Постчеловек (СИ)
Кэтька острым локоточком ткнула друга в бок и язвительно прошептала: «А я что говорила? Мы — попаданцы! Теперь буду называть тебя исключительно Хэнк Морган!» Костя в ответ лишь непонимающе нахмурился.
А Беляков, казалось, уже и позабыл о секундной обиде. Расплывшись в улыбке безумца, выпалил одним духом:
— Но перенести ваши сознания в другой мир — это полдела! Самое главное — мы вас еще и удачно, так сказать, вернули! Ха-ха!
Ученый радостно захлопал в ладоши, ожидая, что присутствовавшие подхватят его эмоциональный порыв. Но — не дождался. Улыбка превратилась в хищный оскал, а затем и вовсе сползла с лица бородача, и он заговорил, вновь переходя с разговорного галопа на шаг:
— Видите ли… наш мир — не единственный в этом, скажем так, мироздании. Есть десятки, а, может быть, и сотни… тысячи, я бы сказал, миров. Правда, пока мы смогли обнаружить лишь один! Но, по теории квантовых вселенных Редриха, мы, так сказать, уверены — их намного больше.
Пока Петр Иванович рассуждал о каких-то непонятных и неинтересных вещах, Яковлев потер глаза и глубоко, но тихо, вздохнул, мечтая, чтобы нудный монолог с обилием словесного мусора поскорее закончился…
— Мне от его болтовни спать хочется, — услышав этот вздох, прошептала Кэтька. — Остальным, похоже, тоже. Вон тот китаец вообще уже откровенно похрапывает!
Костя наклонился вперед, чтобы получше рассмотреть того, о ком говорила подруга, да и вообще глянуть на других слушателей.
Рядом с Кэт сидел «матюгальник» — обросший и слегка опухший мужик лет сорока пяти с характерным запахом перегара, грязных носков и самого дешевого одеколона, который, как подозревал Костя, тот употреблял не совсем по прямому назначению!
Через невидимую линию, разделяющую ряд стульев на две равные части, сидели еще трое мужчин: спортивного телосложения блондин развалился на центральном месте этого миниатюрного ряда; ближе к Косте, на краешке своего стула, подремывал типичный азиат; а вот мужчину, сидевшего за блондином, Костя так и не разглядел, поэтому тут же дал ему прозвище — человек-невидимка.
— Вижу, что вам ой как неинтересны все эти профессиональные, в общем-то, разговоры. Вижу! Прекрасно вижу! — Беляков разочарованно покачал головой и вдруг обратился к сидевшему рядом с Кэтькой матюгальнику: — Скажите, как вас зовут?.. Степан? Отлично… Так вот, Степан, после введения вакцины вы… переносились, скажем так, в другое место?
— Да, — кивнул тот.
— И вы были… словно потеряны в начале? И вам казалось, что вы, так сказать, всегда жили в том месте?
— Было такое.
— А потом… а потом вы начали вспоминать… Нет, Степан, подтверждений не требуется, я фактически отвечаю за вас. И за Степана, и за каждого присутствующего! Вы все начали вспоминать…
Петр Иванович ненадолго замолчал, барабаня пальцами по столу.
— В каждом параллельном мире живет вот такой вот Степан, понимаете? У каждого человека здесь, — выделил это слово ученый, — есть свой двойник там! И это, откровенно говоря, даже не обязательно именно такой же человек! Его могут по-другому звать, он может быть старше, младше, даже, так сказать, другого пола… Но это все равно наш — ваш! — двойник. В первую очередь, ментальный, а уже во вторую — физический.
Петр Иванович выдохнул. Краем халата вытер лоб.
— Спокойствие и терпение, я почти подошел, так сказать, к сути. Так вот, наши ученые придумали гениальный план! Мы можем спасти человечество от неминуемой гибели… просто перенеся сознания людей в их двойников в параллельном мире! Гениально же, правда?
— А что будет с сознаниями тех, других, людей? — внезапно поинтересовался Степан. — Куда они денутся?
— О, не беспокойтесь! Наши с вами сознания полностью вытеснят, так сказать, их сознания… и они просто уйдут… уйдут в небытие. Вы будете полностью контролировать новое тело, будто оно было вашим с самого рождения, — подмигнул ученый.
