Землянка для эллионцев: спасти вселенную! (СИ)

— Сейчас я покажу, что на самом деле прекрасно.
Пока я размышляла, Касс обернул меня в халат и уложил на кровать.
— Видишь планету? Это Мирасиус, — указал он на гигантский диск прямо над нашими головами. — Капитан сообщил, что мы вышли на его орбиту.
— В океане много хрома и водорослей, — сорвалось с моих губ, будто я откуда-то знала наверняка.
Касс удивленно посмотрел, а потом кивнул:
  
— Так и есть. А в атмосфере недостаточно кислорода, чтобы заселить Мирасиус гуманоидными расами. А ведь тут могли бы организовать курорт или эко-город. Сейчас это лишь мертвый шар.
— Эх жаль. А я думала, мы спустимся на поверхность, — прошептала я.
Касс хитро посмотрел на меня.
— Спустимся, если изменится состав атмосферы и почвы.
Я нахмурилась.
— Такое возможно?
— С тобой — да.
Касс неожиданно накрыл мой рот поцелуем. Чувственным. Нежным.
И в этот миг я ощутила, как будто сама планета дышит через меня.
Приоткрыла глаза, когда в легких закончился воздух, втянула его через нос и вдруг растворилась в темно-зеленом океане над головой.
Почувствовала, будто он коснулся моей кожи, и как токсичный оксид хрома — да-да, я откуда-то это знала, что это было именно это вещество — распадался.
Как очищалась вода. Как распадались мириады ядовитых соединений.
Как зазвенели молекулы воздуха, разгоняясь, принимая в друзья освободившийся после реакции кислород.
— Вита! Вита, — звал меня Касс сквозь пелену.
Но я уже мысленно неслась над поверхностью Мирасиуса. И чувствовала безумную усталость.
— Элиэни!
Перед глазами вновь была каюта межпланетного крейсера. Мирасиус больше не виднелся в потолочный иллюминатор, теперь его кусок выглядывал в окно на стене. Планета проплывала под кораблем.
— Что произошло? Касс… я словно облетела всю планету! Словно сама ненадолго ею стала…
— Все хорошо, моя элиэни. — Касс прижал меня к себе и принялся гладить по волосам. — Ты совершила чудо, планета стала безопасной. И пригодной для разумных гуманоидных рас. Все благодаря твоим способностям, Вита.
— А что если там были какие-то живые формы, и я все сломала? — испуганно спросила я. — Бактерии или грибы…я не знаю. И вообще… разве я могла повлиять на целую планету?
— Землянки после близости с мужчиной способны к созиданию в масштабах вселенной. К созиданию и разрушению, — серьезно ответил он, без капли привычной смешливости. — Это две неразделимые стороны одного процесса, как день и ночь на планетах Конфедерации. Погоди.
Он нежно поцеловал меня в шею и взял с тумбы около кровати тонкий прозрачный планшет. Вызвал мультиблок. На экране высветилась информация о планете.
— На Мирасиусе не было зафиксировано органических форм жизни. Ни одним прибором, я изучил информацию еще до полета. — Касс прижал меня к своему крепкому боку и поцеловал в висок. — Если ты и сделала что-то с этой планетой, то починила ее, а не наоборот.
Я глубоко вдохнула и прислушалась к себе.
— Разве я могу такое?
— Конечно, мы же уже обсуждали. И я был уверен, что ты знаешь, на что способна, — тихонько произнес Касс, поглаживая меня по спине. — Ничего страшного не случилось. Наоборот. Произошло чудо. Ты — чудо.
— Мне сложно в это поверить, — сказала я.
Я ужасно смутилась, вспомнив, что сейчас происходило, каким Касс был нежным и властным, а я… откинулась в какой-то полуобморок!
Касс тепло улыбнулся и провел тыльной стороной ладони по моей щеке, очертил подбородок, коснулся большим пальцем нижней губы.
— Когда ты была с Андаром, а потом на правительственном корабле, помнишь? — нежно спросил он.
Я кивнула, не понимая, к чему он ведет.
— Тогда увял огромный сад, — объяснил Касс.
— Ты тогда говорил, что мои эмоции — причина гибели сада. Но я не особенно этому поверила… да и не думала, что топливо для этого — близость с Андаром.
— Моя элиэни, моя землянка, которая не знает собственной природы, — нежно с надрывом проворковал он. — Ты получила необходимый заряд. И тогда он пошел на разрушение. Ту же силу можно пустить на созидание, во благо вселенной, — спокойно объяснил Касс. — А игоши? Ты превратила опасного хищника во всеобщую любимицу. Подавила ее инстинкты.
— Может, вы просто раньше не пробовали дрессировать игоши? — неловко возразила я.
Касс усмехнулся.
— Ой ли! Думаю, дело всё же в тебе, Вита. Вспомни, когда привезли Розочку… Мы были у бассейна, наслаждались друг другом. Пускай и не в полной мере, но, похоже, этого хватило для того, чтобы изменить мелкую тварюшку.
— На Земле меня бы приняли за сумасшедшую, если бы я просто допустила мысль, что такое возможно!
И все же я недоумевала. Внутри боролись противоречия. Мне хотелось верить Кассу. И в то же время я не могла безоговорочно принять подобную… магию? Физику? Психокинетику? Свою силу…
— Ты давно не на Земле, моя сладенькая, — нежно и одновременно твердо проворковал Касс и погладил меня вдоль позвоночника, помассировал шершавыми пальцами ямочки на пояснице. — Пора поверить в себя.
  
