Без правил. Любовь с последствиями

Но, разве был выбор? Нужно столкнуться с правдой лицом к лицу и дальше уже как-то решать проблемы.
Машка пулей сгоняла в аптеку и вот мы уже обе «отстрелялись». Я сидела на крышке унитаза, а Маша на краю ванны, болтая ногами. Она казалась расслабленной, в то время как я… буквально захлебывалась от страха.
И непроизвольно метнула взгляд на раковину, где лежали два белых пластиковых орудия правды, как заряженные пистолеты.
  
Мы ждали тех проклятых условных две минуты и молчали. Молчание между нами не было неловким, но оно чувствовалось остро, как буря как перед грозой.
И в этой тишине я отчетливо слышала собственное сердцебиение. Глухо, но оно болью отдавалось и в ушах, и в горле, и в груди. Эти минуты… как для преступника перед оглашением приговора!
– Боже, я же сейчас сойду с ума.
Машка хмыкнула.
– Не ты первая, не ты последняя. И вообще, чего ты боишься?
– Всего, – я скривилась.
Она вздохнула и легонько толкнула меня ступней в коленку.
– Ничего, выкрутимся. Но давай сначала дождемся хоть какого-то результата.
Проявился ли он уже? Я взглянула на тест и не решилась потянуться за ним. Вместо этого, нервно отвернулась, но уточнила:
– Сколько осталось?
– Сорок пять секунд.
– Прекрасно… Может, ну его? Выбросим их в окно и пошло оно все к черту?
– Поздно, – усмехнулась Машка.
Я замерла. Почувствовала, как в животе сжалось что-то маленькое и плотное. Словно узел из страха, вины и остатков иллюзий. Тишина была почти спасительной, но…
Пилиньк.
Мы вдвоем вскочили, как по команде и каждая выхватила свой тест. Дрожащей рукой повернула экраном к себе и…
Одна полоска!
Я не беременна, черт подери! Это все просто мои глупые страхи и дибильные фантазии. У меня тут же перехватило дыхание и, наконец, смогла спокойно вдохнуть полной грудью.
– Ох, слава яйцам, – прошептала я и, не сдержавшись, рассмеялась.
Нервно и странно, с почти истеричным облегчением. Но резко заткнулась, потому что сестра все пялилась на свой тест и как-то подозрительно молчала.
Да она вытаращилась на него, будто пластик – лотерейный билет и только что сестрица выиграла миллион.
– Маш?
Она не отвечала, поэтому я подошла ближе и… вот засада!
У нее две полоски!
Близняшка все еще тупила, ну а я…
– Нет, ну это точно прикол!
 
