Златая цепь на дубе том
Пожар вспыхивал то в одном месте, то в другом — войска не могли всюду поспеть. Из-за этого противостояние растянулось на много месяцев. Сложилась странная ситуация, при которой в городах удерживалась царская администрация, а сельская местность в основном контролировалась повстанцами.
Русское правительство приняло решение перейти от увещеваний к суровости. На территории, охваченной «беспорядками», было введено чрезвычайное положение. Начали действовать военно-полевые суды, имевшие право казнить тех, кто захвачен с оружием в руках. Всего в Польше и Литве было произведено около 400 казней и не менее 10 тысяч человек отправились в ссылку или на каторгу.
Для подавления восстания было введено 220 тысяч солдат. Противостоять мощи всей Российской империи сторонники польской независимости не могли. Постепенно их ряды таяли. Кто-то погиб, кто-то сложил оружие, многие эмигрировали.
Царство Польское переименовали в «Привис-ленский край» и приравняли к территории остальной России. Административно край теперь делился на десять обычных губерний, всё делопроизводство в них русифицировалось. Преподавание в школах могло вестись только по-русски.
«Польского вопроса» эти драконовские меры, разумеется, не разрешили.
Завоевание Средней Азии
Очередная попытка добраться через пустыни до среднеазиатских ханств была предпринята в конце правления Николая I, в 1853 году, когда генерал-губернатор В. Перовский с боем взял ко-кандскую крепость Ак-Мечеть. Однако дальше он не пошел, потому что в Европе началась большая война.
Продолжение последовало 11 лет спустя, когда высвободились войска, занятые на Кавказе и в Польше. В 1864 году русские военные отряды оккупировали еще один кусок Кокандского ханства. Присоединенную область возглавил генерал-майор Черняев, человек честолюбивый, авантюрного склада. В 1865 году он, действуя по собственной инициативе, взял Ташкент, получил полное одобрение Петербурга и в 1866 году напал на ханство Бухарское. Но сил не хватило, пришлось отступить.
Экспансию это остановило ненадолго. В 1868 году туркестанский генерал-губернатор Кауфман разбил бухарскую армию и навязал обоим ханствам, кокандскому и бухарскому, вассальный договор. Главной экономической целью захвата был доступ к среднеазиатскому хлопку, необходимому для быстро растущей российской текстильной промышленности. Поскольку эта задача была выполнена, экспансия временно остановилась.
Дальнейшее ее развитие было вызвано уже причинами сугубо имперскими. Соперничество между Петербургом и Лондоном за первенство в Азии побуждало обе стороны двигаться всё дальше и дальше: англичан — из Индии на север, русских — на юг.
Британцы готовились вторгнуться в Афганистан, поэтому русские, чтобы не опоздать, атаковали Хивинское ханство. В 1873 году оно было завоевано.
Туркмения будет оккупирована уже при Александре III.
Балканская война
Славянские и православные области Турции боролись за свою свободу, и Россия это движение всячески поддерживала.
Сербия и Черногория, формально признавая верховную власть султана, уже несколько десятилетий существовали совершенно автономно; в 1867 году Турция даже вывела оттуда свои гарнизоны. Дунайские княжества Валахия и Молдавия объединились в единое румынское государство и в 1866 году выбрали собственного монарха-господаря, которым стал немецкий принц Карл из династии Гогенцоллернов-Зигмарингенов. Румыния считалась автономией, но Болгария никакого самоуправления не имела, и национально-освободительное движение там жестко подавлялось.
В 1875 году против турок взбунтовались славяне Герцеговины и Боснии. Поначалу правительственные войска, немногочисленные и плохо снабжавшиеся, терпели поражение за поражением. Из-за этого восстание распространялось вширь. В апреле 1876 года поднялась Болгария. В июне Порте объявили войну Сербия и Черногория.
Но силы были слишком неравны. Даже в условиях политического и финансового кризиса Стамбул обладал несравненно большими ресурсами. Мобилизовав их, Турция стала наносить ответные удары, начав с южной Болгарии, ближе всего расположенной к Стамбулу. Каратели действовали с чрезвычайной жестокостью, ужаснувшей всю Европу.
