Полуночная роза

Эрин полежала какое-то время в своей постели, пока наконец сон смежил ее глаза. Засыпая, она уносилась в мечтах к Райану. Представляла себя, как в колыбели, в его нежных объятиях; ей казалось, что голова ее покоится на его надежном плече.
Проснувшись утром и обнаружив, что Эрин вернулась к себе, Райан рассердился. Несомненно, ей не нравилось спать с ним в одной постели. Конечно же, любовные утехи были ей по душе — но не более того. После этого она поспешно удалялась к себе, чтобы отделаться от него.
  
Замужество устраивало Эрин и во многих других отношениях, размышлял Райан, одеваясь. У нее не было недостатка в деньгах, она получала дорогие подарки. А теперь вот собирается переселить сюда свою мать, чтобы та могла вместе с ней вести безбедную жизнь. В то же время для него все очевиднее становилось ее равнодушие к нему. Эрин не беспокоилась за него ни прежде, ни сейчас. И она никогда не станет другой. Глупо ожидать от нее лучшего отношения.
В это утро он мог бы позволить себе лишние полчаса праздности. Достаточно было позвать Эбнера и велеть, чтобы тот принес кофе в спальню. Но Райан все же спустился вниз. С мрачным видом прошел в сервировочную и налил себе чашку кофе.
Элиза никак не отреагировала на его появление. Если он хочет сам готовить завтрак, путь так и скажет, а не ждет, что она будет расспрашивать, что ему угодно. Пусть сам о себе заботится.
Райан вышел без единого слова и отправился на конюшню седлать лошадь. Один из мальчиков — помощник конюха — бросился помогать ему, но Райан в раздражении отмахнулся от него. Вскочив в седло, уже собрался уезжать, когда его окликнул один из управляющих, поинтересовавшийся, когда он вернется. Управляющий стал говорить об уборке кукурузы: оставлять ли стебли в поле, чтобы потом пустить под фураж, или начинать заготовку корма для скота прямо сейчас.
— Завтра обсудим, — отрывисто ответил Райан.
Натянув узду, он пришпорил лошадь и с места пустил кобылу в галоп. Райан так и не сказал, когда вернется, потому что действительно не имел об этом ни малейшего представления. Сейчас ему нужно было просто куда-то уехать и побыть одному. Побыть наедине со своими мыслями — с мыслями о неудачной женитьбе и прочих гримасах судьбы.
Было около полудня, когда к парадному крыльцу особняка в Джасмин-Хилле подкатила крытая коляска. Грум, ожидавший возвращения экипажа, тотчас подскочил к дверце, чтобы помочь дамам выбраться. Кучер же полез наверх — отвязывать огромные чемоданы, закрепленные на крыше экипажа.
Виктория Янгблад ступила на землю и осмотрелась. Все вокруг выглядело по-прежнему, то есть надлежащим образом. Ее распоряжения выполнялись неукоснительно: газоны и лужайки были идеально ухожены; чуть позже Виктория убедилась, что и сады приведены в порядок. Впрочем, сейчас, утомленная долгой дорогой, она не собиралась заниматься детальным осмотром хозяйства. Плавание на «Саванне» оказалось слишком утомительным. Гостиницы, где они останавливались на ночлег, были грязными, неуютными; к тому же там ужасно кормили.
Миссис Янгблад, истосковавшаяся по ванной с горячей водой, жаждала освежиться, а после этого насладиться восхитительным обедом, приготовленным Элизой. К такому пиру прекрасно подошла бутылочка отборного вина из серебристо-янтарного мускатного винограда, произраставшего в их угодьях. Виктория рассчитывала, что попозже Райан сядет в экипаж и съездит за Эрминой, которой, в силу ее молодости, не потребуется много времени для восстановления сил. Тогда они все вместе отпразднуют их возвращение. По пути Виктория попросила кучера высадить Эрмину в Ричмонде, у дома ее родителей; сама же поехала дальше, мечтая поскорее добраться до Джасмин-Хилла.
Осмотревшись, Виктория стала рассчитываться с кучером, а к ней уже бежала Элиза, увидевшая ее в окно.
— Ой, миссис Виктория! — в радостном возбуждении закричала служанка, сбегая по ступенькам. — Я так счастлива, что вы приехали. Как прошло путешествие?
Виктория приветствовала ее сдержанным кивком. Даже если бы она и обрадовалась Элизе, то никогда не позволила бы себе проявить какие-либо эмоции.
— Это было слишком утомительно, — поднимаясь на крыльцо, проговорила она с драматическими интонациями в голосе. — Скажи Эбнеру, чтоб внес чемоданы и сразу же шел готовить мне ванну. Я иду к себе. Пусть принесет чаю. — Виктория обернулась и добавила: — И, наверное, кекс с пряностями, если только он сегодня испечен.
Элиза с торжествующей улыбкой следила, как ее госпожа проследовала в свои апартаменты. Сейчас мастер Райан и его новоиспеченная супруга узнают, кто правит бал в Джасмин-Хилле.
Эбнер, также услышавший стук колес, поспешил посмотреть, что за экипаж подъехал к особняку. Выбежав из-за угла, он увидел мисс Викторию — та уже входила в дом — и с тревогой взглянул на Элизу.
— Ты еще не сказала ей?.. — зашептал он. — Не сказала, что мастер Райан привез жену?
Элиза, подбоченившись, вскинула подбородок. Прищурившись, взглянула на Эбнера.
— Почему я должна ей рассказывать? Ведь она меня ни о чем не спрашивала…
Эбнер закатил глаза и прошептал:
— Боже, помоги нам всем…
Элиза, злобно ухмыляясь, последовала за миссис Янгблад. Она не собиралась отказывать себе в удовольствии — ведь ее ожидало такое зрелище!..
  
