Жатва. Том 1 (СИ)

Столь красочные подробности делопроизводства, кажется, слегка разубедили двух представителей низшего сословия в нашем самозванстве, и они нехотя пошли на попятную:
— Ладно, мы сообщим о вашем визите! Ожидайте!
— Кодекс экзекуторов? — пихнул я Волдо в бок.
— Только что придумал.
— Молодец. Горжусь тобой.
— Чего не сделаешь ради короля.
— Правь нами сегодня…
— …и во веки, храним Амирантой.
  
— Аминь.
  
Глава 41
 
Ждать пришлось долго. Судя по всему, пламенная речь «виконта» не заставила стражей крепости ссать кипятком, как мы надеялись, а лишь заронила крохотное зерно сомнения, которое теперь, как я думал, предстояло нежно и заботливо прорастить, дабы оно пустило корни достаточно сильные, чтобы распахнуть перед нами ворота. Каково же было моё удивление, когда, спустя несколько томительных минут, они всё-таки распахнулись без каких бы то ни было дополнительных увещеваний, и предвещая сие долгожданное событие душераздирающим лязгом цепей да грохотом опустившегося моста.
— Иногда веское слово делает больше, чем целая армия, — выразил я Волдо свою искреннюю благодарность и чистосердечное признание его актёрского таланта. — Потяни время ещё немного, пока я не буду готов.
— Вы уж побыстрее.
Подковы наших лошадей застучали по доскам моста, неся нас прямиком в чёрный зев ворот крепости Хайм. И чем ближе к этому каменному мешку мы становились, тем сильнее свербела у меня в голове мысль: «Что-то здесь не так. Что-то…». Клянусь, миновав мост, я готов был развернуть лошадь и вонзить шпоры ей в мясо, но понял, что уже слишком поздно. Цепи подъёмного механизма снова завели свою песнь, выворачивающую душу наизнанку. Волдо ехал впереди, и я не мог видеть его лица, но заметил, как он передёрнул плечами, будто сама смерть взяла его за яйца своими холодными пальцами.
За воротами не было ни двора в привычном смысле, ни донжона. Вся крепость являла собою одно громадное здание. Стены толщиною метров в двадцать уже недвусмысленно намекали, что внутри них что-то есть. Когда же мы вышли в центр окружённого ими квадрата и на балконах этих стен появилась с дюжину арбалетчиков, сомнения полностью развеялись.
— Как это понимать?! — весьма натурально возмутился Волдо. — Я посланник короля! Немедленно опустите оружие!
— Да, — негромко ответил кто-то в тёмном углу. — Виконт Дитрих фон Браун, кажется. Аж из Захена.
В его тоне, вроде, и не было издевательских ноток, но прозвучало это всё равно саркастично, что заставило меня напрячься. Напрячься… Нап… Что за херня? Силуэты солдат по периметру отчего-то никак не желали становиться атласами кровеносных систем, как я привык. Нет, сколько бы я ни старался, они оставались лишь тёмными фигурами, грозящими вот-вот спустить тетиву своих адских машинок.
— Не получается? — поинтересовался таинственный собеседник.
— Что, простите? — ответил вопросом на вопрос Волдо, и голос его предательски дрогнул.
— Ничего страшного. Здесь ни у кого не получается. Это всё чары Хайм. Магия против магии. Иронично, не правда ли?
Дьявол…
— Не понимаю, о чём вы, — попытался Волдо взять себя в руки. — И с кем имею честь говорить?
— Капитан Жубер, — отвесил наш собеседник короткий поклон, выходя на свет, — командующий здешним гарнизоном.
Капитан был седовлас, статен и облачён в неполный латный доспех при одноручном мече на левом боку.
— Слышал, — продолжил он, — вы ко мне с важной депешей. Можно взглянуть? Нет-нет! — предостерегающе поднял капитан руку, как только Волдо высвободил сапог из стремени. — Оставайтесь в седле, пожалуйста.
— Но как же тогда я передам вам депешу? — простодушно поинтересовался тот.
— Хм. Просто, достаньте её, протяните мне, а я возьму.
— Никак нельзя.
— Отчего же, позвольте поинтересоваться.
— Депеша исключительно для ваших глаз.
— Хорошо, я прочту её за закрытыми дверями. Давайте.
