Постчеловек (СИ)
Лялик, казалось, услышал просьбу. Угрожающе нависнув над девушкой, он круто развернулся и, прихватив по дороге стул, помчался в другой конец зала.
Глухой удар… Еще удар!
Двое парней, даже не сообразив, что произошло, бесформенными мешками завалились под стол. Оставшиеся трое из их компании вскочили, намереваясь дать отпор нападавшему…
Костя оттолкнулся рукой от пола и с трудом поднялся на ноги. Боль ожидаемо прошла, кровь прекратила хлестать из носа, но голова продолжала гудеть.
— И откуда в тебе столько дури? — сам себе задал он риторический вопрос и посмотрел на подругу: — Кэт, ты как? Он тебя не тронул?
— Все хорошо, Котик. — Девушка тоже встала, робко всматриваясь в заканчивающуюся драку в противоположном углу зала.
— Фил?
Тот по-прежнему лежал на полу, притворяясь, что все еще без сознания. Пробурчал, не расцепляя губ:
— Я норм. Отстаньте.
— Как знаешь. — Костя повел плечами и ногой придвинул к нему валяющиеся чуть поодаль разбитые очки.
Оставив рыжего в покое, они переключили внимание на Лялю. Тот уже раскидал по бару посмевших сопротивляться парней и теперь сидел — с ногами, на корточках — на их столе и жадно чавкал, вгрызаясь в баранью ногу. Босяцкая кепка театрала валялась рядом.
«А вот сейчас точно похож на гопника! — между делом подумал Костя. — Осталось только дать ему семки и…»
— Кот, что с ним творится? — прошептала Кэтька, вырывая парня из размышлений. — Зачем он все это делает?
— Без понятия… — пожал плечами Костя. — Хотя, если моя догадка про баг верна… То, возможно, он себя не контролирует. Ведь он никогда не был таким… — И запнулся, вдруг вспомнив недавно прочитанную безграмотную статью про вирус: «Инфицированные начинают вести себя агрессивно и лезть в драки».
— Ты чего замолчал? — Кэт легонько ткнула его в бок. — Пошли лучше кнопку поищем, пока он жрет.
Костя посмотрел на нее взглядом человека, сделавшего мировое открытие.
— Это вирус, — проронил он.
— Что?
— Вирус. Видел сегодня статью… дурацкую статью, конечно… написанную черт-те как… но симптомы сходятся.
Дзынь!
Друзья повернулись на звук — это Лялик, опустошив тарелки, схватил пустую кружку из-под пива… и треснул ей о голову!
Затем еще раз! Дзынь!
И еще…
С третьего удара кружка разлетелась вдребезги. В руке театрала осталась лишь ручка, переходящая в заостренный осколок.
— Неужели кнопку найти не успели? — язвительно ахнул «дохлый» Филя и констатировал: — А все потому, что слишком много болтаете! Сейчас он вас увидит и опять бить придет.
Но рыжий не угадал…
Лялик встал. Покрутив в руке остатки кружки, словно примеряясь к чему-то, задрал голову… А затем резко воткнул острое стекло под нижнюю челюсть! Послышался звук вспарываемого мяса и мерзкое хлюпанье — вошедшая глубоко в горло ручка перебила сонную артерию.
Кэт коротко и приглушенно взвизгнула, закрыв рот ладонями.
Но Лялик услышал. Повернулся к друзьям… медленно, неторопливо, надменно… а потом быстрым и решительным движением вспорол себе горло от уха до уха! Голова театрала запрокинулась назад и повисла на одном позвоночнике…
Постояв еще несколько секунд, Лялик с грохотом свалился на пол и затих.
— Не знаю, что у вас там происходит, но интерфейс заработал, — не открывая глаз, сообщил Фил. — Я сваливаю! — И в следующую секунду растворился в воздухе.
А Костя и Кэтька стояли, не в силах ни пошевелиться, ни оторвать взгляда от товарища, извергающего из себя потоки крови. Черно-красная, неестественного цвета жидкость била настоящим фонтаном, тугой струей долетая до высокого потолка и забрызгивая все вокруг. Выглядело это сюрреалистично.
— Кэт, — с отвращением выдавил Костя, вытирая со лба долетевшие до него капельки, — неужели это ты при создании рума столько крови добавила? Ни за что не поверю…
— Это. Просто. Пиздец, — прокомментировала та. — Все, вечеринка окончена, всех выбрасываю в реал!
