Камень сердолик (СИ)

Фаэры были мирным и весьма необычным народом, они многое умели и многое знали, они укрощали реки и строили прекрасные белоснежные города… Им были подвластны силы природы… И Фаэ процветал долгие тысячи лет.
На другом материке – Горте – жили совсем другие обитатели. У них была желтоватая кожа, тёмные одноцветные глаза и иссиня-чёрные или фиолетовые волосы. Гортаны были кочевниками, они разводили тильгов и рогатых быы, но были у них и города, где жили чудесные мастера, делавшие прекрасные украшения и ткани, посуду и ковры… да много чего ещё. Гортаны были не столь могущественны, как Фаэры, но это был весьма достойный народ… До тех пор, пока не разгневалась на них Благодать Небесная. Сначала зимой с неба перестал падать снег, потом начались летние засухи, а потом подземные духи начали трясти землю и выпускать из неё огонь. Гортаны погибали от голода и природных катаклизмов, и они… они стали искать врага.
  
- И на роль врага прекрасно подошли Фаэры? – спросил Клим. – Ведь у них-то ничего похожего не было? К тому же, они обладали неким, непонятным Гортанам могуществом?
- Совершенно верно, Клим, - отозвался Нур-Тур. – Гортаны гибли, а Фаэры процветали, естественно, это их вина, что с землёй Гортанов стало твориться что-то неладное. И, несмотря на то, что Правитель Фаэров предлагал части Гортанов переселиться на Фаэ, в безопасность, это было воспринято, как очередная ловушка. Мол, злобные Фаэры хотят сделать страдающих Гортанов своими рабами. В ответ на это, Правитель Горта потребовал, чтобы Фаэры прекратили трясти землю и пускать огонь. На это Правитель Фаэ ответил, что он не всемогущ и не может идти против таких сил природы.
- Но Гортаны не восприняли этот ответ, - продолжил Клим, - и началась война.
- Война, да… - вздохнул Нур-Тур. – И Фаэ был обречён. Потому что с места снялся весь Горт. Все:мужчины и женщины, дети и старики – все отправились наказывать коварных Фаэров и завоевать себе новую родину. Фаэров изначально было куда меньше, чем Гортанов, к тому же те сражались с отчаянием одержимых, за чьей спиной нет ничего, кроме страшной смерти от огня.
Так Гортаны завоевали Фаэ. Правитель и его семья погибли, Душа Фаэ исчезла… А Горт… Произошло нечто страшное – его охватил огонь, земля не просто затряслась, она задвигалась, изменяясь, и Горт скрылся в пучине морской, где и пребывает по сию пору.
- А что такое Душа Фаэ? – спросил Клим, в чью головушку начали закрадываться нехорошие подозрения.
- Этого никто точно не знает, - отозвался Нур-Тур. - Хотя есть легенда, что Душой Фаэ называли некий камень, прекрасный, совершенный и обладавший некими волшебными свойствами. Увы, что это был за камень и какие свойства – этих сведений не сохранилось. Камень хранился в семье Правителя Фаэ, один или одна из детей Правителя избирались Хранителем Камня, Хранитель был обязан спасти Душу Фаэ любой ценой и скрыть её в случае опасности. Объявиться же он должен был, когда настанет подходящее время.
Клим крякнул. Камушек в мешочке, который, казалось, нагрелся и стал ощущаться, как сгусток тепла, был слишком похож на таинственную Душу Фаэ. Неужели прабабушка – потомок Хранителя души? Вот это он влип так влип…
- А что это за подходящее время? – спросил Клим, чтобы скрыть своё смущение.
Нур-Тур пожал плечами.
- Не знаю. По мне – так сейчас уже самое подходящее. А то скоро последние Фаэры исчезнут с лика мира, останутся лишь полукровки, как мы. А мы… мы бесплодны, ты это знаешь.
- Не понял. Почему ваша внешность такова, если вы – полукровки? Или Фаэры и Гортаны не могли иметь общих детей? – удивился Клим.
- Ещё как могли и могут, - вздохнул Нур-Тур. – Но есть тут один нюанс. И с этим связана совсем уж нехорошая часть этой истории.
Он помолчал, вновь затянулся трубкой, выпустив кольца дыма, и взглянув на нетерпеливо поёрзывавшего Клима, усмехнулся:
- Уверен, что ты готов выслушать такое? Информация, знаешь ли, не из приятных…
