Проклятый Портной: Том 1 (СИ)

— Тебе ничего не сделали? — я поднялся с кресла и подобрал небольшую шкатулку.
— Нет. Спокойно пропустили, — замотала головой Дарья. — Но взгляды у них были, б-р-р… Я в нашем районе таких давно не видела.
— Что ж, мне даже интересно стало, — я протянул шкатулку сестре. — Здесь пять ободков. Я на каждый бирку повесил. Работают так же, как ваши, только искры на пару тонов бледнее.
  
— Зачем? — удивлённо посмотрела на меня Мышь, вновь позабыв о странных личностях за воротами.
— У Серовых должно быть всё самое лучшее. А твоим подругам просто повезло, — я щёлкнул Дарью, взявшую ящичек обеими руками, по носу, после чего, обойдя зашипевшую девушку, направился к гостям.
Четвёрка незнакомцев, все как на подбор в одинаковой одежде, состоящей из джинсов, футболок и цветастых курток, явно изнывала от нетерпения, пиная стену и бордюры. При этом молодые, в общем-то, парни едва слышно ругались о чём-то между собой, периодически вскидывая руки. Судя по всему, к нам в гости пожаловал кто-то излишне эмоциональный…
— Добрый день, господа. Чем обязан? — остановившись у калитки, окликнул я парней.
— Это ты Серов? — вместо приветствия от четвёрки отпочковался один индивидуум с подкрашенными в седину висками. По крайней мере, мне так показалось, что седина у него ненастоящая. Уж больно молодо он выглядел.
— Так Судьба решила, — кивнул я.
— Чего? — скривился Седой, затем угрожающе нахмурился.
Представитель непонятной делегации был примерно одного роста со мной. Однако учитывая, что я стоял на пару ступенек выше, да ещё и за калиткой, то его попытка устрашения провалилась автоматически.
— Серов — это я. Что же привело вас к порогу моей обители, путники?
— Ар-х-х, — непонятные звуки вырвались из речевого аппарата Седого, и он усилено начал вращать глазами, однако после десяти секунд мычания всё же смог разродиться вполне разборчивыми словами. — Ты чего несёшь? Нормально разговаривай!
— Ты пришёл ко мне и при этом позволяешь себе что-то требовать? Ну что за люди нынче пошли? Никакого уважения к старшим…
Прежде чем Седой успел среагировать, я просунул руку сквозь прутья калитки и, схватив парня за ворот футболки, дёрнул на себя.
Промежуток между прутами был небольшой, но его хватило, чтобы выпирающие части головы оказались на моей территории.
— Ай-ай-ай… — завопил Седой, ощущая, как его щёки обдираются о шершавый металл, а нос оказался в стальных тисках. После вытягивания нитей моими пальцами можно было заржавевшие гайки откручивать, не то что податливую человеческую плоть.
— И снова здравствуй… И снова, как дела… — фальшиво пропел я, свободной рукой ударяя по пальцам Седого, пытающегося оттолкнуть себя от калитки. — Не балуй, а то ещё больнее сделаю. Вас, голубчики, кстати, тоже касается. Стойте, где стоите, и не лезьте в разговор.
Товарищи собеседника в нерешительности замерли, явно не ожидая такого поворота событий.
— Руки убрал. Последний раз предупреждаю, — приказал я Седому, в очередной раз ударив по его уже успевшим покраснеть и опухнуть пальцам. — Дальше мои слова сменит хруст твоих костей.
— Но… мы… я… — начал гундосить парень, из глаз которого лился поток слёз. — Поговорить же…
— Так мы и разговариваем, разве нет? — я пожал плечами, после чего сжал пальцы, заставив собеседника взвыть. — Я задал вопрос, но не услышал ответа.
— Да… Да… Разговариваем… — Седой попытался кивнуть, отчего его щёки в очередной раз прошлись по металлу, оставляя на нём кровавые отметки.
— И какая у нас тема для разговора? — поинтересовался я.
— Ну… это… тут как бы… — неожиданно заюлил парень, и мне пришлось сжать его посиневший «рубильник» ещё сильнее. — Деньги… Деньги! Мы пришли требовать денег за безопасность!
— Ого… У нас в Империи у полиции новую униформу приняли? Передайте вашему кутюрье, что со вкусом у него плохо. Я бы даже сказал, что очень, очень плохо.