Больше всего, конечно, негодовали в родственной России, где развернулась мощная кампания солидарности. Власти, обычно с подозрительностью относившиеся к любому неконтролируемому общественному движению, на сей раз ему не препятствовали. С одной стороны, этот порыв отвлекал интеллигенцию и молодежь от антиправительственных протестов, с другой — был в русле государственной политики. Получалось, что правительство и Общество в кои-то веки выступают за одно и то же.
Российское правительство предъявило Порте ультиматум: немедленно прекратить наступление и начать переговоры — иначе разрыв отношений и война.
Стамбул совсем не желал воевать с Россией, не имея на это ни денег, ни иных ресурсов.
В октябре 1876 года Турция согласилась на перемирие. Но произошел переворот, воцарился новый султан Абдул-Гамид, сторонник твердой линии, и в апреле 1877 года Россия объявила Турции войну.
Румыния не только согласилась пропустить через свою территорию русские войска, но и сама присоединилась к войне, чтобы добиться полной независимости.
Русское командование предполагало, что Турция в ее тогдашнем состоянии не сможет оказать серьезного сопротивления. Главная трудность — форсировать Дунай, а дальше всё будет просто.
Начало боевых действий сложилось для России удачно. Самая трудная и рискованная задача, преодоление водной преграды, была блестяще решена. Но из-за недооценки противника русское командование допустило просчет. Корпус Осман-паши марш-броском с фланга рассек русские коммуникации и засел в городке Плевна. Вместо того, чтобы оставить заслон и двигаться всей мощью дальше, на Константинополь, русская армия остановилась — и очень надолго, на четыре с половиной месяца завязла, неся тяжелые потери.
Лишь в новом 1878 году, наконец принудив Осман-пашу к капитуляции, русские двинулись на Стамбул, дошли до самых его ворот и заставили султана подписать мир.
Сан-Стефанский и Берлинский договоры
По миру, подписанному в Сан-Стефано в феврале 1878 года, Турция признавала полную независимость Румынии, Сербии и Черногории. Учреждалась огромная — от Черного до Эгейского моря — Болгария, формально турецкий протекторат, а на самом деле самоуправляемое государство, на территории которого турки не имели права держать свои войска. Босния и Герцеговина тоже обретали фактическую независимость. Не осталась без добычи и Россия: ей отходили земли в низовьях Дуная, а в Закавказье — Батумская и Карская области, плюс 310 миллионов рублей компенсации за военные расходы.
Никому в Европе не понравилось, что Петербург так основательно обустраивается на Балканах — все рассматривали будущую большую Болгарию как плацдарм российского влияния.
Поворот от сочувствия русской политике к сочувствию бедной героической Турции, начавшийся с Плевны, теперь окончательно оформился. Ситуация очень уж напоминала 1853 год, когда другой агрессивный царь пытался сломить Турцию и установить в стратегическом Балканском регионе свое господство.
Первым грозным знамением стал ввод в Мраморное море британской эскадры — еще в разгар мирных переговоров. Акция носила явно враждебный России характер.
Условия Сан-Стефанского мира вызвали бурю протестов. Европа отказывалась признавать такую перекройку Османской империи. Непримиримее всего держались Лондон и Вена.
Тогда Берлин, вроде бы политический союзник Петербурга, предложил устроить конференцию по поиску компромиссного решения.
Берлинский конгресс превратился в дипломатическое избиение России. Она оказалась в полной изоляции, фактически в роли подсудимой. Англия прямо угрожала войной. Британский премьер-министр Дизраэли объявил мобилизацию резервистов, королевский флот и так уже был наготове. Столь же непримиримую позицию занимала Австрия, считая, что Сан-Стефанский договор нарушает прежние русские обещания. Для Германии в это время Вена была уже важнее Петербурга, и Бисмарк тоже не поддержал российскую позицию.