Фантом. Инженер системы 1 (СИ)

Я отошел от завала уже метров на сто. Почти вышел из коридора в круглый холл. Похоже, пора устроить привал. Перекусить. Еще раз проверить что там с раной. Может в состоянии аффекта после боя я неверно оценил её серьёзность? Нельзя недооценивать ранения.
Во время африканского конфликта я насмотрелся такого, что мало не покажется. Ребятам ампутировали ноги, из-за чёртовой глупости и попыток казаться героями. Чуть запусти рану, особенно в условиях жаркого климата, как легко заполучить гангрену, ампутацию и соответственно инвалидность. Нет уж! Здесь меня спасти никто кроме меня самого не сможет.
  
Хотя, в голове, против воли, возникли идеи о системных протезах, которые можно прокачивать и усиливать. Ноги, которые могут забросить тело на десяток метров вверх, руки, способные сминать сталь как пластилин. Заманчиво — прям настоящий Киберпанк.
Пришлось долго разоблачаться. Щит норовил упасть, арбалет выскользнуть из руки. Баллон с пропаном больно бил по бедру, прикрученный к редуктору жесткий кусок шланга, усиленный изолентой, то и дело норовил пробить повязку на боку и ткнуть меня в порез.
Скинув всё, я прислушался. Никаких шагов, никакого шелеста — всё тихо. Что ж, перекусить можно. Место не проходное, но и не крепость. Я точно знал, что в коридоре чисто. Через завал пролезть было невозможно. Перед тем, как уходить, я еще раз его облазил. Кроме твари в вентиляции никого. А она, как я выяснил нападает только на трупы и спящих. Пока. Кто знает, что будет после восстановления.
Итак — план.
Сейчас поесть, предварительно забаррикадировав коридор щитом, проверить что с раной, подлечиться и отправляться выяснять откуда ползёт слизь в воздуховодах. Найти источник и уничтожить. Оставлять такого врага у себя над головой — отвратительная идея. Дальше — выходить наружу и пробираться к скелетонику, предварительно заглянув в порт. Пока так. Вроде всё логично?
Я установил упоры для щита, с трудом зарядил арбалет, действуя преимущественно мышцами правой стороны тела. Левая ныла и отказывалась работать из-за раны. Чёрт! Слишком уж быстро мне становится хуже. Похоже, план нужно менять. Раскладываюсь и занимаюсь раной. Еду сдвигаем на второе место.
Я прислонился к стене, чтобы видеть в щель между бетоном и щитом, что происходит по ту сторону баррикады. Поджёг пропан, отрегулировав струю. Сейчас бы колбу или банку, мог бы сделать рассеиватель, света было бы больше. С другой стороны и меня издалека будет виднее. Нет уж. Пока так.
В неверных бликах газового пламени я снял повязку с раны. Черные от крови края опухли. Кожа покраснела, воспалившись. В глубине разреза начал скапливаться гной. Зараза! Что-то занес. Надо было обработать спиртом или искать перекись, но я поленился долго возиться. Решил, что хлоргексидин сойдет. Ошибся.
На всякий случай проверил мелкие раны на предплечье. Нет. Там всё было в порядке. Точнее, не так паршиво, как на боку. Просто царапины. Они и не болели. Я всё же обработал их ещё раз.
Из шопера достал аптечки, что удалось собрать в комплексе, найти в лифте и цехе. Открыл и принялся искать хоть что-то подходящее.
Никаких серьезных антибиотиков или антисептиков круче перекиси не нашел. Ладно, снаружи обработать хватит. Но если я подцепил что-то серьезное. Я подышал на запястье, проверяя нет ли жара. Выдыхаемый воздух холодил кожу. Все в порядке. Температура не поднялась. Опять же — пока.
Я промыл рану перекисью. Запекшаяся кровь вступила в реакцию, запузырилась. Я полил на рану еще, смывая пену. Выступили красные капли и тут же снова вспенились. Значит кровотечение не остановилось. Значит всё хуже, чем я думал.
Еще раз промыв, я снова наложил повязку. Остается только ждать. Или…
Я прекрасно помнил, как после употребления эссенций мучился дикими болями, но после того, как всё прошло, я перестал чувствовать и усталость. А ведь я тогда был дико обессилен после спуска.
Проблема в том, что я в уязвимом положении. Если я свалюсь в припадке, а на меня нападут — это конец. С другой стороны, если свалюсь от заражения — точно кранты.
В прошлый раз я сожрал всё разом, что, если степень мучений пропорциональна съеденным ништякам?
Стоит проверить. Вариантов у меня не так много.
Я пошарил в кармане, достал добытые эссенции: одна оранжевая, три красных и две фиолетовых.
Красная — выносливость. Я помнил, что у меня их три штуки.
Покрутив в пальцах одну, я сунул её в рот. Чистый сладкий вкус прокатился по языку.
Осталось суметь не отрубиться и следить, чтобы никто не решил проверить на вкус меня.
  
