уже потом, когда первый гнев схлынул. Что ж я, думаю, так поторопилась-то? Ладно я, мне и так сойдет. Пусть хоть вообще дома не появляется. Обойдусь. Но дочь-то как без отца расти будет? И я стала просить его повременить с разводом. Но куда там? Он будто даже радовался, что так получилось…
Она замолчала, глотая слезы.
— Ничего, бывает, — сказала я, поразмыслив, — значит, не твой это человек был.
— Потом был суд, — продолжала она, — нас развели, и я с дочкой полетела сюда. А когда самолет приземлился, я поняла, что не могу пока идти домой к маме. Что я ей скажу? Сходила замуж, называется! Представляю, что мне придется выслушивать — упреки бесконечные да придирки. Мама ведь так меня к этой свадьбе подталкивала: «Ах, такого парня упускать нельзя! Как же, выпускник ТОВВМУ! Ну слава Богу, хоть дочь хорошо устроилась! Хватит нам уже с голытьбой родниться!».
Меня передернуло. С голытьбой родниться — это она кого имеет в виду? Типа, Вадим на нищенке женился? Которая работала дворником, чтобы квартиру в бараке получить?
— Зря ты так, — сказала я, — мать есть мать, никогда не выгонит. Ну, упрекнула бы пару раз… Зато и помогла бы. Тебе надо новую жизнь теперь строить, раз уж с Костей ничего не вышло.
— Нет, мне надо было побыть одной. Хотя бы какое-то время, понимаешь? Переварить все это, пережить. И я, конечно, с самолета сразу к вам. А тут Вадим один дома, вы в отпуск уехали. И он разрешил мне здесь пожить.
  
Ага, «сразу к вам». А у нас тут что, прибежище для брошенных жен? Мы как будто сидим и ждем, когда же такое чудо на нас свалится. И мне еще нравится «Вадим разрешил пожить». А он тут какие-то права имеет? Или он уверен, что хозяева очень обрадуются, узнав, что кто-то жил у них в квартире без разрешения? Да еще и мусорил здесь. И вообще, на какой срок он ее здесь поселил? Вадим этот, — злобно скрипнула я зубами. Создал мне проблему.