Полуночное венчание

С самого утра я чувствовал себя не в своей тарелке.
Ровно в пять утра, игнорируя раз и навсегда заведенные мною правила выходить на прогулку в полседьмого, меня с грозным рыком разбудил Ланселот.
Огромный мраморный дог, своим ростом напоминающий взрослого теленка, отличался исключительно добродушным нравом и донельзя миролюбивым характером.
Он никогда никого не укусил и даже не думал кусаться.
  
Комочек серой шерсти в картонной коробке был подброшен полгода назад под мой автомобиль, припаркованный возле места работы — Следственного управления города Химки.
Эта коробка чуть не вызвала приступ паники у меня и моего напарника Константина Желудева, когда, подходя к своей «Шевроле Лансер», я заметил что-то лишнее под ее днищем.
Во всех криминальных боевиках именно так выглядит самодельная бомба, со смертоносной мощностью способная разорвать не только всех пассажиров автомобиля, но и мимо проходящих прохожих.
Я в то время расследовал дерзкий налет парочки недружелюбно настроенных кавказцев на салон сотовых телефонов.
Только одно слово «расследовал» — и расследовать там было нечего.
Двоих молодчиков задержали на месте преступления силами охраны соседнего магазина.
Грозные джигиты пошли на дело с игрушечными пистолетами и даже не потрудились скрыть свои лица от всевидящего ока видеокамеры.
В камере же предварительного заключения они грозили немыслимыми карами и кровной местью мне, якобы повинному в их незавидном положении.
Грозили-грозили, а на следующее утро под моей машиной появилась странная картонная коробка.
Было чего испугаться.
Вызванный сапер с овчаркой Джулли, которая гавкала не переставая на автомобильный презент, представил моему задумчивому взору маленький комочек серой шерсти — трогательного наивного щеночка с умненькими глазами.
Так у меня и появился Ланселот, имя он получил не в честь доблестного рыцаря круглого стола, а по марке автомобиля «Лансер», куда и был подкинут.
Кто это сделал и, главное, зачем, мне уже было не важно.
С Ланселотом мы быстро подружились, но я и не ожидал, что из маленького щенка всего за полгода способна вырасти такая огромная лошадь шестьдесят пять сантиметров в холке.
Глупый щенок, несмотря на свои впечатляющие габариты, очень любит ластиться ко всем, что иногда выглядит очень пугающе.
Представьте себе, гуляете вы на улице с маленьким той-терьером, размером с кошку, как откуда ни возьмись на вас по дороге летит огромный мраморный дог.
Намерения Ланселота не выдает его оскаленная пасть и горящие глаза, а ведь он всего лишь хочет познакомиться и обнюхаться с тойчиком. Кусать его, а тем более хозяина, он совершенно не планирует.
За догом на поводке (не ясно, кто кого выгуливает) лечу я, следователь Иван Еремин, и кричу, чтобы прохожие не боялись «собачку».
Особо впечатлительные бабульки падают в обморок при виде моего «Баскервиля».
Мы с Лансом сразу договорились: чтобы не разрушать мой быт старого холостяка, утром мы с ним гуляем по будильнику в шесть тридцать.
Ему вполне хватает времени сделать все свои дела, а мне на свежем воздухе перед моей «собачьей» работой выкурить одну-две сигареты.
Сегодня же часы предательски показывали пять ноль-ноль, а Ланс прыгал и скулил возле моей кровати, всем своим видом показывая, что ему уж очень срочно надо «пи-пи».
Сонный, недовольный, я вышел во двор и заметил, что второму моему боевому коню — красавцу «Шевроле Лансеру» — тоже нездоровится.
Какие-то отморозки разбили лобовое стекло и вытащили недавно купленную аудиосистему.
Интересно, а почему сигнализация не сработала?
Хотя я вчера вечером так быстро выключился, что даже если бы под моими окнами кого-либо убивали, я бы ничего не услышал.
Настроение было окончательно испорчено, я представил себе, сколько вместе с установкой стоит новое лобовое стекло и аудиосистема.
Вот придурки, не могли боковое выбить, оно дешевле стоит.
