Наномашины, Анафема! Том 11 (СИ)

Да и в конце концов — пафосный чёрный значок и ещё больше статуса, плюс Барон. Я только за!
Но осталось найти добровольцев.
И кто вообще согласится, зная, кто такой Барон, и кто такие мы? Вопрос очень хороший.
* * *
В то же время. Дополнительные занятия по фехтованию.
Раздавался крик учеников: «Ха! Хыа!»
Слышался звон стали: «Кланк. Тунц!»
  
Периодически мелькала магия: «Вжум-м! Бах!»
Спарринги, отработки, тренировка. Фехтовальщики тренировались в совершенно разных направлениях, начиня от отработки позиция на деревянных мечах, заканчивая контролем проклятых мечей. Да даже из лука стреляли! Да, это тоже в этом кружке, ведь по факту он не про фехтование, а про оружие в целом. Его фехтованием для удобства называют.
И единственной, кто сидел на лавочке, безучастно наблюдая за прогрессом и весельем других… была Суви.
Прошло уже больше месяца, как она сюда записалась. Вначале ей было очень интересно, ведь она видела, как умело управляется с мечом её отец, и она подумала, что это понравится и ей. И первую неделю действительно было очень увлекательно! Всё такое новое, сложное, необычное. Мечи, артефакты, оружия… девочка прям радовалась выбору!
Но с каждым днём она всё больше и больше из активного участника кружка… пересаживалась на скамью ожидающей. Она всё чаще слышала: «Прости, Суви, но сегодня мечи не поступили. Поизучай теорию». Всё больше про неё забывали учителя.
И всё меньше смысла было ходить на этот столь интересный маленькой девочке урок.
Она ломала мечи. Срывала тетиву с лука. Крошила древки копий. Она крушила абсолютно всё. И ей просто перестали что-либо давать, ведь она… не способна тренироваться как другие.
Все, конечно же, осознали её феноменальную силу! Но что с этим сделают именно фехтовальщики? Ну как они ей помогут? Ведь пока Суви ломает всё к чему прикоснётся — её банально невозможно научить. А она ломает. Артефакты, деревянные мечи, стальные. Так или иначе — она просто уничтожает резервы. Учителя советуют ей пойти в рукопашный бой, на военное дело, да даже в спортивный кружок! Там она раскроет весь потенциал!
Но Суви хочет именно этот кружок. Не спорт, не рукопашный бой. Именно этот. И пока остальные радуются, живя полную интересную жизнь, она сидит на лавочке, безучастно за ними наблюдая.
Как в кружке, так и в жизни.
И ничего она со всем этим поделать не может. Ни рассказать, ни заплакать, ни решить.
Ничего.
Всё. Всё… проходит без неё.
— Чего стоишь там? — вдруг неожиданно сказала она, казалось бы, в пустоту, пока смотрела на тренировки других детей, — Выходи давай.
— Ну надо же… меня что, из принципа все научились замечать? — хмыкнула Лунасетта, — Ну ты-то как?
— Услышала шаги.
— Но ведь я хожу очень тихо, — вскидывает Луна белые бровки, подходя к кореянке.
— Не тише Миши. А я научилась его слышать. Я всегда знаю, когда ты рядом.
— Ого, даже так… а я думала у меня слух хороший.
Суви говорила не глядя на девочку. На лице кореянки не было какой-то эмоции, скорее полное безразличное ожидание… чего-нибудь.
Хоть чего-нибудь, где она бы не сидела в стороне.
Лунасетта подошла к ней и села на ту же лавочку, прикрываясь от назойливого солнца на тренировочной арене.
— Чего такая грустная? — спросила Князева.
— Не грустная…
— Весёлые девочки в одну точку не смотрят, обхватив колени.
Суви нехотя опускает взгляд и замечает, что действительно сидит, поджав под себя колени, и действительно просто смотрит в одну точку уже вот полчаса. Она практически не слушает звуков вокруг, не интересуется происходящим. Она просто смиренно ждёт, когда всё это закончится.
И на вопрос Луны она тоже не отвечает, лишь переводя взгляд в другое место.
— У тебя признаки начинающейся депрессии, дорогая, — говорит Князева, — Это плохо.
— Пройдёт…
— Будешь сидеть и ждать — не пройдёт. Так только жизнь мимо проходит.
Последние слова задели что-то внутри Суви. И она просто неожиданно…
Заплакала.