Глава 9
 
Мы теперь обе ржали на грани нервного срыва. Я, потому что резко отпустило, ну а Маша, вероятно, от неожиданности.
А ведь у нее ситуация всего на каплю лучше моей. Там между ней с Максом стоит одна кобыла и прикидывается беременной. Даже, сучка, отказывается делать тест ДНК! Да разве это не жирный намек, что тупо хочет повесить ребенка хоть на кого-то?
Не хочу влезать в чужие дела, да и все мои советы Машка уже благополучно слила в унитаз, поэтому мысленно машу рукой.
Во мне уже снова кипит и бушует прежняя энергия, поэтому выходим вместе с сестрой на улицу и со старта встречаем Егора. Нашего верного друга детства и сына друзей родителей.
Вспоминаю, как Маша говорила недавно, будто Егор ей пару недель назад признался в любви и кривлюсь. Даже хочу помочь сестре, здороваюсь с ним первая, но не успеваю перетянуть на себя внимание из-за долбанного звонка.
Отхожу, но держу их в поле зрения. И, когда замечаю на экране имя главного куратора арт-проекта, замираю.
Черт!
Я и забыла, что утром устроила хаос, сорвала съемки и еще не ясно, что дальше решит Никита. Вернется ли?
– Даша, – сдержанно отвечает мне Наталья Игоревна, я же нервно кусаю губу. – Так дело не пойдет. Я не хочу слышать никаких оправданий, лишь напомню, что в случае провала проекта, рекомендации я тебе не дам.
Образовывается неловкая пауза. Спешно перебираю шестеренки в голове и придумываю варианты, но куратор не дает мне вставить слово:
– И да, верни Соболева, пока наши юристы не подали на него в суд за невыполнение условий контракта. Ну или, пусть оплатит неустойку, указанную в его контракте.
– Наталь… – я не успела ничего ответить, потому что она бросила трубку.
Да ну блин! 
К счастью, Машке я уже не нужна была, к ней приехал Максим и, судя по страстному поцелую, ситуация между ними устаканилась.
Но теперь я стала задаваться вопросом: а что делать мне?! Если прийти вот так к Нику и сказать, я что не беременна… как это будет выглядеть со стороны? И как его, черт подери, уговорить вернуться? Напомнить про неустойку?
Я тынялась его районом, как приведение, уже трижды подходила к общаге, но так и не нашла в себе смелости подняться на этаж. Не было во мне прежней уверенности. Как и в голове ни единой умной мысли.
Я знала только одно – его нужно вернуть. Хотя бы в рамках работы. Нам осталось всего два дня, это ведь ерунда, правда? Можно ведь потерпеть немного?
Это лучше, чем платить огроменный штраф. Да, так и скажу: «Если не хочешь встрять в финансовую проблему, вернись в проект. Всего на два дня!».
И я пообещаю, что больше не буду его трогать. И слова не скажу.
С четким убеждением собственной правоты я поднялась на пятый этаж, но меня поджидал вселенский облом. Ника не было. Я стучала беспрерывно более пяти минут, а мне так никто и не открыл. Даже прислушивалась, нет ли каких-то шорохов в его комнате. Вроде, все тихо…
Соседняя с ним дверь медленно распахнулась и, когда я обернулась, увидела растрепанного соседа Никиты в спортивных штанах и мятой футболке.
– Кхм… – мужик почесал щетинистую щеку и скривился, а я попыталась держать себя в руках, чтобы не прыснуть от смеха.
Как и старалась не пялиться на подбитую рожу соседа. Тоже боксер? Но тогда, херовый боксер, надо заметить! Кто-то очень хорошо постарался расквасить его лицо.
– Никиты нет, – буркнул с явным недовольством и пульнул на меня такой взгляд…
Обвиняющий. Испепеляющий. Будто это я побила бедного мужика и теперь у него травма на всю жизнь.
– И давно ушел?
Ответил с неохотой:
– Давно, – и сразу скрылся у себя в комнате.
Я же закатила глаза. Ну, здорово.
– И где мне тебя искать, Никита? – спросила у его двери и с досадой пнула ее ногой.
Увы, дверь не могла мне ответить. Ну, не сидеть же мне под ней и ждать…
Так и ушла ни с чем.
***
Утром, идя на съемку, я не ждала Ника. Просто пришла на площадку пораньше, сделала себе самый горький кофе из автомата, села в угол и уткнулась в планшет с раскадровкой.
Но когда в студии скрипнула входная дверь и я услышала знакомый голос, то резко подняла голову. Даже сперва не поверила собственным ушам, но сердце уже замерло в томительном ожидании.
Ник, реально, пришел! Слегка взъерошенный, но опрятный для съемки.
Он стоял в проходе и растерянно оглядывался, будто не понимал, что здесь снова забыл.
И вот мы смотрим друг на друга. Его взгляд скользнул по мне слишком быстро и Ник тут же отвернулся.
Не подошел, не кивнул, даже не моргнул, а просто уселся у гримерного стола и сделал вид, что листает телефон.
Но, черт возьми! Я же вижу, как он резко сжимает пальцы на сматрфоне. Как нервно трясет ногой, ударяя пяткой по полу. И как поджимает губы.
Теоретически, я могла и сама подойти, первой заговорить, но так и не сдвинулась с места.
Липкий страх буквально прилип к коже, отчего я поежилась. А вдруг, едва я открою рот, то Ник тут же уйдет? И тогда все, плакали мои старания. Ни проекта, ни рекомендаций, ни возможности снова поработать в этой нише.
  
Я молчала, а Никита слишком часто бросал на меня взгляды. Косые. Короткие. Неуверенные. И в каждом из них ярко читалось: «Скажи хоть что-то! Дай мне повод зацепиться!».