Наномашины, Анафема! Том 11 (СИ)
И ощущаю как обычную, людскую кровь, так и прокажённую — негативную заразу.
— Знаешь кто мой дед и отец? — прошептал я с улыбкой, — Лучшие маги крови.
И распоров свою же руку, я начал методично заполнять прокажённые сосуды Эфиром, избегая здоровые. Я смешивал нашу кровь, разрушая ту эфирную часть, что пыталась захватить Синицину.
И это… это для Королевы было куда больнее, чем простая рука в животе.
— Кх… кхх-х-х… кхра-а-А-А-А-А-А! — заверещала она, начиная содрогаться в конвульсиях.
Смерть и Разрушение — буквально заполняло её органы. Я не просто бил! Я не просто ранил! Я её УБИВАЛ! Я отключал её органы, я разрушал саму её СУЩНОСТЬ!
Потусторонний вопль резко ударяет по ушам! Я чувствую, как из них прыщет кровь, а в глазах всё заплясало и закачалось.
Катя выдыхает. Вдыхает. Тяжело, глубоко. А затем сжимает челюсть, и…
Цепляется в голову Королеве!
Каждый раз, когда мой Эфир заканчивал выжигать чужой, я моментально направлял его дальше, освобождая здоровое тело! И для Кати основным уроном была всего лишь рука в животе. Для Королевы — бегущая по венам смерть.
Для Кати — всё становилось только лучше. Для Королевы — спасения уже не было.
Она проиграла, как только Лунасетта привела Барона, и тот ввёл в битву меня. Уже тогда всё было кончено.
Ибо я есть смерть всему Эфиру.
— М-м-м-м! — мычала Катя, с болью отдирая от себя практически куски сросшейся плоти.
Королева верещала от агонии. Она проигрывала. Умирала! Отделялась! Она уже ничего не говорила, лишь безрассудно цепляясь за последний шанс спастись — слияние с Катей.
Ведь все прекрасно понимали, что я с ней сделаю, как только она отделится.
— Пошла… — Катя напрягается в последний раз, — От меня… — оставалась правая рука, — Прочь!
— С-стой! Сто…
— ЫА-А-А-А!
И завопив, Катя делает последний рывок, отрывая от себя потустороннюю сущность.
Девочка падает с моей руки, и Королева Фей со вспышкой вылетает из её тела, падая рядом!
Жалкое, худое, бледное создание, напоминающее деформированную, слабую девочку с поломанными гнилыми крыльями — вот кем на самом деле была легендарная Королева Фей. Лишь жалкой версией себя, загнанной сюда в страхе. Иссыхающей, не способной выбраться. Ожидавшей следующую претендентку на свой же престол. И загнал её сюда…
Я.
— С-стой… стой… — дрожащим голосом пропищала некогда, я уверен, прекрасная фея.
Она не могла поднять голову, настолько слабой была после моих атак. Она лишь поджала колени, обхватила их худыми, костлявыми руками, и сжалась словно ребёнок, содрогаясь на холодном камне.
— Не убивай… пожалуйста… не хочу… я… не хочу… умирать… я боюсь… — шептала она, уже смирившись, что после стольких лет позора и деградации, она просто встретит свою смерть, — Прости… прости за всё… я больше не потревожу… пожалуйста… пожалуйста… оставь… меня…
Но где я, а где судьба?
— О, ты думаешь я тебя убью, старая? — оскалился я.
Она медленно переводит испуганный до смерти взгляд.
— О-о нет, — выставляю я руку, — У меня на таких как ты другие планы и другое хобби.
«Похищение Ядра»
Миниатюрная девушка, походящая больше на труп, начала растворяться в тёмно-фиолетовой дымке, закручиваясь в увесистую маленькую жемчужину на моей ладони.
Это не конец Королевы Фей. Безусловно нет. Но определённо конец войны за этот престол.
Ведь теперь осталась только одна претендентка.
Я разворачиваюсь и со вздохом сажусь перед Катей, укладывая её голову себе на колени. Её живот пробит, на теле куча ран, а вся она залита кровью. Но она дышит, и спокойными изумрудными глазами смотрит на меня.
— Всё хорошо. Всё закончилось. Сейчас тебя будут выводить из Эфира, — улыбаюсь я, беря её за холодную подрагивающую руку.
И она, мирно улыбнувшись, переплетает свои пальцы с моими, беря меня за руку в ответ, кладя вторую на пробитый живот.
