Око за око (СИ)

Вовремя заметить и использовать — это тоже умение. Иному счастье буквально в руки падает, а он щёлкает клювом и понять не может, оно это или ещё не оно. Как говорится, задним-то умом каждый крепок, а вот…
— Прислал, а чё? — недоумённо ответил Жан. — Погнали скорей, чё ты встал-то?
— И какой номер-то?
— Да какая разница?
— Ну, скажи-скажи! — подмигнул я.
Он пожал плечами.
  
— Ноль шестьдесят пять, и чё?
Буквы выпытывать я уже не стал.
— А то, что там сейчас два «крузака» стоит, — усмехнулся я. — И оба тёмно-синие.
— Чё? — воскликнул Жан и выглянул в окно. — Ну да. Только эта новая, а у него старая.
Ну-ка…
— Звони ему срочно! — резко сменил я тон и заговорил по-деловому собранно.
— Да пошли, быстрее подойдём да и…
— Да ты смотри-смотри! Звони, говорю!
Князь уже и сам всё понял и начал лихорадочно тыкать в телефон. Из второго «крузака» вышел… Мэт. И Катя. Они пошли к школе, но Катя что-то сказала и Мэт остановился, а сама она вернулась к машине, заглянула в неё и потянулась внутрь.
— Алло, это я, — начал Князь. — Смотри щас прямо перед тобой тачка, из неё вышел чувак и тётка. Чувак. Погляди на него. Это он? Да ты внимательно погляди… Точно?.. Уверен?..
Конечно, точно. Уж кто-кто, а Мэт на меня нисколечко не походил.
— Я понял тебя, — разочарованно сказал Жан. — Ясно. Да понял я. Лады, всё тогда.
Машина вьетнамца завелась и начала выворачивать, и я отвернулся.
— Ну чё, — кивнул я, — не он?
— Неа…
— Базарить пойдём? Ты же хотел с ним лично перетереть.
— С вьетнамцем что ли? Не, он поехал уже.
— Куда поехал? Вон же…
Я снова повернулся к окну.
— А, да, точно, — разочарованно сказал я. — Поехал. А как тот чувак выглядит он не сказал?
— Ну, такой, — пожал Князь плечами. — Невзрачный. Стрижка короткая, куртка кожаная. Короче, на тебя похож.
— На меня? — усмехнулся я. — Значит, нормальный чел, если действительно на меня похож. И хер мы его найдём, в таком случае.
На лестнице раздались шаги. Это поднимались Мэт и Катя. Мэт, заметив меня и Князя, сделал морду тяпкой и прошагал мимо, а Катя меня узнала.
— О! — воскликнула она. — Привет.
— Здрасьте…
Сынок её дёрнулся и зашагал быстрее, но, к моему удивлению тоже процедил сквозь зубы:
— Здорово…
— Мотя, — крикнула Катя ему вслед. — Ты куда разогнался-то? Погоди!
— Тётя Мотя, в натуре, — заржал Князь, когда они прошли. — А это чё, мать его? Ты её знаешь что ли?
— Мы ж в одном классе учимся, — пожал я плечами. — Знаю, что это его мать. Пересекались когда-то.
— А-а-а…
— Ну, ладно, я пошёл. У меня химия вообще-то…
То, что Мэт припёрся к концу занятий, да ещё и с матерью могло быть связано с тем, что его действительно будут переводить в Москву. А Катю? Интересно, её тоже будут переводить или оставят здесь, чтобы удобнее было контролировать?
На химию я не пошёл, что там уже оставалось-то того урока. Вместо этого я перешёл по коридору в противоположную сторону и поднялся на один пролёт и встал на лестнице так, чтобы можно было видеть кабинет директрисы.
Минут через пятнадцать дверь открылась и из неё вышел Мэт. Он сразу, прямой наводкой двинул к лестнице и побежал вниз. Я чуть сдвинулся, чтобы он меня не заметил, и остался на своём посту.
Пришлось ждать ещё пятнадцать минут. Зазвенел звонок, поднялся гвалт, захлопали двери и понеслись по коридорам школьники. А Катя всё не выходила. Наконец, дверь снова открылась и появилась она. Остановилась, рассеянно покрутила головой, увернулась от несущихся на неё мальчишек и двинула в сторону выхода.
А тут и я пошёл вниз. Будто случайно спускался и встретил её. В толчее она меня и не заметила, но я её окликнул.
— Катя!
Она повернулась, скользнула взглядом, узнала.
— Привет, — кивнула она. — Ты Матвея не видел, ушёл он?
— Наверное, ушёл, — пожал я плечами.
— Хорошо… — сказала она. — Ну, как дела? Чего не заходишь?
