Дочка и отец-одиночка (СИ)

- Там педаль газа справа, если что!
Ответа, конечно, нет. Пробка не двигается.
- Сейчас выйду и начну откусывать бампера, - бормочу себе под нос, представляя, как вгрызаюсь в пластиковый обвес соседней машины.
Пытаюсь отвлечься, включаю радио.
- «Солнышко смеётся, мамочка поет...» - раздается бодрый детский голос.
- Нет уж, спасибо, - тут же выключаю. Переключаю волну.
  
- «Я в зоне отсидел, но не сломался...» - хрипло звучит из динамиков.
- Сегодня явно не мой день, - вздыхаю и снова переключаю.
- «Облака, белогривые лошадки!»
- Да ладно! - в сердцах выключаю радио совсем. Лучше тишина, чем это.
Наконец, пробка начинает двигаться. Резко перестраиваюсь, подрезая черный Audi. Водитель сигналит мне вслед.
- Удачи на дорогах! - кричу в окно, хотя знаю, что он не слышит.
Приезжаю домой изрядно нервный. Столичные дороги это что-то с чем-то. Разве к такой трешанине возможно привыкнуть? Придется постараться.
Во дворе единственное свободное место между старым жигулем и бордюром. Заезжаю резко, слышу, как колеса скребут по бетону.
- Ну и ладно, - говорю себе, глушу двигатель.
Из подъезда выходит соседка, пожилая женщина в платке. Машет мне рукой:
- Молодой человек! У вас из окна что-то выпало!
Я замираю. В голове моментально всплывает картина: открытая форточка, клетка, Миха...
- Надеюсь, это был енот, - отвечаю без особого оптимизма.
Она качает головой:
- Нет, похоже на тряпку...
- Жаль, - искренне вздыхаю и иду к подъезду, готовясь к новому сюрпризу от своего пушистого сожителя.
Поднимаюсь пешком по лестнице, вхожу в квартиру Дэна и захлопываю дверь. Швыряю ключи на тумбу и тут же замираю, глядя на пол.
Весь в разноцветных следах. Словно кого-то расчленили прямо здесь. Глаз начинает дергаться.
- Миха.… - рычу я, но в ответ тишина.
Иду по следам. Они ведут на кухню. И там… О, да, все, как я люблю.
Холодильник распахнут. Все содержимое на полу. Йогурты, пакет с молоком разорван, конечно, остатки вчерашней пиццы. И сам холодильник… разморожен. Дверца приоткрыта, лед тает, вода стекает ручейками.
А посреди этого апокалипсиса - он. Енот.
Сидит на столе, в лапах банка с вареньем. Успел уже изваляться в нем, морда липкая, шерсть в комках. Увидел меня и замер. Глазки круглые: «Ой».
- Ты…. - голос у меня хриплый, как у маньяка из дешевого хоррора.
Миха резко соскакивает со стола, банка падает, разбивается. Варенье растекается по полу, смешиваясь с молоком и йогуртом. А это чудовище сбегает.
Твою мать!
- Миха, я тебя пришибу!
Он уже свалил, а я хватаюсь за голову.
День, млять, просто замечательный. Сначала Царапкина. Потом пробки. Теперь енот-диверсант. И где-то там, в детдоме моя дочь, которая, похоже, тоже далеко не ангел…
Я закрываю глаза, глубоко вдыхаю. Нет уж, я не сдамся. Раз уж ввязался пойду до конца.
Первым делом надо найти этого уродца. Тяжело вздыхаю и иду по следам, которые ведут в глубь квартиры. Петляют через гостиную, в спальню, и там под кроватью кто-то шевелится.
- Ага, попался...
Приседаю, резко поднимаю край покрывала.
Миха прижимается к стене, глаза-бусинки сверкают в полумраке. Вся морда в варенье, лапы будто в перчатках.
- Где ты его только нашел? - ворчу, хватаю его за шкирку.
Он пищит, вырывается, но я сильнее. Тащу в ванную и безжалостно засовываю под кран. Он орет, как резаный, брыкается, но я методично оттираю ему лапы и морду, а затем и всю серую шкуру.
- Вот идиот...
И тут до меня доходит. Перед отъездом Дэн говорил что-то про кладовку: «Там варенье осталось, не трогай».
Я закрываю глаза, стискиваю зубы.
- Ты... залез в кладовку...
Миха, уже почти чистый, виляет хвостом, как будто гордится собой.
- Все, дружок, - хлопаю дверцу клетки. - Сиди и думай о своем поведении.
Он недовольно урчит, но забивается в угол.
