Наномашины, Анафема! Том 11 (СИ)

Ужас. Демоническое вторжение… вызвало в них животных, парализующий ужас.
Спасая людей, они погибнут сами.
Они уже это приняли.
— ЕЩË ТРОИХ, И МОЖНО КУША…, — загремел демон, задирая ногу над первой жертвой.
Но опустить он её уже не смог.
Чёрная, огромная лапа схватила её со спины.
— ХМ⁈ КТО ЭТО ТУТ ТАКОЙ УМ… ГРА-А-А!
Уверенный в своей силе и доминации, он никак не ожидал, что его просто поднимут и вобьют в землю как мешок с дерьмом. БАХ! Огромная туша крушит под собой кирпич, превращая его в пыль!
  
Тут же завыл ледяной ветер, а температура вокруг начала стремительно опускаться, покрывая землю инеем. Тварь открывает глаза с горизонтальными зрачками, видит передо собой… белоснежный рогатый череп с горящим голубым огнём в глазницах.
— Т-ТЫ ЕЩË КТО ТАКО…
Вендиго хватает его за голову одной рукой, второй распарывает от шеи до паха, и одним движением вырывает череп вместе с хребтом, поднимая громкий хруст на всё поле битвы!
Люди застыли ещё больше. Теперь они не понимали вообще НИ. ХРЕ. НА.
А крыса и карлик тем временем окончательно подошли.
— Кхм! — кашлянула антропоморфная крыса на двух ногах, поднимая лапы-руки, — Возрадуйтесь, ибо вам несказанно повезло-повезло! В час великой нужды и отчаяния, вы были благословлены нашим господином! Вы сражались достойно-достойно, теперь же исход битвы решён-решён! Ибо сейчас явится Он!
— К-кто?.., — дрожащим шепотом спросил человек.
Крыса застыла.
Она… забыла сценарий. Хорошо, что был балахон, и её выпученные от шока глаза никто не увидел.
Но в этот момент пришёл тот, кто сценарий и придумал.
Среди поля отчаяния, кровавой битвы и гарантированного проигрыша полчищам демонов, когда надежды уже не осталось, и когда зло должно было победить, появился он…
— Король Чудовищ, — послышался двоящийся голос на наречии, которое ты и понимал, и нет, — А ещё лесов, призыва, крыс и чумы.
Люди медленно переводят взгляд. Рядом с ними стоял… ребёнок. Скорее даже подросток. В какой-то белой накидке, с энергетической змеёй из чёрной жидкости на шее, и в ужасающей рогатой маске, что шевелилась вслед за его мимикой словно и было его настоящим лицом.
Голубыми глазами с вертикальными зрачками он внимательно смотрел на чудом живых военных. Израненных, перепуганных, уставших и уже отчаявшихся. Но… спасённых.
Демон без лица, которого сбили копьём, пришёл в сознание и уже поднимался. Мальчик переводит на него взгляд, внимательно смотрит, и… на лбу ребёнка открывается разрез, обнажая ещё один глаз! И демон застывает! Его словно парализует, сковывая тело!
Бах! Золотое копьё снова попадает ему в висок! Каким бы ни был этот мелкий мужик — он кидал ОЧЕНЬ сильно!
Демон завывает и падает, а его ужасающая улыбка, с которой он радостно пытал людей, куда-то пропала.
— Что, не весело уже? – пошёл на него самозванный Король Чудовищ.
— Т-ты… говоришь на нашем языке… управляешь крысами… владеешь этим сраным глазом…, — рычал дрожащий демон, пытаясь подняться, — Я знаю кто ты… знаю! Что ты здесь забыл⁈ ПОЧЕМУ ТЫ ЗДЕСЬ⁈
— Пришёл дарить Веру людям, — пожал он плечами, подходя к жертве, — Вера — сильное оружие, сильнее пули. Вера — лучший друг. Вера — то, что вас, тварей, когда-то запечатало. И увы, дарить веру вам, демонам или ангелам, нет смысла — вы не входите в это уравнение. От вашей веры мне толку нет.
И Король Чудовищ встаёт прямо над лежащим демоном. Тот поднимает испуганные глаза, и видит… лишь широкий оскал двух рядов зубов.
— Но я пришёл и ради вас, — длинный язык облизывает его разрезы на губах, — Вас я пришёл… жрать.
Его пасть раскрывается, и он за один укус отрывает половину демонического черепа!
Раздаётся хруст, чавк, и враг падает! Но не умирает — он продолжает дёргаться, ибо даже это не убьёт демона окончательно. Эти твари возродятся в Бездне — нет инструментов избавиться от них окончательно!
Но видимо… нет у всех, кроме Короля Чудовищ.
Он выставляет руку и вытягивает энергию из разорванного поперёк черепа, закручивая её в жемчужину на ладони. И демон перестаёт дёргаться. А следом… не исчезает, как было со всеми демоническими трупами до этого.
Он умер. Окончательно.
— Ха-а-а… — протяжно выдыхает ребёнок.
И одним движением он крошит этот жемчуг, начиная поглощать энергию и медленно поднимать руки. С каждым сантиметром подъёма его ладоней земля дрожала всё сильнее, а гул под ней становился всё громче. Заваленные обломками канализационные люки начали дрожать, выбиваться, а затем… бам! Они срываются, и поток крыс вырывается из своих подземных городов! Целые реки пищащих грызунов, практически орды!
Мальчик со вздохом опускает руки, когда мелкие существа начали заполонять улицы. Он оглядывается, а затем поворачивается на людей.
— Я не враг. По крайней мере сейчас, — он указывает на орду грызунов, — Крысы укажут, где выжившие. Собирайте и защищайте.
— А демоны?..
— А демонов сожрём мы, — разворачивается он, запрыгивая на поставленную лапу трёхметрового вендиго.
И горбатая крыса в балахоне подходит к воякам, передавая им… что это? Листовка? Ну да. Обычная агитационная листовка про Короля Чудовищ. И реферальная ссылка на задней стороне. Кьюар-код!
Что за…
— Король справедлив, силён и призывателен. А ещё он даёт сыр! Великий-великий Король… — кивала крыса, пока его божество отгрызало череп вопящему от ужаса огромному демону, — Можете не верить. Но вы скоро всё увидите, — разворачивается она, начиная отдаляться, — Просто судите по делам. Деяния-деяния — вот что заставит вас уверовать в бога нашего!
— Но боги… мертвы… — от неверия процедил один из людей.
И крыса, повернувшись на людей, лишь снисходительно вздыхает, издавая писк, похожий на ухмылку.
— Бог рождается прямо на ваших глазах, — похлопал он по листовке.
  
