Провал (СИ)
Если бы только не огузы, которые пока ещё слишком сильны! Давно ли судьба самого Каганата висела на волоске, и они с Тогрул-ханом решали вдвоём, спасать им его или прикончить самим? Десять с небольшим лет назад Саватослаб-олг, сын Ингора и хан куявских урусов, решил взять реванш за отцовские неудачи. Спустился на своих больших лодках по Варуху в море, присоединил к себе морских урусов-артанов, напал на Самкерц, оттуда на Таматарху, которая сходу переметнулась к нему, прошёл вдоль южного берега Артанского моря и погромил на нём кара-булгар. Туда же, к устью Бузана, подошли через степь и увлечённые им кангары — Кара-Беи, Ябды-Эрдимы и даже Куэрчи-Чуры. Хотели и Керей-хана уговорить, и Тогрул-хана, а против пяти кангарских орд разве выступил бы и Арслан-хан? Тем более, не выступили бы ни савиры, ни южные ясы, ни буртасы, и тогда что поделали бы одни только хазары против конницы кангар и пехоты урусов? Но огузы за Итилем! Саватослаб-олг намеревался сокрушить Каганат, а кто тогда сдержит огузов?
Как раз к тому времени огузы освоили и переварили степи Яика, да и решили, что надо бы теперь и за Итиль расшириться. Сам их ябгу-каган не был ещё готов пойти на Хазарию с главными силами, но яицкая орда уже пробовала хазарскую оборону на зуб. И если прорвётся, саму-то её разгромить нетрудно, но это же неизбежная война и со всем их ябгу-каганатом. И в такой ситуации уничтожать Хазарский каганат? Только не это! Этого могли не понимать ханы с запада и кырымский, зато Арслан-хан, Керей-хан и Тогрул-хан понимали это прекрасно. Но Арслан-хан не успевал, да и не мог ведь снять с итильского рубежа всю свою орду, а без него они были в меньшинстве. Поэтому, не отказывая прямо, а как бы размышляя, они тянули время. Подтянулось к Саркелу хазарское войско, а с ним и ополчения подвластных племён, подплыли туда с юга те урусы-артаны, которые кагану служили и изменять ему не собирались, а главное — сплавились по Малому Бузану целых три железных лодки атлантов с их громовыми орудиями. Вот тогда они с Тогрул-ханом и объявили своё решение — или они сражаются под Саркелом на стороне хазар, или кангары все уклоняются от участия в сражении с обеих сторон. Урусам нужна эта война? Пускай сами тогда и воюют, если сумеют и осмелятся.
И надо отдать Саватослаб-олгу должное, он — осмелился. Без конницы, с одной только пехотой, высадившейся с больших лодок. В степи такое — немыслимо, и кангары с изумлением смотрели на невиданное чудо. У хазар-то лёгкой степной конницы хватало и без них. Но урусы, сгрудившись плотной массой, выставив впереди одоспешенных бойцов и прикрываясь большими щитами, двинулись к стенам Саркела. Изредка останавливаясь и отстреливаясь от конных наскоков степного ополчения. Ну а какой лук у простого чабана? Если и лучший, чем у простого уруса, то ненамного. Пару раз тяжёлая конница врывалась в их ряды, но её было мало, и взломанный строй урусов снова смыкался. Решающий вклад не хазарское войско внесло, а три железных лодки атлантов. Сколько раз изрыгнули огонь из своих громовых орудий, столько лодок урусов и разнесли вдребезги.
Не всю их флотилию уничтожили, далеко не всю, просто наглядно показали им дальнейшую перспективу. Ну, берёт Саватослаб-олг штурмом Саркел, но дальше что? Без флотилии ему не подняться до излучины Большого Бузана и не сплавиться вниз по Итилю к главным и самым богатым хазарским городам. Хоть бери этот Саркел, хоть бросай его и пытайся продолжить поход, но куда? Подняться-то вверх по Бузану атланты ему не дадут, и на этом кончается его хазарский поход. Даже захватив Саркел, оставаться в нём нельзя — без флотилии не будет подвоза припасов по Бузану, а без конницы не раздобудешь их и в ближайшей округе. Так и будешь сидеть в осаде, пока не кончатся привезённые с собой и захваченные в городе, потом ослабеешь от голода, и тебя возьмут голыми руками. Всё это Саватослаб-олг понял сходу — затея теряет смысл.
Вот пока он, отступив обратно к лодкам, размышлял о дальнейших действиях, помечтали о несбыточном и Керей-хан с Тогрул-ханом. Ситуация сложилась уникальная — часть хазарских войск растянута вдоль Итиля для сдерживания огузов, другая — вот здесь, у Саркела, а в самой Хазарии их осталось мало, и две кангарских орды, налетев внезапно, вполне могли и захватить её нахрапом. Власть в каганате меняется, один из них, кого там предпочтут хазарские эльтиберы, садится на трон ябгу-каганом, второго совет эльтиберов назначает каган-беком, и хорезмийцам подтверждается их найм и жалованье, а атлантам — соблюдение всех договоров. Просим любить и жаловать новую хазарскую власть.
