Камень сердолик (СИ)
- Ты забыл и это… - жалостливо вздохнула Зия. – Это жрецы Небесной Благодати передали всем своим весть об изгнаннике с младенцем и описали, как ты выглядишь. А жрецы рассказали всем. Жрецы умеют передавать сообщения другим жрецам… даже на очень большие расстояния, так что неудивительно, что тебя гнали все, у кого ты просил помощи… Но что тебя беспокоит сейчас? Среди нас нет жрецов Небесной Благодати…
- Да ни один Жрец не приблизится к таким, как мы, они слишком боятся осквернить свою святость, - горько рассмеялся Додо.
Клим принял к сведению информацию о неведомой ему системе оповещения. Неужели в этом мире есть радио? Или жрецы общаются как-то по-другому? Но неужели циркачи не понимают?
- Если всем известно, как я выгляжу, значит, меня могут узнать, - мрачно сказал он. – И у вас будут неприятности.
Циркачи переглянулись и расхохотались.
- Самые ужасные неприятности с нами уже произошли, - довольно тонким голосом пропищал лилипут Зик. – Но благодарим за заботу, тебе не о чем беспокоиться. После того, как с тобой поработает Нулле, тебя даже родные не узнают.
Родные… - неожиданно обожгло Клима. А у него есть родные?
*каштина – тридцать дней, месяц.
**тул – колчан.
***омшан – местное плодовое дерево. Плоды размером с яблоко, очень приятного, медово-сахарного вкуса и яркого желто-фиолетового цвета, мякоть спелых омшанов мягкая с приятным ванильным запахом. Но без ухода дерево быстро дичает, даже спелые плоды остаются горькими и довольно твёрдыми.
========== Глава 7. Внутренний мир и внешний облик ==========
Внимание, пока не бечено!
Родные… - неожиданно обожгло Клима. А у него есть родные? Точнее, у этого… Камеля? Если есть – почему никто не пытался ему помочь? Или Камель был такой сволочью, что родня только обрадовалась, весело потёрла лапки и принялась с азартом делить имущество изгнанника? Или он вообще сирота? Непонятно… Ох, мало у него информации, совсем мало…
И тут Клим вспомнил о мешочке на шее. Прабабушка писала про какую-то книгу, на которую нужно было капнуть кровью. Может, там что отыщется? И какое отношение к этому миру имеет загадочный камень? И почему прабабушка так сильно отличалась от местных, как и он сам? Однако, его внешность ни у кого удивления не вызывает, даже у циркачей.
Стоп. Циркачи.
Клим наконец-то понял, что его царапнуло где-то внутри с самого первого момента. Глаза… Глаза у всех, кто встречался ему на пути, были одноцветными, без белка. А вот у циркачей… Несмотря на всю их необычную внешность, глаза у них были такими же, как у Клима. И цвет их варьировался от светло-жёлтого до цвета крепкой заварки. И что сие значит? Просто загадка на загадке. Нет, срочно нужно прочитать прабабкину книжицу – вдруг что-то полезное найдётся.
- Клим… Клим… Эй, что с тобой?
До Клима неожиданно дошло, что он вдруг задумался, чуть ли не посреди разговора, что выглядело, мягко говоря, странновато. Он встряхнул головой и выдавил:
- Простите, что-то со мной не то…
- Бывает, - неожиданно мягко сказал Орро, - это из тебя переживания выходят. Вряд ли тебя каждый день вешали.
- Я тоже думаю, что вряд ли, – покладисто согласился Клим.
Циркачи рассмеялись, и Нур-Тур заявил:
- Ну что, так я зову Нулле?
- Эээ… Зачем? – не понял Клим.
- Ты об виселицу, что ли, так башкой шарахнулся? – заржал Нур-Тур. – Сам же говорил – боишься, что тебя узнают. А Нулле - мастерица внешность изменять. Есть у неё пара штучек…
Эту самую пару штучек Климу пришлось вскоре испытать на себе. Нулле, явно соскучившаяся по любимому делу, принялась за парня со всем энтузиазмом, взяв себе в помощь Зию, пока Ири вместе с лилипутами возилась с Рушаном.