— Давай!
Картинка перед глазами привычно потухла. Последнее, что увидел Яковлев перед «выходом», как в рум ворвались сотрудники Службы Внутренней Безопасности…
— Фу-у-ух. Ну и ну.
Костя вытащил провод и встал. В задумчивости прошелся по комнате, мысленно возвращаясь к увиденному в нэте и разминая затекшие мышцы. Те отозвались болью, с удовольствием напоминая о побегушках в «Опиуме».
— Ох, блин…
Он остановился, чувствуя, как мир вокруг закружился сумасшедшей каруселью, а пол резвым гепардом убегает из-под ног. Выставив руки, завалился вперед и уперся ладонями в край матраса. Забившийся в судорогах желудок извергнул на пол остатки газировки…
— Что за фигня?..
Костя сел на задницу. Его все еще слегка мутило, а перед глазами вальсировали мошки… но постепенно он начал приходить в себя.
Решив, что газировка на полу никуда не денется и может подождать, парень с трудом забрался на кровать. Завалившись на спину, устало подумал:
«Надо позвонить Кэтьке, узнать, как она. А заодно набрать Лялю и спросить, какого хрена он творил?»
Глубоко вдохнув, Костя вызвал интерфейс…
«Доступ к "Разуму" временно заблокирован до окончания разбирательства инцидента», — сообщила программа и закрылась.
— Как так? — не понял он и повторил попытку — с тем же результатом. — Во дела… Ну ладно, значит завтра в школе… пообщаемся… — И, неожиданно даже для самого себя, вырубился.
Снились ему странные и беспокойные сны, будто подернутые мутной пеленой безнадежности: кричащие люди, грузовики с военными, хмурая Кэтька…
…Утро поприветствовало Костю все тем же сообщением — интерфейс был по-прежнему заблокирован.
— Да что за фигня?!
Он вскочил с кровати, чуть не вляпавшись в практически высохшую рвоту, и выбежал в коридор. Попробовал активировать датчик-портал. Однако без работающего «Разума» дверь оставалась всего лишь ведущей в стену металлической коробкой.
— Класс! Мне теперь что, даже из дома не выйти?
Немного поразмышляв, Костя прошел в комнату отца. В надежде отыскать ключи от входной двери, которая вела в общий коридор, к лифтам, порылся в ящиках его стола. После осмотрел коннектор и даже заглянул под кровать. Увы, ключей не нашлось. Они то ли лежали где-то в другом месте, то ли отец зачем-то уволок их с собой, то ли они просто потерялись…
«А толку, если я их найду? — флегматично подумал он. — Северогорск — огромный город, пешком я вряд ли куда-то доползу! Тратить полдня, чтобы добраться до школы? А потом еще полдня — обратно? Ну уж нет, спасибо! Останусь дома и буду отдыхать!»
Идея не казалась такой уж плохой… первый час! Затем Костя понял, что вообще не знает, чем заняться! Выхода в «Разум» так и не предвиделось, коннектор без интерфейса не работал, а мерить шагами комнату надоело довольно быстро…
— Да-а-а, засада! — пробурчал он, в третий раз перечитывая единственный найденный в квартире рекламный буклет. С его страниц счастливая улыбающаяся пара предлагала сделать такую же белоснежную улыбку, как и у них.
…Но куда сильнее Костю расстроило то, что и следующий день — день своего рождения, третью стадию совершеннолетия, — ему пришлось провести в одиночестве в пустой квартире. Отец дома так и не объявился, а интерфейс по-прежнему «проходил разбирательства».
— Самое унылое торжество в моей жизни! — резюмировал парень, закидывая в рот праздничный ужин. — Поздравляю тебя, Константин Витальевич! С днем рождения!
…Интерфейс заработал на следующее после дня рождения утро и Костя наконец-то смог выйти из дома. Впрочем, радовался он преждевременно — многие обязательные функции, такие как сообщения, одиночные и групповые звонки, а также выход в кибернет, оставались заблокированными. Поэтому для разговора с друзьями пришлось дожидаться личной встречи.
Глава 6
Каждый человек, проживающий в Северогорске, в течение жизни получал от правительства или приобретал самостоятельно различные чипы, облегчающие существование.