Глава 12
 
Мыши всему виной
 
Голова раскалывалась, словно мышцы шеи зажало и кровь перестала поступать в мозг. Дариан медленно сползал по стенке, пытаясь сообразить, что значит сообщение об уровне, классе, каком-то опыте и характеристиках. И как оно вообще, Шетаан побери, появилось перед глазами? Похоже, злые духи прокляли его и свели с ума.
Дариан помассировал шею, размял. Боль слегка отступила.
Он поднес ладонь к лицу и вытер противный липкий пот со лба. Какие еще злые духи? В детстве он верил старику каллу, но те времена давно миновали. Родители держали семью близко к корням, следовали пути оромо, но другая культура проникла на эфиопские земли с приходом чужаков. Он знал много историй сотворения мира, знал о благодати и проклятьях. Но сейчас… Сейчас, похоже, случилось что-то из другой эпохи.
Его младшие братья принадлежали иному миру. Миру, где всё смешалось, где технологии проникли в жизнь рода Океке едва ли не глубже, чем хотелось бы. Сестра матери связала свою жизнь с военным из другой страны. Их сын уехал учиться на родину отца. Всё смешалось. Наследники рода приняли новые правила, пользовались благами северной цивилизации.
Дариан ухмыльнулся. Сейчас бы не помешали знания братьев о компьютерных играх. Похоже, всё происходящее — большая игра. И Дариану предстоит выяснить кто её затеял. Кто в ответе за то, что злые духи из кошмаров детства бродят по станции и нападают на людей. Станет ли Дариан спрашивать с виновных? Этого он ещё не решил. Он, всё же, человек маленький. Даже не хранитель рода, не воин и не наследник. Серединка на половинку, как говорят русские коллеги.
Дариан старался запоминать какие-то выражения, поговорки манеру речи тех, с кем работал. Так, ему казалось, он перенимал культуру. Через речь. Оромо верили, что слова — кирпичики творения мира, а значит они играли важную роль.
Будь Дариан воином, он искал бы другой способ приобщиться к новому для себя миру, но всё сложилось так, как сложилось. Вакка не пожелал отсыпать смелости и отваги Дариану, когда создавал его в лоне матери. Стало быть, такова воля всевышнего.
Дариан моргнул, только сейчас заметив, что чуть правее от него на высоте меньше метра сверкает тонкий волосок, словно по волшебству повисший в воздухе.
Собравшись с силами, Дариан поднялся на ноги, взглянул на привлекшую его внимание диковинку.
Бледно голубое сияние придало чуть больше рельефности окружающему пространству. Едва Дариан сделал шаг в сторону, «волосок» раскрылся перед ним парящим в воздухе шестигранником. Словно кто-то вырезал в воздухе плоскую дыру в другой мир. В мир Вакка? Или злых духов?
Там, внутри этой «дыры» лежал килле. Или джиле, как называют его не помнящие своего прошлого оромо, подражая амхарскому диалекту.
Но для Дариана, нож внутри гексагона был именно килле. Серповидное изогнутое лезвие, чуть расширяющееся к центру. Странный серый металл казался порождением неба. Обмотанная шкурой гиены рукоять. Дариан был уверен, что это именно шкура гиены — символ бесстрашия. Рядом покоились ножны из темного дерева. Он не заслужил такого подарка, но сообщение в голове однозначно говорило о принадлежности килле ему — Дариану.
  
Он протянул руку внутрь дыры в пространстве. Коснулся короткого клиновидного крюка на обухе. По ладони прошли мягкие разряды тока, словно нож щекотал ладонь, дразнил, манил к себе.