Но Степан продолжил допытываться:
— Значит мы, по сути, убиваем тех людей?
— Ну почему же сразу убиваем? Мы просто… отодвигаем их, так сказать, на задний план… Не перебивайте меня! — Беляков опять взвизгнул, не желая больше отвечать на вопросы, и громко засопел.
Степан понуро замолчал.
— Как вы заметили, вас здесь всего шестеро… и вы красавцы! И красавица! Но, спросите, почему здесь именно вы?.. Спросите, нет?.. Ну ладно, как хотите… — Беляков прокашлялся. — В отличие ото всех остальных, вы обладаете, так сказать, особенной… м-м-м, точнее, особой способностью — вы можете перемещать свое сознание в тело любого «параллельного» человека! В любого, а не только в своего двойника! — воскликнул он и хитро прищурился: — Ладно, не буду лукавить — в тело любого человека, в которого захотим переместить вас мы! Хе-хе… Вам, наверное, интересно, как мы поняли, что у вас есть эта способность? Ну мы же ученые, а не идиоты! Во время первого, тестового переноса мы следим за всеми показателями людей, их параметрами, изучаем цифры, смотрим общее, так сказать, состояние… И вот таким логичным и опытным путем в результате выясняли, кто способен перемещаться между мирами безгранично, а кто… кхм, ограниченно.
Петр Иванович обвел слушателей неожиданно грустным взглядом:
— А знаете, что мы еще выяснили? Оказалось, не всякий человек вообще способен хоть как-то перемещаться! — И на мгновение замолчал, давая каждому слушателю порадоваться, что он — не такой. — Как оказалось, для перемещения требуется особая работа головного мозга, а у половины людей он не соответствует нужным параметрам!.. Определенным стандартам! Из-за чего? Да из-за майнинга! Со временем он вырабатывает ресурс мозга, поражает нейроны и молекулярные структуры. Мозг теряет функциональность, становится все слабее, слабее, ему требуется все больше и больше времени на выработку стандартного количества си-энергии, и продуктивность все падает, и падает, и падает… И если ресурс мозга выработан… даже наполовину… то люди при попытке переноса просто умирают. Мгновенно! А мы в лаборатории терпим издержки — помимо потраченного впустую времени, каждое подключение к аппарату-переносителю уменьшает срок его службы! А это — лишние затраты на ремонт и профилактику… Причем процесс выработки мозга не зависит от проведенных в кибернете часов, иначе все было бы намного проще! Но нет! Он вообще непонятно, от чего зависит! Поэтому мы… наша команда ученых… — Петр Иванович сделал скорбную паузу. — Выпустили в Северогорск вирус! Вирус, который должен отсеять слабых. Убить тех, чей мозг, так сказать, выработан… Мы назвали наш вирус — «Хворь».
Повисла пауза.
— Так это сделали вы, суки?! — сжав кулаки, угрожающе приподнялся блондин. — У меня мать умерла от вашей хвори!
Андроид, моментально отреагировав на возможную угрозу, вскочил с места. В руке его блеснул пистолет… и блондин сконфуженно опустился на место.
Беляков благодарно кивнул охраннику и повернулся к «залу»:
— Спокойствие, господа! Да, у многих из нас от хвори кто-то скончался… и это печально. Я скорблю вместе с вами… Мы все скорбим! Но, поймите, это было нужно для благого, так сказать, дела! Сами посудите — лучше пожертвовать половиной жителей сейчас, но зато спасти всех остальных, чем дать той первой половине пожить еще какое-то время… но потом умереть всем!
Слушатели, включая проснувшегося азиата, переглянулись.
— Мне кажется, логично, — осторожно высказался Степан. — Если вопрос стоит именно так…
Косте показалось, что остальные молчаливо согласились. Впрочем, что еще им оставалось?
— А вакцина? — недоверчиво спросил блондин. — Фейк?
— Нет, что вы. Только частично. Вакцина, она… помогает мозгу… — было видно, что ученый подбирает слова. — Отправиться, так сказать, в путешествие! В параллельный мир!
«Зал» снова переглянулся.
— Но вы же понимаете риски? — спросил человек-невидимка. Костя по-прежнему не видел его лица, но голос говорившего был мягким и каким-то приторным. — Ведь мы расскажем о творящемся здесь беспределе! Друзьям, знакомым… всем!