Катя была трезвой и выглядела неплохо. В том смысле, что не как алкашка.
— Ага. Твой муж приревновал в прошлый раз. Пообещал отстрелить жизненно важные органы. Так что давай лучше на нейтральной полосе.
— Муж? — хмыкнула она. — Фуагра и конфитюр из груш.
Я улыбнулся.
— Он только с виду грозный. А так…
Она махнула рукой.
— Ну, тогда приглашаю, — улыбнулся я. — В этот раз туда, куда он не нагрянет.
— Не знаю, — покачала она головой. — Ты же был на той вечеринке? У Назарова? У нас после неё осадное положение дома. Так что…
— А у меня, между прочим, твоё пальто осталось…
— Ай, — махнула она рукой.
— Нет, я бы, конечно, его сам носил, но цвет не мой. Так что придётся вернуть.
Она засмеялась.
— Ну, позвони как-нибудь. Только через пару дней хотя бы, не раньше.
— Скажи номер тогда.
Она продиктовала.
— Можем, в принципе сейчас по кофейку хлопнуть, — прищурилась она, и я заметил шальной огонёк в её взгляде.
— Я-то с удовольствием, а Матвей Никитич возражать не будет? А то он меня не жалует.
— Это у него от отца. Но ничего он, наверное, уехал уже. Никита дал машину, потому что моя в сервисе, чтобы в школу съездить, и Мотю на французский закинуть. Так что он и не узнает.
— А ты как будешь возвращаться?
— Меня подружка отвезёт. Она подъедет минут через сорок. У меня вся логистика чётко простроена. Так что много времени нет, но по рюмочке кофе выпить успеем.
— Пойдём тогда. Я угощаю.
— Богач, — усмехнулась она. — Деньжата завелись?
— Есть такое дело, — подтвердил я.
Мы вышли из школы, пересекли бульвар и зашли в кафешку в доме, выходящем торцом на гостиницу. Народу там не было, но зато за стойкой стояли целых три девочки, готовых обслужить нас максимально качественно и быстро.
Я заказал нам кофе, а Катя, немного подумав, добавила:
— И… «Бейлиз», что ли… Да, давайте, ты будешь, Сергей?
— Нет, если только лизнуть. Так-то мне на тренировку ещё.
— Ну, значит хотя бы лизнёшь, — разулыбалась Катя. — Хоть что-то.
Мы прошли в дальний уголок и уселись за столик.
— А Мотя что, в Москау уезжает? — как бы мимоходом спросил я, когда Катя замахнула первый бокальчик.
— Слушай, это пока не решено. Сначала Никита… ну, отец…
— Да знаю я. Познакомились уже.
— Да-да, он мне потом все мозги вынес, чтоб я с тобой даже не разговаривала, — кивнула она.
— Не понравился я ему?
— Ой, а кто ему нравился когда? В общем, сначала разорался, сказал, что всё, терпенье лопнуло, отправит Мотю в концлагерь. Там школа есть очень хорошая. Дисциплина, как в армии, и вообще всё строго, только что розгами не секут. Девочка там, кстати, эта училась. Ну… подружка Мотькина, короче. Из вашей школы. Любовь-морковь. Матвей уже обрадовался, что поедет, но сегодня Никита позвонил, сказал, что вроде отбой.
— Переменчивый какой.
— Там вроде обстоятельства поменялись и Мотя здесь понадобится.
Ну, собственно, не нужно было иметь репутацию особо одарённого опера или следака, чтобы сложить два плюс два. Впрочем, риск прослыть параноиком тоже никто не отменял. Тем не менее, если выстроить известные факты в простом хронологическом порядке, то получался нехитрый ряд:
Я начал интересоваться компроматом на Никитоса; я побывал у Кати дома и сходил с ней в винный бар; директриса усилила давление, чтобы вышибить меня из школы; меня похитил Усы и установил на телефон прослушку; появился Чердынцев; появилась Ангелина…
Затем по хронологии шёл форс-мажор: вечеринка у Назара и возник план перевести Мэта в Москву…
А дальше в цепочке событий снова появилась Ангелина и намёкнула на «начать всё сначала». А потом пошли слухи о появлении Калякинского досье. И пришло многообещающее сообщение от Ангелины. И, наконец, Мэта передумали переводить в Москву…
  
— А тебе, — кивнул я Кате, — чего бы больше хотелось, чтобы Мотя уехал или остался?