Я иду на кухню и смотрю на разгром. Холодильник. Пол. Стены.
И этот чертов енот, который теперь смотрит на меня, как будто я его обидел.
- Ладно... - вздыхаю, беру тряпку. - Что-нибудь придумаем.
Всю ночь я скреб пол, стены и даже потолок - черт знает, как Миха умудрился заляпать и его. К утру квартира стала снова похожа на жилое помещение. Надо было клининг вызвать и голову не забивать, но финансы поджимают. Ещё и опека, чтоб ее, грозилась прийти на проверку условий проживания. А у меня енот-диверсант!
Выпрут нас всей компанией, как пить дать…
На работу приезжаю с тремя часами сна за плечами, сварливый, как медведь с похмелья. В руке бумажный стакан с крепким кофе, в зубах сигарета - стандартный набор для выживания.
Едва переступаю порог отдела, как меня ловит Дэн и как-то странно усмехается
- О, а вот и наш новый опер! - хлопает меня по плечу так, что кофе едва не расплескался. - Доброе утро, что ли.
Я прищуриваюсь.
- Угу и тебе того же, - ворчу я и отпиваю из стакана живительный нектар.
- Судя по твоему фейсу, что-то случилось?
- Ничего нового, - пожимаю плечами. - Не выспался.
- Ладно, не кисни, - Дэн дергает меня за рукав. - Пойдем, познакомлю с ребятами.
Мне не хочется ни с кем знакомиться, но отмазаться не получается. Дэн тащит меня в общий кабинет, где человек пять оперативников кучкуются у доски с делами.
- Эй, пацаны, это Кирилл! - объявляет Дэн. - Наш новый опер, прошу любить и жаловать. Отойду ненадолго.
Один из оперов с цепким взглядом смотрит на меня и усмехается.
- Капитан Каримов, можно просто Шаман, - представляется он и протягивает ладонь. - Рад знакомству.
-Капитан Метелин, - пожимаю я. - Взаимно.
Он самый старший из присутствующих не только по званию, но и по возрасту. Остальные трое парней явно моложе.
- Молодняк, - закатывает глаза Шаман и жестом по шее показывает, как они его задолбали.
Понимающе хмыкаю и оборачиваюсь к ним.
- Иван Самарин.
- Матвей Лихачев.
- Ратмир Салимов.
По очереди представляются, но смотрят очень настороженно.
- Отставить знакомство, - в кабинет заглядывает Морозов. - Подозрительный тип в детском магазине. Надо проверить.
- Лихачев и Метелин, - Дэн протягивает нам листок с адресом. - Кир, тебе особенно актуально.
Вот так с места и в карьер. Отлично. Чуть сильнее сжимаю стакан и смотрю на того, кто представился Лихачевым.
- Давай на моей, - говорит он, а я лишь киваю. Один хрен города не знаю.
Пока едем, наблюдаю за своим напарником. Такой он типичный бандюган, с виду и не скажешь, что работает в органах.
- Не нравлюсь? - расплывается в кривой усмешке.
- Ты ж не баба, чтобы мне нравиться, - пожимаю плечами. - По ходу разберемся.
Приезжаем на место, поднимаемся в детский отдел. Там типичная картина. Продавщица в шоке, охранник держит за шкирку мужика лет сорока, потрепанного, с глазами, полными отчаяния. Под курткой неестественная выпуклость.
- В чем дело? - подхожу к ним и показываю ксиву.
- Да ворюга! - кричит охранник. - Куклу стащил!
Мужик мямлит, не глядя в глаза:
- Ребёнку... на день рождения... Денег нет...
Из-за угла выглядывает девочка лет пяти в потрепанном платьице, с огромными глазами. Увидев отца в таком положении, начинает реветь.
Напарник уже достает наручники, но я жестом прошу остановиться.
- Серьёзно? - наклоняюсь к "преступнику". - Куклу?
Он молчит, смотрит на дочку.
- Ладно.... - вздыхаю.
Достаю кошелек, кидаю деньги на кассу:
- Оформляйте.
Продавщица остолбенело берет купюры. Охранник разжимает пальцы. Мужик не верит своим глазам.
- Бери, - протягиваю ему куклу. - Но это... - наклоняюсь, шепчу: - Первый и последний раз. Думай, как заработать.
  
Он кивает, чуть не плача.
Девочка перестает реветь, когда отец вручает ей куклу. Смотрит на меня, как на волшебника, а я чувствую себя крайне неловко.