Но дальше-то что? Пускай этот Бихар-каган, говоря по совести, и никудышный правитель, за ним авторитет рода Ашина. Такого авторитета не будет ни у кого из них. Не будет того почитания всеми степными племенами как наместника Тенгри на земле, а без него не будет и признания законности их власти. Это атлантов, которым это не настолько важно, а важнее стабильный порядок, можно поставить перед фактом, что нет больше той законной власти, и любая теперь будет незаконной, но они-то её уже взяли и восстановить порядок могут быстрее. Особенно, если и атланты помогут. А вот все окрестные степные народы этого не поймут. А чем кангарские ханы лучше их собственных? На каком это они основании себя новой властью объявили? А почему им это можно, а нам нельзя? И значит, грядёт тогда большая смута с большой кровью. Даже в случае победы — и кангарской ради неё прольётся немало, и в целом каганат будет ослаблен. И пускай кангары будут сильнее всех в каганате, но сильнее огузов им не быть. Спросит огузский ябгу-каган, чем он хуже кангарского, и почему он не может обеспечить более устойчивый порядок, чем кангары, и кто знает, кого тогда предпочтут те же атланты?
Получалась для них такая же обидная ситуация, как и для Саватослаб-олга. Как он может взять Саркел, но смысла для него в этом никакого, так же и они с Тогрул-ханом могут взять Хазарию, но опять же, какой смысл? Просто ради добычи и славы? Славу-то — да, добыл себе Саватослаб-олг даже этим неудачным походом немалую. Всем же понятно, что если бы не атланты, так погромил бы он все хазарские города по берегам морей и рек. Сам замысел, возможность исполнить его и попытка — уже достойны славы. Даже если он мир теперь заключит, вернув и всё захваченное, этой славы у него никому уже не отнять. Но Саватослаб-олг может вернуться в свою Куяву и отсидеться в ней за всеми её лесами и дубовыми стенами Вышегарта. А где отсидятся кангары, если на их земли, прорвав рубеж обороны ослабленной Хазарии, хлынут огузы? Да, прославились бы и они, но не слишком ли велика получилась бы цена такой славы?
А Саватослаб-олг к славе храбреца сумел тогда добавить себе и славу мудрого вождя. На переговорах о мире сказал, что он может взять и уничтожить Саркел, а может и другие города на морском берегу уничтожить, но он может и вернуть их кагану в целости, если за это его страна будет освобождена от прежней дани каганату. И ведь выторговал же это! Пусть и не то, на что замахивался, но кое-что с каганата поимел. Тоже какая-никакая, а своего рода победа, и этой славы у него тоже никому теперь не отнять. Хоть какой-то, но реванш за отца он с Хазарии взял. Неплохо начал он потом и на Туне. Румийцы его тогда пригласили вразумить тамошних болгар. Ограничился бы этим — вернулся бы со славой, с немалой добычей и с бесспорной победой. Но в своё время Ингор-олг воевал в Болгарии с целью завоевать её для себя, и его сын снова захотел реванша за отца. Не получилось это с Артанией? Ничего, Болгария тоже неплоха. Но разве для этого его приглашали румийцы?
Вот тогда и прибыли к Керей-хану послы от румийского васил-кагана просить его напасть на Куяву. Просил помочь им и кырымский Болат-хан, обещая за это поставки любых румийских товаров. Хорошо тогда прогулялись кангары и неплохо разжились там добычей, хоть и не взяли сам Вышегарт. И не в войске из Чурнагива было дело. Ну какое там было войско? Просто в ходе переговоров вдруг выяснилось, что не посылали куявские урусы Саватослаб-олга завоёвывать Болгарию, а посылали только помочь румийцам, и не враг Руму их Куява. И раз так, то и ради чего с ней воевать? А так и оказалось, когда в неё спешно вернулся Саватослаб-олг, и в Вышегарте полетели головы. Лишился своей головы и Гузлиб, его сводный брат, а мачеха, Пракрас-олга, как-то тоже слишком быстро ушла к праотцам. Наведя порядок и поделив страну между малолетними сыновьями, Саватослаб снова отправился воевать в Болгарию, на этот раз уже открыто против румийцев. Тенгри не было угодно дать ему удачу. Кысмет! Но зачем он казнил множество своих же людей на берегах Ак-Су? Эльтиберы урусов в Вышегарте решили, что не нужно им его прихода в Куяву, и они не поскупились, прося Керей-хана помочь им в их беде. И это не принесло ему той славы, которой Саватослаб-олг сумел добиться даже в Болгарии, зато принесло и награду, и добычу, и чашу из черепа столь прославленного воителя. Разве этого мало?