— Не так… я себе это представляла… — тихо прохрипела она.
— Что?
— Студентки с допов по спорту… все уши прожужжали… про первый раз. Не такое проникновение… я представляла… ох, чё-ё-ёрт… — жмурится девочка от боли.
Я не смог сдержать ухмылку. Шутит. Значит всё хорошо.
— Плохому они тебя там учат. Не слушай. Грязные девки, — улыбаюсь я.
— «Вот побывает в тебе мальчик»… ну вот и побывал… твою мать… вообще не прикольно что-то… — она вновь жмурится, — Ещё и звучит ужасно… блин. Что я несу-у-у… всё… забудь, что слышал… ужасная шутка… и не к месту… — она фыркнула, отворачиваясь.
— Полностью забыл!
— Что забыл?..
— М? Ты о чём?
— Хороший ответ… — улыбается она, начиная растворяться, — Хороший мальчик… хороший Мишенька.
И перед тем как полностью исчезнуть, очнувшись в безопасном реальном мире, Катя поворачивается на меня.
— Спасибо… — прошептала она, — Я никогда этого не забуду. Никогда…
И после этих слов на моих коленях оседает пыль, а крепкий хват девичьих пальцев пропадает с ладони.
Я протяжно выдыхаю и, какое-то время ещё просидев на камне, поднимаюсь, ибо мы ещё не закончили.
Оглядываюсь. Качаю головой.
— Ну, мои чуваки. Давайте латать План, — разминаю плечи, — Спасём гордость бедолаги Абхея.
На этом инцидент с одержимостью Королевой Фей был закончен.
А Катя, кажется… полностью расцвела в моих глазах.
Мда.
* * *Спустя неделю. Академия.
На удивление, в таком технологичном и магическом месте как Великая Международная Академия… не было защиты от солнца. Максимум на что ты мог рассчитывать — шторы! Обычные шторы! Здесь пространство расширяется, здесь целые обсерватории и зоосады помещаются на мелких клочках земли! Но солнце?.. Держите шторы и проваливайте. А с учётом, что некоторые старые учителя запрещают их закрывать…
В общем, сегодня такой день и был — крайне солнечно, крайне мучительно. И среди всей ноющей подготовительной группы, меньше всех страдала, ну конечно, Лунасетта.
По этой же причине в течение дня её практически никто и не видел — зонтик она не закрывала просто потому что не любит солнце, и всегда от него прикрывалась. А вместе с тем — и уходила от внимания практически всей шко…
— Эй, Князева, — услышала она голос за спиной.
И признаться честно… это на секунду ввергло её в ступор. Она узнала кто это, и совершенно не ожидала, что её не просто в принципе найдут, а что это будет именно она.
Лунасетта поворачивается и видит Екатерину Синицину.
— Ого. Нечасто меня находят, — улыбается Луна.
— Пришлось научиться.
— И… можно спросить как?
— Чтобы ты это учитывала? Ага, мечтай, — едва не фыркнула Катя, смотрящая едва ли не прямо в глаза российской принцессе.
Луна же ответила прямым взглядом, смотря на крайне изменившуюся, даже нахальную девочку. Куда-то подевалась её неуверенность, куда-то спрятался страх. Он всё ещё был, но его будто зарыли так глубоко, что теперь на лице Кати лишь безразличие, и страх уже никто не спрашивает.
Она поменялась. То ли сразу после инцидента, толи после недели раздумий в медпункте.
— Хочу… сказать спасибо, — чуть промедлила Катя.
— О как. Продолжа-а-ай. За спасение? — улыбнулась принцесса.
— За то, что ты поганая красивая стерва, воровка и самоуверенная дрянь, — выпалила Катя, совершенно не меняясь в лице.
Это было настолько неожиданно, что Луна задорно вскинула бровки!
— Ты очень вовремя напомнила, что в жизни просто не бывает. Хочешь лучшее — будь лучшей. Может кому-то и везёт, но не мне. Значит я буду прилагать в десять… в сто раз больше усилий. И всё благодаря тебе. Спасибо. Ты сама выкопала себе могилу.
— Ха-ха, даже тааак? И к чему такая безусловно крутая и пафосная речь, Синицина? — улыбнулась Лунасетта Князева, — Хвастаешься?
— Предупреждаю. Сейчас у меня не выйдет, но поверь… скоро, если ты продолжишь лезть — я тебя уничтожу. И я постараюсь чтобы это «скоро» наступило очень быстро.