- Думаю, что выдержу, - сердито ответил Клим. – Я не малыш, который плачет от страшной сказки, рассказанной ночью.
Нур-Тур усмехнулся:
- Смотря что считать страшной сказкой… Видишь ли, Клим, Фаэры имели одну интересную особенность. Если среди Гортанов были мужчины и женщины, то у Фаэров всё было немного не так. Некоторые мужчины Фаэров обладали способностью создать ребёнка… эээ… в мужской паре.
- Что? – у Клима в самом прямом смысле слова отвисла челюсть. – Мужчины Фаэров могли беременеть и рожать?
- Я не сказал родить, - ответил Нур-Тур, досадливо поморщившись. – Я сказал – создать. Среди Фаэров были не только обычные пары, состоящие из мужчины и женщины, но и чисто женские, и чисто мужские. И если женские пары просто выбирали отца для своих детей и заключали с ним контракт, то с мужчинами всё было сложнее. Я не могу объяснить точнее, но это было как-то связано с внутренней сущностью Фаэров и их необычными способностями. Двое мужчин творили Искру Жизни, душу будущего малыша, а потом каким-то образом, с помощью обряда, получали ребёнка. Никто из них не ходил беременным и не рожал, понимаешь ли, всё это куда более древнее и недоступное многим знание. И возможно было такое, только если мужчины питали друг к другу истинную любовь, в противном случае ничего не получалось.
- Да… - пробормотал Клим, - умеешь ты удивить… Ну, а как Гортаны? Они тоже так могли?
- Нет, - мрачно ответил Нур-Тур. – Не могли. Более того, они считали однополые отношения неправильными и неприемлемыми. За подобное Гортаны карали смертью, поэтому, даже если у них и были те, кто склонен к подобным союзам, они скрывались, как могли… И свое отношение они перенесли и на захваченный Фаэ.
- Но ведь Фаэры все погибли… - тихо сказал Клим. – Или… нет?
- Далеко не все, - отозвался Нур-Тур. – Несколько десятков знатных семей покорились захватчикам и поклялись служить им. И Гортаны их пощадили. Более того, одну из Фаэли правитель нового государства взял своей второй женой.
- Зачем? Чтобы закрепить своё законное право на власть? – спросил Клим.
- И поэтому тоже, - неторопливо ответил Нур-Тур. – Но дело даже не в этом. Фаэры были умнее. Способнее. Они обладали уникальными возможностями, и император надеялся, что жена-Фаэли родит ему сильного наследника – ведь от первой жены у него были только дочери.
- И… его желание сбылось? – поинтересовался Клим.
- Сбылось, - ответил Нур-Тур. – Жена-Фаэли действительно родила умного, сильного и красивого сына, который стал следующим правителем. Произошло это далеко не сразу, но правитель был терпелив. И среди знатных Гортанов распространилась мода брать себе в жёны девушек-Фаэли. Но…
- Но?
- Но прекрасные дети родились далеко не у всех. Многие были просто уродливы, как…
И тут Нур-Тур грустно обвёл рукой всех находящихся рядом.
- Но почему? – вырвалось у Клима.
- Выяснилось, что дитя двух рас будет умным, красивым и одарённым силой только в том случае, если девушка-Фаэли любит своего мужа. Но так было далеко не всегда. И далеко не все Гортаны были так терпеливы, как правитель, стремясь завоевать сердце своих жён. А дети насилия все рождались такими. Но, поскольку они были всё-таки отпрысками благородных кровей, их не убивали. Давали вырасти где-нибудь в задних комнатах, подальше от любопытных глаз, а потом изгоняли из городов, предварительно подвергнув обряду жрецов Небесной Благодати, чтобы эти потомки смешанных браков были бесплодны. Так и повелось… Сейчас таких, как мы, всё меньше и меньше, потому что девушек-Фаэли редко принуждают к браку. Да и детей в семьях Фаэров рождается всё меньше.
  
- То есть, - прошептал потрясённый Клим, - вы все…
- Ну да, - кивнул Нур-Тур, - мы все потомки благородных Гортанов… и девушек-Фаэли, которые ненавидели своих навязанных мужей. Ненавидели настолько сильно, что ничего не могли поделать со своей природой, передав насильственно зачатым детям своё посмертное проклятие.