Старая Земля

Установилась тишина, нарушаемая только треском замкнувших кабелей и тихим звоном остывающего металла. Дредноут больше не шевелился.
Из рубки выскочили Сыны Хоруса последнего рубежа обороны. Они бросились в бой, готовые дорого продать свои жизни. Из пробоины в потолке спрыгнули еще три воина, меньшие, чем первый гигант, но столь же эффективно сражающиеся. Они быстро и хладнокровно уничтожили противников.
После завершения схватки все трое опустили оружие и встали у порога рубки, ожидая своего предводителя.
Один из них поднял руку в латной перчатке. Едва он сжал пальцы в кулак, как вспыхнул огненный факел, освещающий путь.
В круге света стоял гигант в отделанной зубцами броне, и оскаленные морды на его наголенниках в бликах пламени как будто гримасничали. На его плечах висела тяжелая чешуйчатая мантия, а закрытая броней рука сжимала рукоятку молота.
Нурос и уцелевшие Змии опустились на колени. Вулкан направился к порогу рубки, но затем отошел в сторону.
— Эта честь принадлежит вам, — раздался его глубокий голос.
Лумак так засмотрелся на него, что только сейчас опустил меч и убрал его за спину. Он схватил Hypoca за плечо и заставил легионера Саламандр встать.
— Вставай, Змий! — прошипел он. — Нам надо занять корабль по приказу Медузона.
Нурос неуверенно поднялся и сильно смутился, увидев, как Вулкан и его спутники склонили головы перед истинными завоевателями «Торжествующего Хоруса».
— Я недостоин, — прошептал Нурос, пока вместе с Лумаком вел остальных воинов к их победе.
По пути он с горделивой признательностью кивнул своему примарху.
— Они все мертвы, — с мрачным спокойствием констатировал Лумак.
Весь экипаж капитанской рубки был ликвидирован. Не пощадили даже сервиторов. Их поставили на колени в ряд перед смотровым экраном и убили ударами кинжала в спину. Кровавое пятно под ними было еще влажным.
— Какая фанатичная преданность, — заметил Нурос, поднявшись на командный помост.
Другие лоялисты с оружием на изготовку разошлись по рубке, но им уже никто не мог угрожать.
— А разве кто–то из вас не скажет о себе того же самого? — спросил Лумак, хотя от вида такого множества убитых у него стыла кровь.
— Это совсем другое, железный брат, — мягко возразил Нурос, заметив знак, начертанный рулевым собственной кровью за мгновение до смерти. Он напоминал око Хоруса. — Абсолютно другое.
Вулкан вошел в рубку последним, вслед за своими спутниками. Сняв украшенный головой дракона шлем, он мрачно осмотрел открывшуюся перед ним сцену.
— Наши бывшие братья по оружию пали так низко…
Он наклонился над женщиной в офицерской форме — флаг–адъютантом, судя по нашивкам. В момент смерти она перекатилась на спину и смотрела на перекрытия рубки, словно в невидимую бездну. Ее глаза еще хранили финальный всплеск безумия.
Вулкан осторожно опустил ей веки и медленно выпрямился.
— Этот корабль нужно разрушить до основания.
— Мой военачальник хотел захватить его, примарх, — почтительно возразил Лумак.
— Медузон может сделать все, что пожелает, — ответил Вулкан. Его сопровождающие, подойдя ближе, строго посмотрели на воина Железной Десятки. — Но это не значит, что он поступит правильно. Уничтожьте корабль — его дальнейшее существование не принесет ничего хорошего.
Лумак хотел сказать что–то еще, но в этот момент Вулкан стукнул рукоятью молота в пол. Гулкий звон предшествовал внезапному и резкому перемещению материи, и примарх вместе со своими спутниками исчез в вихре сверкающего света под грохот колдовского грома. На их месте остались кольцо дыма и несколько быстро угасающих искр психической энергии. Нурос прикоснулся пальцами к краю обгоревшего при телепортации круга и прикрыл глаза.
Лумак сразу понял, что его друг прощается со своим примархом.
— Он ушёл, — повесив голову, едва слышно произнес Саламандр.
— Он еще может вернуться, Нурос, — сказал Лумак и положил руку на плечо друга.
Нурос поднял голову и улыбнулся, хотя взгляд выдавал мучившую его боль отторжения.
— Я думаю, он не вернется, Лумак.
   