— Приказ короля звучал ясно — «Никто не должен видеть депешу, кроме вас и командующего гарнизоном крепости Хайм». И поверьте, я скорее умру, чем отступлю от приказа его величества хоть на букву.
— Хотите сказать, что отдадите депешу, только оставшись со мной наедине? — приподнял капитан бровь?
— И никак иначе.
— Кто вас сопровождает? — кивнул Жубер в мою сторону.
— Сэр Коль, мой личный телохранитель.
— Виконт путешествует с единственным телохранителем?
— По пути мы угодили в разбойничью засаду и потеряли четырёх человек.
— Прискорбно.
— Они погибли с честью, выполняя свой долг.
Волдо говорил уверенно, а по лицу капитана стало заметно, как внутри его черепной коробки желание скомандовать «Пли!» борется с опасением навлечь беду на свои ветеранские седины.
— Необычный способ ношения меча, — указал Жубер на скрутку позади моего седла, из которой выглядывала рукоять фламберга. — В каких родах войск так заведено? Или меч — не то, на что вы полагаетесь в первую очередь?
— Вы правы, — не стал я лукавить. — Мне привычнее полагаться на стилет, — моя рука очень медленно опустилась за полу плаща и вернулась, держа вышеозначенный предмет, после чего на глазах изумлённой публики совершила с ним несколько несложных, но крайне эффектных фокусов.
— Занятно. И весьма необычно для телохранителя.
— Если вас это успокоит, могу продемонстрировать фокусы с мечом. К чему эти проверки, капитан?
— Да, — поддержал меня Волдо. — Это уже перешло всякие границы разумного! Мне нужно вручить вам депешу и как можно скорее вернуться с ответом. А вместо этого мы тратим время на глупые игры.
— Хорошо, — кивнул, наконец, Жубер после долгой паузы. — Разоружитесь и проследуйте за мной. Нет! — устремился его указательный палец в мою сторону, стоило мне приподнять жопу с седла. — Только виконт. Вы останетесь ждать здесь, сэр Коль.
Мне ничего не оставалось, как молча вернуть пятую точку на место и проводить Волдо сочувственным взглядом.
До чего же неприятно торчать на открытом месте под прицелом дюжины арбалетов. Я буквально слышал, как скрипят их натянутые тетивы, готовые в любой момент сорваться и послать смертоносные снаряды в моё беззащитное тело. Чертовски раздражающий звук, приковывающий к себе всё внимание. А ещё я чуял, как приближается раж, и вместе с тем прикидывал, сколько болтов словлю, упав с седла влево или вправо, и сколько примет на себя лошадь, сумею ли с таким багажом добежать до той двери, за которой скрылись Волдо с капитаном, пока стрелки будут перезаряжать, и на что буду годен после этого. Прогнозы выходили так себе. Не сказать, что полностью безнадёжные, но и особым оптимизмом не подпитывающие. По всему получалось, что болта три-четыре во мне застрянут. Если не в голове и не в сердце — уже большая удача. При себе у меня было пять душ — кинул горсть в карман, на всякий случай. Наконечники на болтах крестовидные, зазубренные, явно не для одоспешенных целей, засядут крепко, придётся вырывать с мясом. А для затягивания таких ран одних только душ мало, нужен белок. Вся снедь на лошади Волдо, да ещё и хер знает в какой из сумок. Остаётся… Сама лошадь. Рукоять меча справа, значит, и падаю туда же. По пути достаю меч, лошадь принимает болтов восемь — это смерть, но сразу точно не упадёт, успею рубануть по ноге, схватить её и рвануть к двери. Там хаваю душу-другую, вырываю болты, хаваю оставшиеся и шлифую кониной. Никогда не жрал сырую конину, да ещё и не освежёванную. Шкуру я хер прокушу, придётся выедать у среза. Значит, рубить надо выше колена, там, где мякоти побольше. Если и её разжевать не сумею, придётся искать чего помягче, а оно — сука — с арбалетами. Но это уж по обстоятельствам. Главное — добраться до двери.
  
Волдо всё не возвращался. Да и с чего бы? Бедный парень уже либо отдал Богу… либо корчится сейчас в предсмертных муках. Раж уже клокотал в горле, просясь наружу. Его сдерживание грозило затуханием. Надо было решать. Здесь и сейчас. И я решил.