Сверши судьбу

Напряжение накалялось, когда Доминика смотрела ему в глаза. В один момент Ник удалила приложение с телефона, решив, что это лишнее.
– И вообще, ответь честно: почему ты так реагируешь?
– Как? – удивился он.
  
– Как ревнивый подросток, – с легкой иронией произнесла она.
– Не льсти себе, мне просто скучно, – парировал он, но в его голосе звучала нотка обиды.
– Иди, докапывайся до сладкой парочки, – прошипела она в ответ.
– Ой, завелась. Не остановить теперь, – его задор не исчезал. – Может, я переживаю за твою личную жизнь.
– Ты-то да! – возмутилась Доминика, собираясь вернуться обратно.
Но Де Ла Мар преградил путь Флинн, и она, стараясь преодолеть его барьер, пыталась уйти. Ричард, смеясь, схватил её за ладошки, пытаясь остановить и договорить. Ричарда забавляло, как Ника обижена, как будто она была котёнком, зажатым в угол.
– Пусти, мне больно! – протестовала она, подаваясь назад, не желая проявлять слабость.
Старший Де Ла Мар ослабил хватку, но не отпускал её полностью.
– Ник, прости. Я перегнул немного. Мне привычнее, когда ты собранная и злая, как всегда. Уткнулась в свой телефон – бесит.
– Можешь отпустить уже, – закатила она глаза, отвернув голову с выражением, выдающим незаинтересованность.
– Интересно, а если бы вчера тебе не стало плохо, то всё получилось бы? – вдруг спросил он, его взгляд был полон игривости.
Ник замерла, а Ричард продолжал трясти её за руки, смеясь над её молчанием, как будто это была игра.
– Ну, ответь, – настойчиво продолжал он. – Пожалуйста.
– Да я-то, откуда знаю, пьяная же была, доволен?
Их уединение внезапно прервала Алекса, которая вышла на улицу проверить сестру. Она не ожидала увидеть столь интимную сцену – сцепленные руки, легкое напряжение.
– Все в порядке? – обеспокоено спросила она.
– Как видишь, – с ухмылкой ответил Де Ла Мар. – Даже очень.
Увидев смятение Лисы, он прекрасно понимал, что на самом деле не безразличен ей. Но в этом моменте Ника, воспользовавшись неосведомлённостью сестры, вырвалась и злобным шагом, направилась в дом.
Пока девушки весело проводили время с Де Ла Мар, в больнице санитарка делала обход и проверяла самочувствие пациентов. Мягко заглянув в палату Оливера, она укрыла старика одеялом и выключила свет, словно стремилась оберечь от лишнего света и суеты. Но как только электричество погрузилось во мрак, в этот тихий уголок вмешалась тьма.
Чья-то мужская ладонь, тяжелая и решительная, будто замысел самой ночи, быстро свернула девушке шею. Безжалостно открыв окно, она была выброшена с десятого этажа, и её тело исчезло в ночной бездне. Резкий звук привлёк внимание Флинн, который внезапно проснулся, не понимая, что происходит. Он начал светить телефоном в темноте, пытаясь нащупать позывной пульт.
– Не суетись, ты не в той силе, чтобы противостоять мне, Оливер, – раздался громкий басистый голос, вызывающий мурашки по коже.
– Кто ты? – спросил Флинн, освещая пустоту, но никого не увидел.
– Не волнуйся, я все правильно делаю, – ответил незнакомец, его голос звучал как тяжёлое рокотание грозы.
К лицу главы семейства подставили какую-то палку, и, сколько бы он не упирался, сильные руки оказались непреодолимой преградой. В этот момент комната снова наполнилась светом, и, как будто в ответ на зов, Руа вбежал на звуки борьбы, но в покоях, кроме Оливера, уже никого не было.
Доктор, войдя, заметил пациента, чьё лицо теперь покрылось частыми морщинами, а волосы стали солидной сединой. Он словно состарился не на один десяток лет за считанные мгновения. Оливер молчал, голос его пропал, кисти тряслись, словно он встретился с самой смертью.
Тем временем у девушек раздался звонок стационарного телефона, и Доминика вздрогнула. Она знала, что это может быть только один звонок – из больницы. Мгновенно подбежав к трубке, она разговорилась, а затем отозвала в сторону Роберта.
– Если тебе не всё равно, присмотри за Алексой и останься ночевать у нас сегодня, – произнесла Ника с выразительной настойчивостью.
– Да, конечно. Тебя отвезти? – полным сочувствия тоном продолжил он.
Она отмахнулась, не желая принимать помощь, и, оставив двоих посторонних мужчин в доме, направилась в госпиталь. Ей не на кого было положиться, и, с сердцем, словно скребущая кошка, Ника доверилась семейству Де Ла Мар.
У больницы дежурила полиция. Суицид медсестры вызвал внимательное отношение правоохранительных органов. Доминика сохраняла спокойствие, даже глядя на немощного отца. Руа пытался выразить ей свою поддержку, но в этом Флинн не нуждалась.
– Откуда выбросилась твоя сотрудница? – хладнокровно спросила Ника, не сводя с него глаз.
– Из этой палаты, – ответил Руа, слегка помутившись.
– Ты не находишь это странным? – прервала она его. – Мне не нравится экспертиза смерти и особенно причина её. Как ты это объяснишь? Неужели девушка была настолько глупа? Здесь попахивает убийством, не иначе, – она ещё раз внимательно перечитала документ.
Одноклассник, погружённый в растерянность, чувствовал вину не только перед Никой, но и перед собой.
  
– Я обещаю, что непременно разберусь.
– Всё, хватит. Замолчи! – вынесла приговор Доминика, её голос звучал как гром среди ясного неба. – Достаточно. Ты и уследить не смог. О чем ещё можно говорить?