— Д-да что я сделаю? Что. Я. Сделаю⁈ — пробормотала она, скрывая лицо в колени, — Я не знаю. Я ничего не знаю! Сижу как дура. Хожу за всеми как собачка. Сама ничего не могу!
Её грудь подрагивала. Видно, что она не ревёт, но очевидно, что слёзы сдержать не смогла. Долго она копит обиду от участи второго плана, долго затаивает ревность и разочарование в самой себе.
И, наверное, потому что Лунасетта — совершенно незнакомый левый человек, поэтому она и смогла выговориться только ей.
— Пока остальные… я… я просто… — сжала она ноги ещё сильнее, всхлипывая в колени, — Мне сказали не ходить как хвост. И в итоге… в итоге я просто… поняла что никто и ничто. Я просто… просто… п-при… придаток…
Суви плакала впервые с того дня, как чуть не погибла при пожаре.
Впервые.
— В итоге я попыталась… сделать как сказали… но всё равно… всё равно и здесь бесполезна! — дрожащим и прерывистым от плача голосом говорила она.
— Попроси помощи.
— Все опять поймут, что я неинтересный, бесполезный человек! Что ничего не могу сама! — она повысила голос.
Кажется, её плач усилился, и она вот-вот заревёт. Её грудь тряслась чаще, голос уже давно сорвался. Лицо у неё наверняка уже очень и очень мокрое.
Лунасетта же лишь вздохнула.
Она оглядела тренировочную площадку, где все будто нарочно игнорировали Суви, затем на стенд с оружием, где действительно виднелся недостаток в запасах, и потом глянула на девочку, что очень тихо плакала, закрыв от всех своё милое лицо.
— Тебе же сказали быть личностью, а не спрятаться от всех, — сказала Князева.
— Ч-что? — она нехотя подняла зарёванное, насквозь мокрое лицо.
— Разговор у вас тогда шёл не про самостоятельность, а про личность. Думаешь Миша дофига идеальный и всё решает сам?
— Д-да! Да! — уже злобно выпалила Суви, — Миша — идеа…
Луна достаёт телефон и показывает видео. Запись плохая, с большим приближением, да и звук перебивается шумом столовки, но всё же разговор подслушать можно.
Там вчерашний момент, где Максим спрашивает про статус отношений Миши и Кати. Слышно и ответ Кайзера, и совет его друга.
— Этот болван без подсказки даже не понял, что у тебя что-то не так!
— Н-не понял?.., — Суви с шоком смотрит на видео, — Т-ты… ты хочешь выставить его в плохом свете⁈ Это… — растерялась она, — Это потому что… все ошибаются! И… и хорошо, когда тебе могут вот так подсказать! Для этого друзья и нужны! И… и у Миши — хорошие друзья!
Луна вскинула брови, наклонила голову и указала ладонью на кореянку, настойчиво смотря ей в глаза.
Суви уверенно смотрела в ответ. Не понимала. Думала. Уже начинала злиться и…
— А-а-ах! — ахнула она, вскидывая чёрные бровки.
— Если твоему кумиру нужна помощь, то чем ты хуже? Скажи, он же не стал от этого менее интересным человеком?
— Н-не стал…
— Он же тебе всё ещё нравится?
— Нравится!
Луна вновь повторила ровно тот же жест, напирая на Суви самой достроить логичную цепочку. И в этот раз вышло быстрее, почти сразу. Ведь Суви-то — не глупая. Правда не глупая. Она просто запуталась.
И её сейчас активно распутывают.
— Ну и мудрость на добивочку. Если человек не сдаётся — это куда больше говорит о его характере, чем просьба помощи в трудном деле, — выдохнула Лунасетта Князева, пряча телефон, — Да и ты видела, как он переполошился, когда узнал про тебя? Ха-ха! Видела же?
— Я… да… в-видела… — пробубнила Суви и, всхлипынув в последний раз и вытерев слёзы, не сдерживает радостную после плача усталую улыбку.
— На этом я ретируюсь. Дальше что хочешь — то и делай. Ты же хотела стать личностью? Тебя вон там, Кайзер ждёт, сам не знает что делать, — и Луна развернулась, начиная шагать в сторону выхода, — А, и по поводу клинков… ты-ж богатая, просто попроси чехол с пространственным карманом и кучу серийных оружий. Сломался — выкинула. Я тоже так делаю. Богатые девочки должны пользоваться состоянием своих мужчин, ха-ха! Заодно привыкнешь просить — у папы проще, — она помахала ладошкой, — Чао.