Око за око (СИ)

— Где этот Алёша! — в сердцах воскликнул я.
— Чего⁈
— Где этот Алёша…
  
15. И вновь продолжается бой
 
В мире — зной и снегопад
Мир и беден и богат
С нами юность всей планеты
Наш всемирный стройотряд!
Ну, и дальше там… про бой. Вновь продолжается, понимаешь ли… Продолжается и продолжается, продолжается и продолжается. Мы так к нему привыкли, что даже и не представляем, что вообще делать будем, когда он вдруг закончится.
  
Я конечно рванул дальше, к выходу из арки, к свету в конце тоннеля, к огням большого города и к людям, которые обязательно придут мне на помощь. Правда, наверное, не в этот раз…
Это, как в компьютерной игре — сердце обрывается, ты уже видишь, что настал конец и даже успеваешь внутренне принять поражение, но мышцы и бурлящая кровь толкают тебя вперёд, не давая задуматься и сдаться. И ты жмёшь и жмёшь на кнопку мыши.
Те двое впереди тоже рванули в мою сторону и сзади появился ещё один. Как раз тот самый Алёша. Болта на тебя нет, мил человек, честное слово. Всего их стало четверо. Ну ладно, сдаваться я не собирался и мысленно превратил этот туннель в поле для американского футбола. Правда, веса у меня было маловато, чтобы пробивать двух защитников, но и они же не в доспехах…
Разогнался я славно, как метеорит. После баньки бы полежать, физику почитать, а тут такие вот дела. В общем, разогнался, нацелился и… БАБАХ! Прорвался-таки, проскочил!
Есть!!!
Эти двое разлетелись в стороны, хотя были явно тяжелее. Ну, что тут скажешь, на бильярде надо почаще упражняться. На бильярде… Это, конечно, да, но только сам-то я, пробившись и кое-как пролетев между этими двумя шарами, запнулся, запетлял, затопал, как подбитый птеродактиль, и с высоты своего роста грохнулся на пыльный асфальт.
Ну, и всё. На этом удача приостановила поддержку, и на меня сверху навалились два здоровых мужика. Как говорится , налетели гурьбой, стали руки вязать, а потом уже все позабавились…
Я не сопротивлялся. Смысла сейчас не было, так что пусть видят во мне смиренного и послушного пленника. Меня подняли, схватили под руки, поволокли в сторону двора и затащили за трансформаторную будку, окружённую зарослями кустов. Там мы и затихли. Орать было бесполезно. Да и кто бы мне дал орать.
Один из четверых побежал за машиной, двое держали меня под руки, а ещё один трепал языком. Это был, как раз, Алёша. Сердце моё молотило, как сумасшедшее, а под ложечкой царапал когтями чёрный кот…
— Ты думал, твои синие братки годятся на что-то, кроме как чепуху молоть? — усмехнулся он. — Мы же всё про тебя знаем.
— Ну, допустим, не всё, — покачал я головой, стараясь говорить спокойно и не проявлять особой озабоченности.
— Всё что нужно мы узнали, — самодовольно усмехнулся этот козел. — А остальное ты сам расскажешь.
— Алёша, что за дела? — хмуро спросил я. — Ты зачем меня похищаешь? Меня человек серьёзный ждёт, а ты мне голову морочишь своим всезнайством. Босса твоего отпустили что ли?
— Его и не брали, чтобы отпускать, — самодовольно ответил он.
— Вот как? Значит, вчера на очной ставке был человек очень на него похожий. С руками, скованными за спиной.
— Чего? — протянул Алёша.
— Значит, его прямо вчера и выпустили… — вслух размышлял я. — А это, в свою очередь означает, что либо он согласился сотрудничать с полицией, либо его выдернул кто-то сильный и могущественный, либо он просто сбежал. Да вот только как сбежать от нескольких мордоворотов? А? Да ещё и от мордоворотов с серьёзной подготовкой. Нет, я лично в побег при таких обстоятельствах не верю.
Про свой собственный побег из бомжатника я дипломатично промолчал и продолжил думать вслух:
— Выходит, снюхался ваш Харитон с ментами, так? Сдал, наверное, кого-то. Но тебя нет, конечно, ты же нормальный чел, правильно?
— Да нам пофиг, с кем он там сделки совершает, — немного напряжённо ответил Алёша, продолжая гнуть свою линию. — Это у вас, блатных, всё умное западлом считается. А мы плюём на ваши понятия и поэтому делаем вас на раз-два.
