Вот это я попал (СИ)
Барная стойка занимала всю противоположную от входа стену. За ней суетились два паренька, что-то разливая по кружкам.
- Давай здесь сядем, – сказал Тириэль, подходя к столику у окна. Я уже был готов сесть хоть на пол – так устал, да и умопомрачительные запахи просто сводили с ума. Я только плюхнулся на стул, а к нам уже спешил розовощекий улыбающийся хозяин с полными запотевшими кружками. Поставив их перед нами, он низко поклонился и сказал:
- Доброго дня вам, ваше высочество. Давненько вы не заглядывали к старику Сиду. Сегодня особенно хороши перепелки с гранатовым соусом и…
- Вы, как всегда, любезны, дорогой мэтр Синдарен, и я полагаюсь на ваш выбор, тем более, что мы с утра ничего не ели.
Польщенный хозяин уже несся к кухне, а я с нескрываемым наслаждением потягивал вкусный холодный напиток, одновременно разглядывая других посетителей. За дальним от нас большим столом сидели пять могучих орков – Шварценеггер нервно курит в сторонке. Они были одеты в кожаные штаны и похожую жилетку. Рядом с каждым на лавке лежали у кого тесак, у кого топор, а у одного был большой кривой нож, чем-то смахивающий на ятаган, только лезвие пошире и ручка длиннее. За другим – люди. Очевидно купец со своей свитой. Он самодовольно похлопывал по внушительному мешочку, что-то назидательно говоря своим спутникам. Богато расшитый кафтан цвета вина был расстегнут так же, как и ворот тонкой изукрашенной рубахи. На ногах – штаны, напоминающие галифе, заправленные в черные сапоги. «И как ему не жарко?» - Подумал я, разглядывая торговца. Справа, за столиком у другого окна, щебетали две девушки эльфийки в длинных платьях из тонкого материала. У одной, в жемчужно-сером, перехваченном под грудью широкой лентой более темного цвета, чем платье, в тонких пальчиках была кисть великолепного спелого винограда. Но девушка забыла о ней, увлеченно рассказывая что-то своей подруге в нежно-розовом платье с глубоким декольте, которое было затянуто тончайшей золотистой ажурной сеткой. Издали казалось, что тело эльфийки сверкает в лучах полуденного солнца. За столиком в углу сидели четверо нагов и тихо о чем-то переговаривались. Мои наблюдения прервал хозяин, самолично принеся нам еду. Больше меня уже ничего не интересовало.
Но Тириэль опять погрустнел и я решил задать вопрос, мучивший меня всё это время:
- Послушай, ведь эльфы отличаются прекрасным здоровьем и долголетием, - робко начал я, - так что же произошло, как думаешь?
Задумчиво ковыряя вилкой в тарелке, брат слегка пожал плечами.
-Не знаю, что могло произойти. Не хочу обвинять кого-то без доказательств, но у меня есть подозрения.
Не дождавшись разъяснений, я спросил:
- Не поделишься?
- Пока нет. Если ты закончил, то поехали.
Тепло попрощавшись с хозяином, мы снова тронулись в путь. Мне жаль было покидать так быстро этот шумный и разноцветный город, но тревога за жизнь его величества Везилиара Д`оршвирт, а попросту – моего отца, все больше не давала покоя.
Солнце клонилось к закату, когда мы ехали по предгорью северной гряды. Взобравшись еще выше, нам пришлось спешиться и пройти остаток пути пешком, ведя Вихря и пегаса на поводу. На горы стремительно опускались сумерки, когда мы подошли к тоннелю, который зиял угольно черным провалом. Невольно мурашки поползли у меня по спине, и вот ну совсем не хотелось туда идти. Но признаваться Тириэлю, что я струхнул, не хотелось.
Как будто поняв мое состояние, он сказал:
- Не обращай внимание на темноту, - ободряюще улыбнулся мне принц, слегка подталкивая к пугающему провалу, - как только мы войдем, я активирую световое заклинание, тем более, что тоннель короткий.