Чем это они, интересно, постарались такое учинить? Я не удивлюсь, если бутылкой пива.
Район, где я обитаю, считается не вполне благополучным.
Но практически все соседи знают, что я работаю в органах и что со мной живет верный песик, способный защитить хозяина и все его имущество.
Кроме утра был испорчен и весь промозглый осенний день.
Вместо верного авто мне пришлось ехать до работы в Управление на общественном транспорте. А переполненные маршрутки в час пик — это еще то удовольствие.
Приехав в самом скверном расположении духа на работу, я хмуро кивнул напарнику Косте Желудеву.
— Привет, Вань, что такой не в духе? — спросил Костя.
— Ой, даже и не спрашивай, не удивлюсь, если сегодня еще какая гадость случится. У моей ласточки лобовуху разбили, ауди вытащили.
— Вот скоты! Ну а кто это сделал, ты, конечно же, не знаешь.
— Догадываюсь.
— Да, надо твой настрой поднимать, пойдем кофейку выпьем. Напротив обалденное кафе открылось, — залебезил передо мной Костян, ему явно что-то было нужно от меня.
— Пойдем, только быстро, пока Семеныч не пришел.
Подполковник Сергей Семенович Неумывайко, или, как мы его за глаза называли, Семеныч, был грозой всего Управления и всех преступников района. За добродушным, неким глуповатым взглядом карих глаз скрывался железный непробиваемый характер. За какие-то четыре месяца назначения на пост он умудрился «построить» стальной рукой весь коллектив. Его боялись, его ненавидели, но вместе с тем все признавали его профессионализм и авторитет и искренне уважали.
«Обалденное кафе» в интерпретации Желудева оказалось обычной закусочной с пластиковыми столами и стульями и безвкусным кофейным напитком в картонных стаканчиках. Назвать предложенную коричневую бурду благородным словом «кофе» было невозможно.
В поисках свободного места мы с Костей кружили по тесному залу. У меня в руках были два стакана с кипящим кофе, Костик придерживал на подносе два завернутых в белую бумагу бутерброда с колбасой.
Завидев свободный столик, я на всей крейсерской скорости рванул к нему, но тут в самый напряженный момент в кармане моего нового стильного пальто резко и требовательно зазвонил мобильник. Мелодия «Полет Валькирии» у меня ассоциируется только с начальством.
Даже не вытаскивая из кармана телефон, можно было догадаться, что звонит Семеныч.
От внезапного звонка стаканы с кофе пошатнулись, и всей своей кипящей сущностью пролились на мое бежевое пальто.
Теперь с огромными темными пятнами на светлом фоне я больше всего был похож на далматинца-переростка, да и ошпаренные кипятком пальцы не приносили особой радости.
Кое-как пристроив уже пустые стаканчики на ближайший столик, я ответил на звонок.
Конечно же, это был он — всесильный и всемогущий Сергей Семенович.
— Добрый день, Иван Андреевич, объясните мне, пожалуйста, почему вы находитесь в разгар рабочего дня не на своем месте? — раздался из «Нокии» звучный глас начальства.
— Добрый день, я уже практически на рабочем месте, я вышел на секундочку за кофе, — принялся оправдываться я.
— За кофе? А чем же кофе в нашей столовой вас не устраивает? Надеюсь, вы уже успели оценить сей благородный напиток и наконец-то сможете приступить к своим прямым обязанностям?
— Да, да, конечно.
— Через пять минут жду вас в моем кабинете.
Трубка замолчала.
Да, день сегодня великолепный, ничего не скажешь.
Прелесть благородного напитка, оцененного по достоинству лишь моим новым пальто, предательски растекалась уже по подолу.
— М-да, как уж тебя угораздило?
Конечно, это был участливый Костик. Он, видать, родился под счастливой звездой, всегда за прогулы ловят только меня. Даже когда мы учились вместе с Желудевым на юрфаке, получал за его проделки только я. Костик же вечно выходил сухим из воды.
  
Сам Желудев называл свою удачливость «Законом кармы», а тут, как говорится, ничего не попишешь.
Быстро скинув испорченное пальто, я уже через несколько минут оказался в кабинете всесильного начальства.