Выстрел в лицо

— Понятно, — вздохнул Брунетти, с трудом удержавшись, чтобы не наорать на Васко, его сменщика и вообще всех людей на свете. — Спасибо, что позвонили, — поблагодарил он начальника охраны. — Надеюсь… — Брунетти не закончил фразу, так как сам понятия не имел, на что он надеется.
— Комиссар, возможно, они вернутся сюда сегодня вечером, — с плохо скрываемой гордостью в голосе доложил ему Васко.
  
— Почему вы так думаете?
— Это все Террасини. Когда стало ясно, что он продулся в пух и прах, то сказал крупье, что скоро вернется и заберет у него свои деньги назад. — Брунетти молчал, и Васко продолжил: — Вообще-то довольно странные слова, вне зависимости от суммы проигрыша. Крупье ведь ничьих денег себе не берет. Это же казино! Эх, глупость человеческая. Только дураки могут думать, что им позволят обыграть казино. — Презрение Васко к игрокам поистине не ведало границ. — Крупье потом сказал, что это обещание прозвучало как угроза. Это-то и странно — настоящему игроку такое даже в голову не придет. Крупье ведь просто следует правилам: ничего личного в этом нет, и, видит бог, ничьи выигрыши ему в карман не попадают. Ну, конечно, исключая очень умных крупье, — подумав, добавил Васко.
— Как думаете, что все это значит? — поинтересовался у него Брунетти. — Вы ведь хорошо в таких людях разбираетесь, в отличие от меня.
— Скорее всего, Террасини не так давно подсел на азартные игры, — ответил Васко. — Во всяком случае, на такие, в которых он постоянно проигрывает.
— А что, существуют какие-то другие азартные игры? — удивился Брунетти.
— Конечно. Если, например, он играет в карты с людьми, которые его боятся, он наверняка все время выигрывает — потому что соперники ему поддаются. Человек быстро к такому привыкает. К нам из стран третьего мира приезжает много таких игроков. Черт знает, что творится у них там дома, но, как правило, они ненавидят проигрывать. Мгновенно впадают в ярость. Наверное, оттого, что раньше всегда выигрывали. Несколько раз мы таких буянов даже просили уйти, — сообщил Васко.
— Но ведь в первый раз он спокойно перенес проигрыш, да? — уточнил Брунетти.
— Да, — протянул Васко. — Но тогда он был с мужчиной, а не с женщиной. В присутствии дам они почему-то еще больше стремятся выиграть.
— Значит, вы думаете, он вернется?
— Крупье в этом практически уверен, а он человек опытный, давно тут работает, — после минутного раздумья ответил Васко. — Он, кстати, у нас крепкий орешек, но Террасини заставил его понервничать. В конце концов, наши крупье по домам в три часа ночи расходятся, знаете ли.
— Тогда я сегодня подъеду, — решил Брунетти.
— Хорошо. Но раньше часу смысла приезжать нет. Я проверил все записи — Террасини еще ни разу не приходил к нам раньше часу ночи.
Брунетти поблагодарил начальника охраны, так ничего и не спросив про спутницу Террасини, и повесил трубку.
— Почему мы не можем поехать туда днем и все спокойно осмотреть? — спросил Вьянелло, после того как Брунетти рассказал ему про оба телефонных разговора, каждый из которых предполагал необходимость ехать куда-то ночью. — В конце концов, мы же полицейские, а там обнаружили труп. Значит, мы имеем полное право приехать туда и обыскать все вокруг. Ты что, забыл? Мы же так и не выяснили, где его убили.
— Лучше, если никто не будет знать, что мы ищем, — ответил Брунетти.
— А мы разве знаем? — возразил Вьянелло. — По-моему, мы тоже ничего не знаем.
— Содержимое нескольких грузовиков с токсичными отходами, спрятанное где-то рядом с местом убийства Гуарино, — терпеливо произнес Брунетти. — Во всяком случае, так сказал мне Вицотти.
— А я говорю, что мы не знаем, где был убит Гуарино, соответственно, не знаем и того, где стоит искать эти твои бочки, — парировал Вьянелло.
— Они не мои, — коротко сказал Брунетти, — а Гуарино не могли убить далеко — слишком опасно было перетаскивать тело. Кто-нибудь обязательно бы заметил.
— Но ведь убийц никто не видел? — уточнил Вьянелло.
— Лоренцо, не так-то просто пронести мертвеца на территорию нефтехимического комплекса.
— На мой взгляд, это гораздо проще, чем пронести туда несколько бочек с токсичными отходами, — заметил Вьянелло.
— Короче говоря, ты ехать со мной не хочешь, — заключил Брунетти.
— Разумеется, хочу, — даже не пытаясь скрыть раздражение в голосе, ответил Вьянелло. — Я и в казино с тобой поеду. Если, конечно, эта безумная авантюра кончится к часу, — не удержался от колкости Вьянелло.
— Кто поведет? — проигнорировав выпад, спросил Брунетти. — Я бы предпочел, чтобы это был человек, которому мы могли бы доверять.
— Только не я, — сразу же отказался Вьянелло. — Я за последние пять лет не больше пятидесяти километров наездил.
— Ну а кто тогда?
— Пучетти.
  
