Жатва. Том 1 (СИ)
— Нет! — остановил его старший товарищ.
— Но…
— Я запрещаю покидать пост.
— Уверен, они не уйдут далеко…
— Вернись на вышку, живо. Это приказ!
Бьёрн нехотя подчинился и, одарив нас троих испепеляющим взглядом, полез в своё безопасное гнёздышко.
— Видят духи, я пытался, — выдохнул бородач и отворил ворота.
Стук водружаемого засова не заставил себя ждать, как только мы сделали шаг вне очерченной стеной территории. И одновременно с этим самообладание будто бы покинуло Агнету:
— Теперь будьте на чеку, — произнесла она тихо и вкрадчиво.
— Оставьте сомнения, — включился в беседу источающий любвеобилие Волдо. — Поверьте, если бы вы знали, что знаю я, то ни на миг не переживали бы о своей безопасности. Да, я немного слукавил, говоря о собственных усилиях. Эти двое способны дать бой целой армии, не говоря уж о каком-то звере.
— Наш юный товарищ частично прав, — взял я слово. — Мы не торговцы, коими представились, и даже не наёмники, продающие свой меч. Мы колдуны.
Грудь Агнеты всколыхнулась, но ничем более эта храбрая дева не выдала своего волнения.
— Нам не понадобится оружие, — продолжил я. — Всё решит магия. У вас нет возражений?
— Ни малейших, — прошептала она, и я почуял тепло её дыхания.
— Чудесно. В таком случае, надеюсь, вы не станете возражать и против знакомства с нашими не представленными компаньонами.
— Компаньонами? — озарила она меня светом своих прекрасных очей.
— Отойдём чуть глубже.
Мы углубились в лес, я свистнул, и самые страшные кошмары обворожительной Агнеты стали явью.
Глава 46
Она не завизжала, не забилась в истерике, даже не ойкнула. Когда несущий Хельгу Красавчик вышел из леса, Агнета просто оцепенела. Она будто обратилась камнем, и только глаза продолжали двигаться вслед за мертвецом верхом на «демоне». Было видно, что к такому Агнету жизнь не готовила. Одно дело старый-добрый вервольф, но вот такая срань — это за пределами культурного кода.
— Снизу Красавчик, сверху Хельга, — представил я коллег и перевёл указующую длань в сторону Агнеты: — Агнета. Поможет нам в охоте на оборотня. Да, я вам ещё не говорил, но здешние леса страдают от проказничающего в них инвазивного вида, который нам следует истребить, дабы вернуть эту великолепную природу в состояние баланса. Красавчик, есть что сказать?
— Крупная сука, — вырвалось из зубастой пасти клокочущим баритоном.
— Да, хороша.
— Зверь.
— А… Ты видел вервольфа?
— Следы.
— Уверен, что сука?
Вместо ответа грязный кобель лишь втянул ноздрями воздух и похотливо осклабился.
— В какой стороне искать?
На сей раз ответ за Красавчика дала Хельга, махнув костлявой рукой к западу от деревни. И мы пошли.
Изрезанный оврагами лес утопал в утреннем тумане, сокращающем видимость до пары десятков метров. Но покуда нос Красавчика не улавливал сучьи феромоны, глаза в поиске вервольфа нам были без надобности.
— Какова ваша магия? — нарушила вдруг молчание Агнета, обратившись ко мне.
— Кровь, — ответил я. — Могу ею управлять. Замедлять или ускорять по желанию.
— Это хорошо. У вервольфа определённо есть кровь, — одобрила огнегривая богиня. — А ваши товарищи?
— Глют — пиромант. Обратит в пепел любого, на кого падёт его взгляд. Даже если я не справлюсь, этот доходяга завершит начатое.
— Рада слышать. А что до Волдо?
— У пацана нет магических способностей, но он башковитый, к тому же недурно фехтует. До этого не дойдёт, — заверил я Агнету, подметив участившийся пульс. — Мы убьём зверя, не сомневайтесь. Убивали и пострашнее.
— На меньшее я и не рассчитываю.
— Хочу кое-что уточнить. Не сочтите за дерзость, понимаю, вопрос болезненный, но… Что ваши отец с сестрой делали вдвоём посреди леса, осознавая, насколько это опасно? Тот тип на воротах сказал, что ваш отец был одним из лучших поединщиков — наталкивает на определённые мысли.