Глава 37
 
Гроза в сердце
 
Спустя несколько часов у меня поднялась температура. В компании Розочки я заявилась в медицинский отсек и попросила доступ к капсуле. Медик отказал, ссылаясь на отсутствие необходимости.
— При столкновении с вестеранцами бывает всякое, поэтому оборудование есть на каждом межпланетном корабле. Но капсулу применяют при жизнеугрожающих состояниях. И то, желательно, не чаще раза в год. А мелкие повреждения можно устранить с помощью стилуса. — И он продемонстрировал прибор в виде карандашика на проводе. — На что жалуешься, Вита?
— Горло опухло, нос не дышит, лихорадит… Еще сердце колотится, будто из последних сил. — Я потерла под грудью, но боль не утихла. Сердце ныло не столько от жара, сколько от сомнений, а не нарушила ли я что-то в той планете, не испортила ли правильный ход вещей….
— Тебе потребуется немного времени, чтобы набраться сил и восстановиться, — заключил медик. — Ты проделала огромную работу. Теперь на Мирасиусе можно жить.
Касс ворвался в медицинский отсек ураганом.
— Вита, элиэни! — Он сгреб меня в охапку. — Где болит? Ты так сладко спала, я не хотел тебя будить и отлучился всего на минутку.
Я замахала свободной рукой, и молча показала на шею.
Касс свирепо посмотрел на медика и велел:
— Готовь капсулу. Почему Вита еще не там?
— Ей просто нужно отдохнуть, смертельных повреждений нет, — заспорил тот. Его кожистый хвост заходил из стороны в сторону.
Касс не двинулся и не сказал больше ни слова, но у него на ушах выступили острые кромки.
— Я брызну регенератор в горло, — тут же согласился медик.
— Спасибо, — прохрипела я.
Касс подхватил меня на руки, отнес в каюту и больше не отходил ни на минуту. Аккуратно улегся рядом, обнял со спины, как в моих давнишних снах и ласково поглаживал. Я же не выпускала из рук Розочку, пушистый комочек счастья. И то и другое точно поднимало настроение, а значит, ускоряло мое восстановление.
Розочка ворчала, сопела. Касс шептал мне на ушко что-то неразборчивое. В такой заботе я и уснула, а когда проснулась, Касс предложил мне посмотреть на результаты своей работы самой.
Крейсер завис на орбите, и мы с Кассом спустились в шаттле к поверхности.
С высоты планета напоминала изумрудный шар, опоясанный океанами и серебристыми облаками.
Мы сошли с шаттла на узкую полосу темного песка. Я боялась вдохнуть полной грудью, но воздух оказался свежим и прохладным.
Океан перед нами переливался чистыми зелёно-голубыми оттенками. Ни следа той ядовитой мутной пленки, что покрывала воду раньше. Вместо токсичных водорослей сквозь прозрачную толщу пробивались первые ростки светящихся водных растений.
  
Я закрыла глаза и прислушалась. Внутри было ощущение тихого звона, будто сама планета дышала свободнее.
— Значит, это правда я?.. — шепнула я.