— Нет… Нет… Мы не из них, — зачастил Седой. — Мы это… как бы сказать… Следим, чтобы дома не горели… Тут всякое случается…
— А-а-а, вымогатели. Парень, ну что же ты сразу не сказал? — я добродушно рассмеялся и слегка ослабил хватку.
— Так вы сразу начали… А-а-а!
— Ты меня сейчас в чём-то обвинил? — с изумлением спросил я. — Или мне послышалось?
— Послышалось! Послышалось! — заорал парень, чьи щёки продвинулись ещё на пару миллиметров вглубь.
— Старею, похоже, слух уже подводит, — вздохнув, покачал я головой. — Что же, тогда продолжим. Я так понимаю, твой руководитель решил обложить род Серовых налогом. Как же зовут этого храброго сердцем человека и в какую сумму он оценил спокойствие нашего рода?
В глазах Седого я на мгновение увидел пугающую пустоту. Однако потом всё же послышался скрежет шестерёнок, и, спустя несколько секунд, мозг, смазанный болью и унижением, начал работать.
— Воробей… Нас Воробей прислал! Такса — десять кусков в месяц! — товарищи за спиной Седого неодобрительно зашумели, однако я их проигнорировал.
Впрочем, как и сам Седой. Парню выпирающие части тела явно были дороже бандитских псевдопонятий о братстве и взаимовыручке.
— Везёт же мне последнее время на пернатых. Так и запутаться недолго… — покачал я головой. — В миру Воробушка как именуют, друг ты мой седовласый?
— А? А-а-а! А-а-а! Воробьёв Юрий! Юрий Александрович! А-а-а… — парень заскулил, напоминая побитую собаку со слезящимися глазами.
— А, тот самый Воробей, — я сделал удивлённое лицо, будто уже слышал фамилию этой, несомненно, гордой птицы. — Что же ты сразу не сказал?
— Но… — Седой было открыл рот, однако, видимо, уроки, приправленные болью, он усваивал хорошо, поэтому продолжать не стал.
— Ну раз вас прислал сам Юрий Алексеевич…
— Александрович, — прогундосив, поправил меня Седой и тут же в страхе сжался.
— Да, да, Александрович. Именно он, — кивнул я. — Так вот, раз сам Воробьёв защиту предлагает, то, конечно, я заплачу. Так что побудьте пока здесь, я за деньгами схожу.
— Чё? — непроизвольно вырвалось у Седого, а его подручные удивлённо переглянулись.
— Правильно говорить не «чё», а «что». До чего необразованная молодёжь пошла… — с грустью в голосе произнёс я. — Ждите.
Я отпустил нос Седого и почти повернулся в сторону дома. Однако прежде чем уйти, ударил по рукам парня, попытавшегося высвободиться из плена прутьев.
— Я сказал ждать, — недовольно произнёс я. — Увижу, что высвободился, засуну ещё глубже и прутья сожму. Будешь до вечера так стоять. Понял?
В ответ Седой заугукал, при этом умудряясь ещё и поскуливать.
Удовлетворившись этими звуками, я направился в дом, где меня в прихожей уже поджидала Дарья.
— Максим, они тебе ничего не сделали? Чего они хотят?
— Как и большинство в этом мире — денег, — я разулся и направился к мастерской, где лежал кошелёк.
— Они тебе угрожали? — Мышь обогнала меня и, остановившись у двери ещё раз, окинула меня взглядом, убеждаясь, что я целый. — Давай вызовем полицию! Они их заберут…
— Потом отпустят, и к нам в гости снова кто-нибудь придёт, — покачал я головой, вынимая из бумажника свежие купюры. Только вчера в банкомате снял. — Так что придётся разбираться по старинке…
— Какой такой «старинке»? — с подозрением поинтересовалась Мышь, глядя, как я медленно пересчитываю деньги. — Ты действительно решил им вот просто так отдать деньги, которые зарабатывал бессонными ночами?
— Боги рекомендовали делиться, сестрёнка, — улыбнулся я. — Конечно, они ещё рекомендовали плодиться и размножаться, но та четвёрка определённо не в моём вкусе.
— Максим, я серьёзно! — Мышь нахмурилась, и я всерьёз задумался, что ещё пара месяцев, и у девушки появятся первые мимические морщины.
  
Надобно какое-нибудь заклятие для тонуса кожи придумать, ибо хмуриться Дарье вскоре придётся ещё чаще.
— Я с этим разберусь, Дарья, поверь. А ты, вместо того чтобы грузиться по пустякам, лучше иди домашнее задание сделай.
— Я его ещё в школе выполнила, а завтра — выходной, — буркнула девушка.