Глава 22
 
ВУЛКАН УХОДИТ
 
СОЮЗ РАСПАЛСЯ
 
Вулкан сошел с платформы, а за его доспехом еще тянулись щупальца призрачной варп–материи.
В темном металле, звенящем под шагами примарха и его Верных Драконов, виднелись высеченные охранные символы. На краю платформы, перед спуском в телепортационную яму «Железного сердца», его охватила легкая дрожь смутной тревоги, и Вулкан сжал пальцами висящий на шее талисман.
— Отец! — окликнул его Зитос, тотчас подбежавший к примарху.
— Ничего–ничего, Барек, — ответил Вулкан. — Просто отзвук, не более того.
Но он все же ощущал нечто: присутствие и враждебное внимание какой–то нечисти.
— Ты чуешь? — спросил он, глядя вверх на сервиторов и технопровидцев, суетившихся в тускло освещенном зале.
Зитос покачал головой:
— Я чую запах озона и горячего металла…
При перемещении материи эти запахи были обычным делом.
Глаза Вулкана сузились, словно отыскивая что–то, поначалу ускользнувшее от него.
— Нет, не то, — сказал он. — Я ощущаю смрад… упадка. Разложения.
Зитос обменялся озадаченными взглядами с Гарго и Абидеми, догнавшими их у подножия ступеней.
— Нам пора покинуть это место, — хрипловатым голосом сказал им примарх.
— «Вулканис» ждет в пусковом отсеке, его наверняка подготовили к старту, — доложил Гарго.
Примарх кивнул и посмотрел на Абидеми:
— Аток, иди вперед и проследи, чтобы нас ничто не задержало.
Тот поспешил выполнить приказ.
Они покинули телепортариум, и злобная аура, замеченная Вулканом, стала слабеть, как и атональное гудение таинственных механизмов на платформе.
Барек Зитос, Верный Дракон и сержант Саламандр
Сервитор преграждал путь в пусковой отсек. Перед ним, спиной к приближающимся Зитосу, Гарго и Вулкану, стоял Абидеми.
На поясе у него висели пустые ножны, а в руке блестел меч с драконьими зубами.
— Отойди в сторону! — прорычал он, приближаясь к сервитору.
Абидеми поднял Драукорос, готовясь рассечь упрямое существо.
— Постой, брат! — крикнул Зитос, обгоняя своих спутников. — В чем дело?
— Он отказывается пропустить нас в пусковой отсек.
Зитос перевел взгляд на сервитора:
— Говори, почему нам нельзя пройти?
К тому времени, когда подошел Вулкан, сервитор уже встал на колени. Его челюсти разошлись, открыв диафрагму гололитического проектора, внедренного в рот.
— Думаю, сейчас мы получим ответ, Барек.
В теле сервитора щелкнул механизм, и активированный проектор зажужжал. В конусе серого зернистого света, пролившегося изо рта сервитора, появилось изображение.
— Вулкан…
Перед ними предстал Медузон, говорящий из капитанской рубки «Железного сердца». За его спиной простирался смотровой экран, и можно было догадаться, что сражение началось заново.
— Прошу извинить, что не мог попрощаться лично, — сказал он, — но Сыны Хоруса снова собирают свои силы, и мы должны нанести удар раньше, чем они подготовятся к бою. Путь открыт, и я даю разрешение на вылет. Наша встреча была для меня большой честью, владыка примарх.
— Дает разрешение? — прошептал Зитос так, чтобы его услышали только товарищи.
 
Гнев он сдержал за барьером стиснутых челюстей.
Вулкан не отреагировал на скрытую дерзость — напротив, поблагодарил собеседника:
— Это для меня великая честь, военачальник Медузон. Вы не раз спасали нас, и я искренне благодарен тебе за содействие.
— Возможно, мы снова встретимся на Терре, — ответил Медузон и закрыл связь.