Зажмурившись - в темноте меня всё равно не видно - я сделал шаг. Потом ещё и ещё, и тут услышал мелодичный распев незнакомого мне заклинания. Открыв глаза, я заметил, как тьма постепенно стала отступать. Было похоже на раннее утро, когда дневной свет постепенно, но неумолимо, прогоняет ночную тьму.
- Потом научишь меня этому заклинанию? – с завистью спросил я.
- Ага, щаззз! – Откликнулась эта зараза, - надо было на уроках учителей слушать, а не небесные кренделя считать.
Я уже открыл рот, чтобы в очередной раз съехидничать, но тут мы вышли на широкую площадку, окруженную низким парапетом, от которой начиналась витая лестница вниз. И я забыл, как дышать. Под нами раскинулось королевство темных эльфов – Алария. Просто немыслимых размеров пещера раскинулась на сотни километров. Как над ней держится свод – абсолютно не ясно. Но сейчас меня это мало интересовало. Противоположная стена пещеры терялась в легкой дымке. Все пространство под нами сверкало и переливалось огнями поселений. Вдалеке особенно яркой спиралью сверкал Андаар, переливаясь бело-голубыми огоньками – наша цель.
- Ты что замер? – подтолкнул меня сзади принц. А я только открывал и закрывал рот, не в силах высказать переполнявшие меня эмоции. – Никогда не видел… - и тут он оборвал себя на полуслове, - ах да, я и забыл, что ТЫ не видел ничего подобного раньше.
Наконец, обретя голос и поняв на какой высоте мы находимся и сколько же пилить вниз, я обреченно вздохнул. Почему-то вспомнился путь в Мордор по винтовой лестнице.
- Мда, я, конечно, не трус, но я не Фродо, – пробормотал я себе под нос, пытаясь на глаз определить расстояние до земли под нами.
Легкий хлопок заставил меня обернуться. В трех метрах от меня клубился дымкой портал, а рядом стоял братец и довольно скалился.
- Ну что, пойдешь пешком, или тебя подбросить? – невинными глазами глядя на меня, спросила эта ехидна.
- Вот подожди, попросишь ты у меня помощь, а я тоже буду строить из себя супермена, - разозлившись, бросил я братцу. Тириэль, в момент став серьезным, проговорил:
- Именно поэтому я и открыл портал, нам надо спешить. О пегасе и Вихре не беспокойся, о них позаботятся. Портал доставит нас прямо во дворец. «Надеюсь, не через камин», - мелькнула глупая мысль. И, крепко обхватив брата за талию, вместе с ним шагнул в мерцающий туман.
Еще шаг, и мы стоим у больших центральных ворот дворца, построенного из белого с серебристыми прожилками камня, оказавшихся распахнутыми. Нас встречали.
Успели мы вовремя. Отец (буду называть его отцом как-никак я нахожусь в теле его сына) был еще жив, но очень слаб. Мы поспешили в его покои, узнав, что же произошло. Когда я вошел в опочивальню и тихо подошел к кровати, на которой лежал отец, моё сердце сжалось от боли. Такое незнакомое и, в то же время, любимое лицо было бледнее шелковых простыней, на которых он лежал. Прекрасные волосы разметались по подушке, плотно сжатые губы побелели, а меж бровей легла складка. Отец был без сознания, но на лице застыла мука. Так невыносимо больно видеть этого красивого, молодого, сильного эльфа на грани жизни и смерти. Просто в голове не укладывается. Тириэль, как только мы подошли к кровати, с глухим стоном медленно опустился на колени, взял в руки безвольно лежащую изящную кисть отца и прижался к ней лбом. Я просканировал весь организм, увидел все повреждения и переломы и сразу попытался помочь, но безрезультатно. Действовать в полную силу мне запретили, чтобы не выдавать истинный потенциал. Уровень целительной силы мог почувствовать любой маг, и не хотелось раскрывать все козыри. С упорством, достойным осла, я сплетал и сплетал распадающиеся нити, толчок за толчком вливал жизненные силы, но они как будто уходили в никуда, не принося облегчения королю.