— Намекаете, что отец собирался сразить зверя и использовал мою сестру, как вы сейчас используете меня?
— Не слышу удивления в вашем чарующем голосе.
— Его нет. Ваша догадка полностью созвучна сплетням, наполнившим деревню сразу после гибели моих родных. Да, отец был честолюбивым человеком, не чуждым гордыни. Но так он никогда бы не поступил. Он любил нас больше жизни, обеих.
— Как скажете, — развёл я руками примирительно.
— А вы? — спросила Агнета чуть раздражённо. — Любите кого-нибудь?
— Странный вопрос, — усмехнулся я, не сумев скрыть удивления.
— Отчего же? Человеку свойственно выбирать себе объект превозношения.
— Объект?
— Вы назвали бы это иначе?
— Возможно, чуть менее холодно.
— Так он существует, этот объект?
— Вон тот засранец, полагаю, — указал я на идущего чуть впереди Волдо. — Есть в нём что-то мне близкое. Кстати, думаю, он крепко в вас втюрился.
Агнета в ответ на такое откровение лишь приподняла бровки.
— Да, — продолжил я, — это довольно заметно. И понятно. Я и сам бы голову потерял, будь моложе лет на тридцать.
— Так вы… — сузила Агнета бездонные голубые очи. — Свежий?
— Не уверен, что обо мне можно так сказать после трёхнедельного похода.
— Как давно вы в Оше?
— Около месяца. Может, чуть больше.
Она впервые посмотрела на меня с интересом:
— Никогда еще не пересекалась со свежими. Из какого мира вы прибыли?
— Если в двух словах — без магии. В остальном же он весьма схож с вашим — такое же царство алчности, подлости и общего морального разложения.
— Неожиданно слышать подобное от наёмника. Тем более от наёмника-колдуна.
— А я и не говорил, что мне подобное не по душе.
— Как вы погибли? — не стала милая Агнета тянуть кота за тестикулы.
— А вот тут следует история слишком долгая, чтобы начинать рассказ о ней в столь опасной и напряжённой обстановке. Но обещаю — сидя у камина с кружкой браги, по завершении нашего мероприятия, я поведаю вам о моих последних часах перед отправкой в Ош так подробно и красочно, как ни сподобится самый языкастый трубадур.
— Буду ждать с нетерпением.
— Может, в благодарность и вы мне поведаете свою историю.
— В моей истории нет ничего, о чём было бы интересно слушать.
— Отчего же? Мне вот интересно почему вы не замужем. Я полагал, что в таких уединённых и закрытых селениях девушки рано связывают свою судьбу с мужчиной. А уж варианта, что жениха не нашлось, я не могу допустить даже теоретически. Думаю, всё половозрелое мужское население этой сплочённой общины спит и видит себя в ваших объятиях, из-за чего частенько просыпается и идёт сменить исподнее.
Взгляд Агнеты сделался осуждающим, но быстро сменился на весёлый:
— Да, мне есть из кого выбрать. Оттого и выбор сложен.
— Отец оставил вам богатое наследство?
— Вы… — впервые за разговор удалось мне пошатнуть непоколебимое самообладание рыжей богини. — Эти вопросы становятся всё более…
— Возмутительными? Простите, не вижу смысла тратить время на эмоциональную подготовку собеседника. Вы ведь слишком хорошо воспитаны, чтобы послать меня нахер. К тому же вам это нравится. Вы устали от подхалимажа и наигранности, верно? А я — мало того, что свежий — совершенно непохож на всех, с кем вам доводилось общаться. Я груб, резок, но честен и интересен. Я глубок, меня можно долго познавать, не переставая удивляться. Я сложен, многогранен и нетривиален. Честно говоря, не будь я мной, отдался бы мне без раздумий. Помимо прочего, это ещё и уникальный сексуальный опыт.
Никогда ещё не видел настолько широко раскрытых глаз у человека, которого не шарашат током, а потому решил закрепить успех:
— Агнета, я советую вам всерьёз рассмотреть мою кандидатуру на пост вашего благоверного. У меня грандиозные планы, и мне наверняка понадобится наследник, а лучшего сочетания физических и умственных наследственных признаков, чем ваши, мне встречать не доводилось. Мы с вами родим полубога. Богом, если интересует, планирую стать я. Как вам перспектива, что скажите?