Он нервно засмеялся и похлопал ладонью по сложенному кулаку, демонстрируя, как именно происходит это раз-два. Впрочем, я скорее догадался, чем увидел, потому что в этой части двора было, хоть глаз коли.
— Он у вас прямо Трамп, — одобрительно подметил я. — Сделки заключает. Со следствием.
Но, с другой стороны, зачем бы Раждайкину перекладывать на вьетнамца работу, которую он мог сделать сам? У него был Усы с командой. Опять же, все ресурсы МВД тоже находились в его распоряжении, учитывая, что он был у меня на обыске. Ну, то есть можно было предположить, что он расколол вьетнамца и решил взять меня его руками. Но это выглядело несколько рискованно. К тому же, доверять Харитону он не мог.
Я просто рассуждал, что сделал бы сам на месте Раждайкина. Я бы Харитону точно не поверил, даже если бы имел на него что-то железобетонное, типа подтверждённого обвинения в убийстве, похищении людей и торговле наркотиками. И в баню я бы людей не посылал. Зачем бы мне это было нужно? Тем более, Алёшины пацанчики очень сильно уступали Усам. Понтов много, а толку мало.
А вот если бы меня нужно было после завершения мероприятий отправить в мир иной, тогда да, дурочка лучше этого Алёши и представить трудно. Он — меня, а потом кто-то — его самого при попытке оказать сопротивление. Только не слишком ли круто даже и для Никитоса устранять обычного, хоть и не в меру любопытного школьника?
Кто этого школьника вообще слушать будет, даже если у того на руках окажутся все на свете секреты, заверенные печатями планы рептилоидов и формулы содержащихся в химтрейлах веществ? Также и с компрой на начальника облУВД. А значит…
— Где он есть-то? — недовольно пробормотал Алёша и начал крутить головой.
— Так ему объезжать далеко… — отозвался чувак справа от меня и полез в карман, расслабился. — Сейчас наберу…
Он ослабил хватку, наклонился ко мне, потянулся за мобилой. Тот что стоял слева не шевельнулся, стоял, как столб, и как он себя повёл бы в случае чего, я спрогнозировать не мог. Но совершенно очевидными были две вещи.
Попадать в лапы вьетконговца Харитона было крайне нежелательно, независимо от того вырвался он от Раждайкина сам или тот его завербовал. Это была первая вещь. И была ещё одна. Вторая. Лучшего момента для того, чтобы попытаться уйти можно было не дождаться.
Мысль работала быстро, спасибо Серёжиным молодым мозгам. Пока один из злодеев озирался, другой лез в карман, а третий стоял, как истукан, я уже просчитал все движения, последовательность и количество. А также риски. Риски были высокими, но и шансы имелись немалые.
Поэтому…
Весть летит во все концы
Вы поверьте нам, отцы
Будут новые победы
Встанут новые бойцы!
Поэтому я расслабился и совершенно неожиданно для конвоиров дёрнулся вперёд, гибко и очень быстро выскальзывая из их рук. Правый чувак дёрнулся, роняя телефон, левый попытался сжать ускользающую змею, а Алёша… На то он и Алёша, что он ничего и заметить не успел в этой тьме.
Я выстрелил, как пушечное ядро, толкнулся, прибавляя себе веса и вкладывая в этот толчок все силы и ярость. Ярость в некоторых случаях весит не меньше силы. Я обрушил удар своего костяного лба на твёрдую тьму перед собой. По хрусту, всхлипу и оторопелой реакции я понял что удар получился хорошим.
Набрав инерцию, я подмял под себя Алёшу и проскочил справа от обмякшего и начавшего заваливаться врага, умудрившись не запнуться. Тропинку видно не было и поэтому я просто влетел в кусты, проламывая себе путь, как раненый марал.
  
Преследователи же мои, рванув за мной, налетели на Алёшу и запутались в конечностях и бесконечностях этого вечера. Ну а я, преодолев полосу насаждений вдарил, что было мочи. Бой я выиграл, но итог битвы в целом оставался открытым, и счёт на текущий момент был равным, один-один.