24
 
ФОСВ — Финансовое общество судостроительных верфей, — занятое строительством круизных лайнеров, загружало заводы работой в три смены, и в индустриальной зоне нефтехимического комплекса постоянно сновали люди в спецовках — одни шли на работу, другие возвращались домой.
Трое полицейских в обычном автомобиле без опознавательных знаков добрались в Маргеру к девяти тридцати вечера, и охранник даже не удосужился выйти из будки: взмахнув рукой, он велел им проезжать.
— Ты дорогу помнишь? — спросил у Брунетти Вьянелло. Тот сидел на переднем пассажирском сиденье, рядом с Пучетти. Инспектор осмотрелся, высунув голову сначала в левое, а потом в правое окно.
— Тогда все по-другому выглядело, — сообщил он.
Брунетти вспомнил, как недавно охранник объяснял ему дорогу, и повторил его слова Пучетти. Спустя несколько минут они добрались до красного здания; здесь Брунетти решил оставить машину и продолжить путь пешком. Вьянелло, ни капли не смущаясь, предложил спутникам подкрепиться — оказывается, его жена настояла, чтобы он взял с собой термос горячего чаю с лимоном. Брунетти с Пучетти отказались, даже после того как Вьянелло, похлопав себя по карману куртки, сказал, что готов плеснуть в чай чуток виски.
Стояла почти полная луна, и потому фонарик Вьянелло им не понадобился — вскоре полицейский убрал его в задний карман. Путь им освещало загадочное мерцание, источник которого они затруднялись определить: то ли отбрасывал отблески газовый факел, установленный на верхушке башни, то ли через лагуну проникало сияние Венеции — города, победившего тьму.
Обернувшись, Брунетти бросил взгляд на красное здание. Ночь сделала его совершенно черным и исказила все пропорции и расстояния — с равной вероятностью они могли и проходить мимо места, где нашли тело Гуарино, и быть от него в нескольких сотнях метров. Вскоре Брунетти заметил вдалеке громадины резервуаров, которые в темноте казались плоскими, как на чертеже.
— Если там появились новые двери, как мы их откроем? — тихо поинтересовался Пучетти.
Вместо ответа Вьянелло похлопал себя по карману пиджака. Брунетти понял, что тот имеет в виду: Вьянелло прихватил свой любимый «набор взломщика». Если бы выяснилось, что он, уважаемый полицейский, пользуется такими инструментами, разгорелся бы страшный скандал. Но еще больше Брунетти поражало мастерство, с каким Вьянелло управлялся со своими отмычками.
На куртках полицейских каплями оседал туман. Неожиданно они учуяли какой-то странный запах — не резкий запах железа или кислоты, а какое-то непонятное сочетание химикатов и газа, которое тонкой пленкой ложилось на кожу. Сразу зачесался нос и заслезились глаза. Такую гадость лучше не вдыхать — да и вообще лучше держаться от нее подальше.
  
Не отставая друг от друга, мужчины дошли до первого резервуара. Они медленно обошли его, пока не обнаружили дверь, которую кто-то неаккуратно вырезал в баке паяльной лампой. Полицейские остановились в нескольких метрах от входа. Вьянелло, светя себе фонариком, тщательно осмотрел землю перед дверью — жирную, скользкую, прихваченную морозом. Было очевидно, что тут давно никто не ходил — как минимум пару недель с последнего дождя.