Одержимость Буйного (СИ)

На белоснежной скатерти остаются маленькие капельки крови.
Я не кричу, потому что немею от ужаса и не могу элементарно пошевелить языком.
Инстинкты истошно визжат, чтобы я бежала, а я не могу оторвать глаз от происходящего кровавого произвола. Мне не обидно от слов этого долговязого мужчины с проседью в русых сальных волосах. 
Я-то знаю правду, что никакая я не шлюха.
  
Умение не обращать внимания на чужие колкости давно стало моим защитным козырем на жизненным пути.
Но с такой психически нездоровой агрессией я не сталкивалась никогда. Ещё минуту назад Рустам сидел спокойный, с вальяжно расставленными ногами. 
Сейчас же передо мной стоит совершенно другой человек.
Неуправляемый, полностью оправдывающий свою кличку.
Он шипит что-то нечленораздельное и не обращает внимания на тихие стоны боли.
Я отчётливо слышу хруст, а когда несчастный непроизвольно поворачивает голову в мою сторону, вижу изогнутый сломанный нос. — Мразь, — Сизый сплёвывает кровь и Рустам с силой швыряет его на пол. 
Он приподнимается на локтях, а я стараюсь не смотреть на его лицо, которое теперь напоминает кровавое месиво.
Мужчина же истерично смеётся.
— Мразь ты, Буйный. Это твои псы цепные напали первыми на моего человека. Это ты договор нарушил. Войну развязать хочешь? — Хочу отрезать тебе язык, — спокойно констатирует Рустам и небрежно разминает кулаки. — Чтобы не пиздел лишнего и не провоцировал меня. Не с тех слов ты разговор начал. А насчёт твоего товарища, так это он крыса. Влез на мою территорию за моими бабками. Вот его и подобрали мои ребята. А ты, сука, поедешь себе рыть могилу рядом, понял? — Понял, Буйный, — Сизый с запоздалым сожалением примирительно поднимает руки. — Понял, что не прав. Мне не ту информацию донесли... — Хуевые у тебя информаторы, — мужчина постепенно успокаивается. Голос становится ровнее. — Извиняйся и проваливай. Иначе сам заверну тебя в асфальт. — Прости, Буйный, чёрт попутал... — начинает Сизый, но Рустам прерывает его недовольным кивком в мою сторону. Тот с готовностью переключается на меня. — Простите, барышня... Я отмираю. 
Резко так, словно по щелчку.
Руки трясутся, и я не в состоянии унять эту животную дрожь.
Не дослушиваю и с места срываюсь, будто за мной гонится привидение. Ну или псих с пистолетом.
Даже не знаю, что хуже.
Проскакиваю между мужчинами и скрываюсь за стеклянной дверью.
Пытаюсь сосчитать ступеньки, хотя и прыгаю сразу через несколько, чтобы окончательно не поехать кукухой. Сбиваюсь со счета почти сразу, едва ли не сношу с ног нашу хостес. 
Не извиняюсь и пулей вылетаю из ресторана.
Мне простительно, у меня плюс одна психологическая травма в копилке после увиденного.
Напрочь забываю про свой рюкзак в машине Буйного, хотя у меня там, как минимум, паспорт и телефон.
Плевать, надо срочно уносить ноги, пока я ещё в состоянии их контролировать. Резко меня перехватывает за талию чужая рука, останавливает, когда я пытаюсь перебежать через парковку. 
Впрочем, она тут же перемещается на плечо и там остаётся.
Я поднимаю голову и сталкиваюсь взглядом с охранником Рустама. Он успокаивающе улыбается. — Куда это вы, Ева Леонидовна? — спрашивает спокойно. — Отпустите! — вырываюсь так, что руку начинает скручивать судорогой. 
Не помня себя от страха, начинаю громко причитать.
— Отпустите! Ваш наниматель сумасшедший! Он чуть не убил человека. Вы слышите? Нужно обратиться в полицию! Чего вы улыбаетесь?..
  