Глава 15
 
Я не знаю, когда это началось и в какой момент пошло не по сценарию. Возможно, с самого начала. Но первый признак я заметил лишь только сегодня.
— Что… вы сказали? — медленно повернулся я.
Суккубы и инкубы, которых я породил в Германии, собрались в том же подвале ресторана, где и происходила инициация.
— Ну, так случайно вышло, что… — говорила почему-то Эскофье, — В общем, за то время, что вы за нами не следили, мы случайно… ну так вышло… что две семьи порушили. М-мы… жен увели, и там такие мужья, что… не простили в общем. Ну и… из-за нас развелись. У одних был ребёнок — с отцом остался.
Я совершенно без эмоций смотрел на склонивших голову одержимых. Они молчали под моим тяжёлым взглядом. Правда тяжёлым. Я очень редко так смотрю. Но сейчас почему-то… не мог сдержаться.
— «Вы»?.., — едва не процедил я, — Вы все разом трахали одну жену, а затем вторую, или что?
— Н-нет. Ну… контрактник был, очевидно, — оправдывалась Эскофье.
— Тогда какого хрена говоришь сейчас ты, а не он?.., — голос переходил в рык, отчего француженка дрогнула, — Кто. Это. Сделал?
И вздохнув, шаг вперёд делает один из инкубов. Я не видел в его глазах особого раскаяния или сожаления, что он нарушил один из наших основных постулатов, что разрушил две семьи, чьё горе превратилось в мою силу.
Нет, он явно не сожалел.
— Я, господин, — прямо сказал он, поднимая голову, — Это был я.
— И почему же так вышло? — перевожу взгляд.
— Потому что… такова моя природа, наверное, — пожимает он плечами, — Они желали, я не мог отказаться. Прошу прощения.
  
— А почему смогли все остальные? Думаешь у них не было таких вариантов?
— Ну-у-у… — он допускает лёгкую ухмылку, — Наверное, воля Похоти во мне сильнее, вот и всё. Мои братья и сёстры молодцы. Я хуже. Те две дамы страстно меня умоляли! И если бы не я, то они бы всё равно вызвали кого-то не из нашей…