Глава 20
 
Виктория открыла дверь в гостиную — и замерла, словно окаменела. Что это? Наверное, не туда свернула или поднялась не в то крыло? Открывшаяся ее глазам картина повергла ее в изумление. Она прекрасно знала, что во всем доме не было прежде ни одной комнаты, выдержанной в подобном стиле: сплошные светлые тона, бледно-розовый и нежно-голубой с кремовыми вкраплениями. Лично она всегда предпочитала неяркие, темные цвета. Тут же — все иначе… Даже гардины другие, отметила Виктория. Куда же подевался тяжелый бургундский бархат? Теперь вместо него под легким ветерком колыхался белый ситец.
Что происходит? Виктория вдруг почувствовала, что ей не хватает воздуха.
Она прошлась по комнате, внимательно осматривая все кругом, пытаясь понять причину перемен. Может быть, подобной сменой декораций Райан хотел преподнести ей сюрприз? Невероятно. Раньше он никогда не делал ничего подобного. Во-первых, сын прекрасно знал ее вкусы. Во-вторых, он не собирался переселяться в покои матери после женитьбы на Эрмине. Что же тогда побудило его устроить такое?..
Увидев, в каком замешательстве пребывает хозяйка, Элиза поспешила ретироваться — ей не хотелось отвечать на вопросы. Служанка уже заглядывала сюда чуть раньше и знала, что мисс Эрин еще спит в своей постели. Кроме того, она заметила, что мастер Райан уехал в сквернейшем настроении. Знала она и о натянутых отношениях между супругами. В последнее время молодожены явно не ладили. Но Элиза понятия не имела о том, как поступают белые люди в случае неудачного брака, поэтому и не знала, что собирается предпринять мастер Райан. Однако для нее было совершенно очевидно: он допустил ошибку, женившись не на той женщине, какая ему предназначалась. Как бы то ни было, теперь миссис Виктории предстоит изрядно поволноваться.
Из гостиной Виктория направилась в свою спальню, но сразу войти не решилась. Странное дело, интуиция подсказывала ей, что за дверью она увидит… нечто возмутительное. Она осторожно взялась за ручку двери. Дверь медленно отворилась.
После треволнений прошедшей ночи Эрин все еще спала глубоким сном. Плотно задернутые шторы не пропускали в спальню лучей послеполуденного солнца. Эрни спала на боку, уткнувшись лицом в подушку.
  
Виктория в полумраке не заметила, что вся ее мебель исчезла из комнаты. Она лишь разглядела женщину, лежащую, как она считала, на ее кровати.
Ее охватило возмущение. Жжение, зародившееся в кончиках пальцев, медленно растекалось по всему телу. Виктории казалось, что она вот-вот задохнется, словно вокруг ее горла обвилась злобная и коварная змея. Накопившаяся в ней ярость наконец вырвалась наружу — нашла выход в пронзительном вопле.