11
 
— Вы драматизируете, — он снисходительно смотрит на меня, как на маленького глупого ребенка. Осторожно заходит издалека. — Рустам Давидович, как вы уже успели убедиться, человек непростой и со сложным характером. Не стоит его заводить, с этим неплохо справляются его товарищи. И потом, помилуйте, Ева Леонидовна, какая полиция? Он ведь его не убил.
— Но мог бы?.. — хрипло уточняю севшим голосом. — Вы просто не видели, что там происходило.
— Имею представление, — хмыкает мужчина и с трудом пытается сдержать улыбку.
С виду такой мрачный, но уголки губ предательски подрагивают.
— И смею заверить, это их привычная манера общения. Если этот неадекватный вас оскорбил, стоит ожидать сегодня вечером от него извинения в виде подарка.
— От вашего нанимателя? — ужасаюсь и мотаю головой.
— Не от моего начальника, — аккуратно поправляет мужчина и доверительно объясняет. — От его оппонента. Золото, цветы, шоколад? Может, косметика или что-то другое? Я мог бы составить список ваших предпочтений. Для Рустама Давидовича, разумеется.
— Вот ещё! Ничего мне не нужно.
Охранник пожимает плечами и отпускает меня.
Слежу за его внимательным взглядом и вижу во истину идиотскую картину.
Из ресторана выходят Буйный с Сизым, чуть ли не в обнимку.
Улыбаются, о чем-то говорят.
Как будто не Рустам пытался прикончить своего приятеля пять минут назад.
Понимаю, что бежать уже глупо и озадаченно жду своей участи.
Удивляюсь, откуда он вообще знает о моей Нике?
Да, моя подруга и правда живёт в глухой деревне, после того, как над ней оформила опеку бабушка.
Мы поссорились в нашу последнюю встречу, много чего наговорили друг другу на эмоциях и разошлись.
Я знаю её адрес, на всякий случай подсмотрела в личном деле. До сих пор хочу с ней помириться, но мне не хватает смелости хотя бы поговорить с ней.
Надеюсь, что когда-нибудь обрету решимость вернуть близкого человека.
— Семён, ты поймал моего котёнка? — Рустам подходит к нам.
Идиотский счастливый оскал на его лице меня нервирует.
Он радостно усмехается.
— Милая, я же говорил, тебе от меня никуда не деться.
— Отдаю лично в руки, — Семён протягивает ладонь, как бы приглашая подойти к Рустаму. — Прошу, Ева Леонидовна.
Я закатываю глаза.
Прячу дрожащие руки за спиной и делаю один маленький нерешительный шажок.
Заберу рюкзак и как сбегу от них!
Не зря в школе у меня была твёрдая пятёрка по физкультуре.
Но пока моим планам не суждено сбыться.
Потому что Рустам резко подхватывает меня на руки и закидывает на плечо.
Нахал!..
Я истошно верещу и тут же затыкаюсь, когда его ладонь жёстко, со звонким пошлым шлепком, обжигает ягодицу.
Цепляюсь за мужской пиджак, наблюдая, как его охранник уже не сдерживает широкую улыбку и садится в другую машину.
Меня почти бережно сажают на сидение.
Я теряю остатки самообладания и здравого рассудка.
А что мне делать? Терпеть и ждать неизвестности? Пока всё идёт вполне сносно, но что будет через пять минут? Меня убьют, продадут, выкинут?
От подобных мыслей липкий холодок бежит по спине. Морщусь, но понимаю, что в любом случае моего мнения никто не спросит.
Собираюсь с духом, хватаю рюкзак и выпрыгиваю через соседнюю дверь.
Ветер бьёт в спину и доносит до меня громкий зычный крик.
— Блять, котёнок!
Не реагируй, Ева, просто беги.
Мысленно уговариваю себя терпеть и быть мужественной.
Насколько раз оборачиваюсь, хочу убедиться, что за мной нет прогони.
Замечаю, что Рустам стоит возле машины и хмуро смотрит мне вслед. Не бежит, вот это да!
Моя маленькая победа.
Сейчас ещё сяду в ближайший автобус и уеду куда-нибудь в безопасное место.
До остановки, на удивление, добираюсь без происшествий.
Машу руками, и водитель добродушно пускает меня в салон.
Оплачиваю проезд и падаю на ближайшее сидение.
Холодное стекло приятно остужает кожу. В сердце заползает ядовитая тревога.
Правильно ли я поступила? Он же сказал не злить его, и тогда я не нарвусь на грубость.
Но с другой стороны, Рустам опасен, эта его новая грань, которую мне показали, по-настоящему сумасшедшая.
  
Надеюсь затеряться где-нибудь на окраине. Там много старых домов, бараков и гаражей.
Неплохая возможность затаиться. На всякий случай надеваю капюшон и начинаю мониторить объявления об аренде комнат.