Для начала Клима заставили раздеться и в четыре руки натёрли настоем какой-то травы, отчего кожа парня приобрела красивый кофейный оттенок.
- И что, мне каждое утро так натираться? – поинтересовался он.
- Размечтался! – отрезала Нулле. – Стойкая вещь, можешь хоть под дождём бегать, хоть с мыльным корнем тереть. Раньше, чем через полкаштины не смоется. И коже не вредит, проверено.
Климу осталось только согласиться, но на этом его мучительницы не остановились. Волосы Клима были безжалостно выкрашены не менее стойкой краской в рыжий… точнее в ржаво-коричневый цвет, над глазами и на носу Нулле нанесла несколько точек – типа родимых пятен, а на подбородке изобразила что-то вроде рубца. А потом высохшие волосы Клима Нулле и Зия быстренько заплели в мелкие косички, похожие на дреды. На робкие возражения Клима, что, вообще-то большая часть местного населения выглядит как-то по-другому, лилипутка решительно ответила:
- Среди нас всякие встречаются. Поверь, никто особо не удивится. Главное, чтобы не узнали в тебе изгнанника.
После такого демарша парню оставалось только молча терпеть. Наконец издевательство над его внешностью закончилось.
- Ну вот, слишком сильно менять не будем, - заметила Нулле, - пока хватит и этого. А для представлений можно горб фальшивый привязывать. Глянь-ка.
У неё нашлось небольшое, с ладонь, зеркальце из какого-то полированного металла.
Клим глянул и хмыкнул. Сам себя он точно не узнавал. Другой цвет кожи, другой цвет волос, дурацкая причёска из мелких косичек – уже меняли его почти до неузнаваемости, а несколько поставленных Нулле «родинок» и «шрам» изменили его лицо, сделав его каким-то асимметричным, грубоватым и непривлекательным.
- Сам себя не узнаю, - высказался он.
- Вот и хорошо, - заметил Нур-Тур, - теперь твои недруги тебя не узнают. Нулле, а одежду ты тоже приготовила?
- Обижаешь! – хмыкнула Нулле и залихватски свистнула, засунув в рот два пальца. Рушан, до этого мирно возившийся в своей корзинке, заслышав этот свист, разразился целой серией гневных воплей.
- Ой, извини, маленький, - подбежала лилипутка к корзинке, - не хотела тебя напугать!
- Бестолочь, - проворчал мгновенно оказавшийся рядом Унор, - такие маленькие громких звуков боятся.
И протянул малышу большой яркий шарик на палочке. Рушан цапнул шарик и радостно затряс. Раздался тихий рокочущий звук, это привело малыша в восторг, и он издал ещё один вопль – на этот раз радостный, а потом принялся с силой трясти самодельную погремушку.
- Воот… - расплылся в улыбке Унор. – Такое всем мелким нравится… Кстати… Ты это ведь хотела, Нулле?
И протянул девушке узел.
- Это-это, - заулыбалась лилипутка. – Мы с Зией и Ири вечером прикинули, как тебя лучше одеть, Клим, чтобы городские лишнего внимания не обращали…
Клим понял, что Зия вечером ушла именно из-за этого – чтобы сшить ему одежду. Блин, эти люди делали для него так много… а ему даже нечем было их отблагодарить.
Однако, когда Нулле ловко развернула узел, Клим сначала громко вздохнул, а потом душевно крякнул. При виде предложенного ему одеяния получили бы глубокий культурный шок не только Дольче на пару с Габбано, но и Слава Зайцев вкупе с Валентином Юдашкиным.
- Что? – рассмеялся Орро. – Не нравится? Это ты зря. В такой одежде на лицо никто и внимания не обратит. К тому же все наши похожим образом одеваются.
Клим с трудом отвёл взгляд от туники немыслимой пестроты, сшитой, такое впечатление, из лоскутков и обрезков, которые циркачи хранили многие годы и вот, наконец-то, пустили в дело, и таких же штанов и обратил внимание на остальных. Орро не приврал – у остальных одежда была в том же ключе.